Чтение онлайн

– Ты считаешь, лучше им было бы сразу похоронить сына?

Тамира замялась. Потом тряхнула головой.

– Они бы хоть смириться успели. Попрощаться...

– Лет через сорок. Будут умирать и попрощаются.

Тамира хлопнула дверью.

***

На следующий день меня вызвал к себе господин Растум. Карн только плечами пожал - мало ли что?

– Вета? Заходи...

– Добрый день, господин Растум..

– Вета, день добрый. Что там за история с мальчиком?

– Какая история?

– Мне сказали, что у нас в лечебнице находится мальчик, больной бешенством.

– Нет у нас такого!
– возмутилась я.
– Ребенка действительно покусала собака, но рану я ему промыла, прижгла, и уверена, что мальчик выживет!

– А если нет?

– Обязательно выживет!
– надавила я голосом.

– Учтите, если ребенок не выживет, я вас выставлю на улицу.

– За что!?

– Вы должны были сразу сказать родителям, что шанса нет, а не подавать им необоснованную надежду!

– Тамира нажаловалась?

– То есть вы не отрицаете...

– Я не собираюсь оправдываться. За три дня станет ясно, что с ребенком все в порядке, и мы отпустим их из лечебницы. Я уверена, что мальчик выживет.

– У вас такой богатый опыт?

– Намного меньше, чем у вашей наушницы. Зато он весь лежит в сфере лечения людей!
– выпалила я. И хлопнула дверью.

***

Карн посоветовал не обращать внимания.

– Харни неплохой человек, но шума боится. Что жалобу на него градоправителю накатают, что скандалить будут...

– Все там будет в порядке!

– Собака была здоровая?

– Нет.

– Тогда ребенок действительно может умереть.

– Карн! Проверь сам! Все с ним в порядке, рана не тянет, жара нет... сто лет проживет, еще и своих наплодит!

– Ты так уверена...

– Просто вся зараза с кровью вытекла. Из него хлестало, как из поросенка. Я рану проглядывала, она чистая.

– Не знаю, что тебе сказать. Давай подождем эти три дня.

– Давай. Карн, а почему здесь так грязно?

– Потому что на всю лечебницу четыре уборщицы. Сама понимаешь, им медяшки платят. Тут не до тщательности.

– И белье ужасное...

– А прачек тут вообще две.

– Но мы же...

– Мы отдаем стирать свою одежду. И сами за это платим. А город не слишком охотно выделяет нам деньги. Сама понимаешь, тут приличные люди не лечатся.

Я понимала. Но...

– Тут как ни лечи, все равно людям плохо будет!

– Вета, это проза жизни. Можешь что-то изменить - сделай. Нет? Не стоит и ворчать по этому поводу.

– Несправедливо.

– А тебе никто и не обещал справедливости в жизни.

***

Этот вопрос я обсудила с маркизом Терреном при первой же встрече. Но мужчина только покачал головой.

– Вета, милая, вы же понимаете, что сколько на лечебницу не выдели, грязно там все равно будет.

– Почему?

– Потому что наверняка - уверен! Что ваш... Састум...

– Растум.

– Неважно. Что он ворует.

– Но...

– И воровать будет любой, кого туда не поставь. И градоправитель будет смотреть на это сквозь пальцы, потому что попадают к вам туда те, без кого Алетар чище будет.

– Не всегда же!

– Но там есть палаты почище - и палаты похуже, верно?

– Да.

– Вот и ответ. Кого получше - в чистую палату, кого похуже - куда похуже. И продолжать воровать. Я просто уверен, что... сколько у вас там уборщиц?

– Четыре.

– А по штату наверняка штук восемь. Просто четыре на месте, а еще четыре - или родственницы, или любовницы вашего Растума. Поймать его на этом не удастся, но и работать они не станут. И в остальном та же ситуация...

Я надулась.

– Неужели ничего нельзя сделать?

– Хотите я вас переведу в лечебницу в Белом городе?

Я помотала головой.

– Бежать от первых же трудностей? Ну уж - нет!

– Ладно. Подождем. Но когда вам там надоест - скажите.

– Да, ваша светлость.

***

Грязь меня бесила. Раздражала. Доводила до невроза и психоза. И я отлично понимала, что если буду отмывать все сама, на больных времени не останется. А ругаться постоянно тоже не выход. Да и не поможет. Вот, Бертен каждый третий день ругается, и что? Полы чище стали? Да ни капельки! Но выход-таки нашелся.

И подсказала мне его мать покусанного мальчика. Они пробыли в лечебнице три дня, симптомов бешенства не обнаружилось, но Карн предложил оставить мальчика на десять дней.

И женщина устроила скандал, требуя оставить ее с сыном.

Господин Растум облегченно выдохнул, узнав, что симптомов бешенства у ребенка не наблюдается, и дал разрешение.

Карн тоже был не против. Ему было интересно понаблюдать за мальчиком, а мать шла бесполезным приложением.

Против была я. И так мест нет, а тут еще...

Но кузнечиха приятно меня удивила. Когда я зашла в палату, она поднялась мне навстречу.

– Госпожа Ветана, спасибо вам.

– Пожалуйста, - буркнула я, склоняясь к ребенку.
– Как мы себя чувствуем? Рана болит?

– Нет. А долго мне тут еще валяться?

– До десяти дней. На всякий случай.

– Понятно.

– Госпожа Ветана... простите, что я вам не поверила сразу.

– Светлый простит.

– Может... может, я могу чем-то отплатить за вашу доброту?

Я прищурилась.

Кажется, мне предлагают взятку? Ну уж - нет! Но...

– Можете.

– А...

– Помойте эту палату и две соседних - и будем в расчете.

За эти три палаты как раз я и отвечала.

– Да я вам все палаты отмою!

– Не будем замахиваться на невозможное. Вы здесь будете еще семь дней. Если раз в два дня вы будете убирать палаты - меня это вполне устроит. Уборщиц у нас мало, а ведь ваш сын тоже лежит в этой грязи. И вы в ней ночуете.

– Где можно взять ведро и тряпку?