Чтение онлайн

Дикари набежали со всех сторон, и Унушу ничего не оставалось, как ринуться к скале и, цепляясь за камни и мелкий кустарник, полезть вверх. Подниматься было трудно и страшно. Камни сыпались из-под ног, кусты и корни не держали, но внизу сопели преследователи, и останавливаться было нельзя. Вот еще один выступ, здесь корень молодого дубка предлагал себя в помощь, там небольшая ниша, где можно немного отдохнуть. Запыхавшийся Унушу, распластавшись на скале, отдыхал, мучительно хватая воздух усталыми лёгкими. Перед его глазами был потрескавшийся от старости и изъеденный туманом известняк, в котором он увидел вдруг глубокую трещину, зигзагами уходящую вглубь скалы. В этот момент ему в правое плечо попала коварная стрела. Тут же ещё одна вонзилась в левую руку. Он взглянул в сторону, откуда летели стрелы, и увидел на соседнем уступе того страшного дикаря со шрамом через всё лицо. Безобразный урод в грубых шкурах забрался на небольшую площадку по соседству и в упор расстреливал юношу. Третья стрела поразила левое бедро, и тотчас нога стала неметь и стынуть.

Унушу понял, что ему уже не уйти от врагов, но надо выполнить последнюю волю старого вождя, спасти святой амулет. Он умудрился нестерпимо болевшей левой рукой снять с плеча лук, вложить в него стрелу, изо всей силы натянуть тетиву из жилы сохатого и всадить её ликующему дикарю со шрамом прямо между глаз. Со звериным воем смертельно поражённый гигант полетел в гулкую пропасть. Затем юноша неимоверным напряжением сил постарался снять с шеи кожаный мешочек с заветным амулетом вождя, для того чтобы спрятать его в обнаруженную глубокую трещину, но с захолонувшим сердцем вдруг не нашёл его у себя на шее.

Ужасная потеря совершенно обессилила юношу, сознание стало его покидать, усталые пальцы разжались, и он полетел уже без памяти в гудящую бездну и в пенистый прибой. Последнее, что осталось у него в угасающем сознании, это чья-то огромная тень, накрывшая его, и странный свистящий звук, и дуновение свежего ветра в душный зной.

Огромный лиловый с жёлтыми рисованными полосами тигр, смешно вращая глазами, смотрел на Марину из-за поваленного кедра. Ей надо было пройти мимо него по тропинке, где-то там вдали её ждали мама и папа, но тигр был свиреп, топорщил усы и круто выгибался, как соседская кошка Мурка на пробегавшую мимо собачонку. Марине было страшно и жутко, но интригующе забавно, она пошла по тропочке мимо гримасничающего тигра, а зверь вдруг кинулся на неё, затем неожиданно оборотился красным дребезжащим, громко звонящим трамваем, который всё наезжал, наезжал и звонил без конца. Марина в страхе отстранялась от него, закрывалась руками, кричала что-то в отчаянии и вдруг проснулась в своей старенькой кроватке в детской, где на стене висел коврик с забавным тигрёнком, а на тумбочке трезвонящим трамваем заливался изнемогающий трудяга-будильник.

Как приятно просыпаться, спасаясь от кошмарного сновидения, и ощущать, что страх твой всего лишь сон, что все на свете хорошо и солнечно, что где-то есть на свете мама и папа, твои друзья и твои любимые вещи, что стоит только откинуть одеяло и ступить босыми ногами на пол, как тотчас начнётся новый день, который должен принести что-то новое и замечательное. Что Марина и сделала. Она ступила на покрытый толстым паласом пол и этим обыденным движением открыла новый июльский день, который начался с телефонного звонка.

Звонил Сашка и сообщил интересную новость. Вчера он с отцом был на рыбалке под Сестрой с ночёвкой. Палатку они поставили в устье реки на левом её берегу на террасе, и поздно ночью перед сном он заметил странное оранжевое свечение на соседних скалах. Сашка показал его отцу, но тот не обратил на таинственное мерцание на прибрежных скалах никакого внимания.

– А кто его знает, сынок, – отмахнулся отец. – Может, это от Луны отражение, вон она какая сейчас большая в полнолуние, а может, просто так кажется нам с тобой. Ты о рыбалке думай, где нам с тобой утром удочки забросить, да не с пустыми руками домой прийти. Мамка опять ругаться будет. Скажет, шляетесь, бездельники, полными ночами, а толку от вас никакого нет – и права ведь будет.

Но Сашку рыба не очень интересовала. Тем более что он точно знал, что на скалах светился не лунный блик и не его разыгравшееся воображение. Утром Сашка нашёл то место, где полыхало оранжевое пламя, но это его не обрадовало. Место было очень высоко на узком уступе, и добраться до него было не просто. А под ним резкими зубастыми пиками торчали острые камни.

– Ты знаешь, Мариша, – так он звал иногда подругу на романтический лад, – я походил там после рыбалки и прикинул, как туда забраться. Давай быстро собирайся, я всё с собой взял – верёвку, карабины, крючья. Пашка уже ждёт нас. Ты возьми только поесть чего-нибудь посущественнее, а то у нас одна картошка да лук.

Маришины родители занимались бизнесом, и у них в холодильнике всегда было, что поесть, чем ребята нередко и пользовались. Да и не жалко было вовсе Марине банки тушёнки и кружка колбасы для закадычных и верных друзей. Договорившись о встрече на автовокзале, Марина положила трубку, быстренько позавтракала ещё горячей котлетой с макаронами, бросила в маленький рюкзачок купальник, нехитрую провизию из холодильника, пару банок консервов и выскочила на улицу.

Июльский день опять радовал теплом, горячим солнцем, не успевшей запылиться зеленью на деревьях. Ночью прошумел небольшой ливень, оставив на тротуаре чистые лужицы. Кое-где доцветал жасмин, наполняющий воздух щемящей прощальной прелестью своего праздничного аромата. Идти было легко и приятно, и Марина даже пожалела, что слишком быстро добежала до автовокзала, где её уже поджидали закадычные друзья – Сашка и Пашка. Заводилой у них был рыжий Сашка, с красно-коричневой патлатой шевелюрой, в веснушках и с облупленным носом. Характер у него был взрывной, но бесконечно справедливый. Из-за этого у него частенько случались стычки со сверстниками, в которых неизменно побеждал Сашка.

Дело в том, что он, даже жестоко в кровь избитый, никогда не сдавался, отчего более сильные противники отступали, ошарашенные его стойкостью. С Сашкой Марина училась с первого по пятый класс в 14-й школе, а потом она перешла в новый класс в только что отстроенную 12-ю школу, а Сашка остался в прежнем классе. С Пашкой же она только что отучилась в 8-Б классе и вместе перешла в 9-й Б. Паша был умным, рассудительным и немногословным мальчишкой, но тоже верным рыцарем её образа. Худощавый и высоковатый, он был немного близорук и носил очки в круглой оправе, чем напоминал Валеру, героя знаменитого детского боевика «Неуловимые мстители».

Зимой они вместе проводили свободное время, помогали друг другу с «домашкой», бегали на каток и осваивали лыжню, а уж во время летних каникул были вообще неразлей вода. Всегда втроём бродили они по окрестностям Находки, освоили все пляжи города, уходили с маленькой палаткой на несколько дней в отдалённые живописные бухты со странными названиями: Юз-гоу, Таз-гоу и даже в такую не очень близкую бухту – украшение Находки – в бухту Три Озера, где действительно были три небольших чистейших озера с обилием диких уток. Возле одного из них ребята нашли стоянку древних людей с остатками каменных орудий, кремневыми наконечниками стрел и костями съеденных нашими предками животных.

А сейчас их путь лежал на левый берег устья реки Сучан, к подножию похожей на пирамиду сопки Сестра, на склоне которой Сашка обнаружил какое-то загадочное свечение. По правде говоря, не особенно верили они в некое свечение, а просто интересно им было открывать и исследовать малоизвестные уголки в окрестностях родного города.

Ребята устроились на самых удобных местах в хвосте салона, автобус мягко заурчал и покатил по давным-давно знакомой им дороге.

– Слышали, вчера один парень на Пограничной умер от передозировки, – хмуро сказал Пашка. – Я с ним года два назад общался, когда он еще нормальный был. Он тогда рисовал здорово, на гитаре мог сыграть что угодно. А недавно его встретил – глаза пустые, сам никакой, еле идет, говорят, на героин подсел. Крыша и съехала. Никак не мог дозу достать, а вчера у кого-то выпросил, да сразу два шара себе и вкатил…

Марину передёрнуло:

– Не понимаю я этих дурачков. Все же знают, что один раз попробовал – и всё, на всю жизнь рабом шприца становишься. Совсем не длинную жизнь – они же до 35 лет не доживают. Подлые сбытчики им впаривают: – «Попробуй! Попробуй! Только один раз! Не понравится – не будешь больше!». Дураки верят, пробуют, привыкают и, как бараны, идут стадом на убой, обогащая мерзавцев-наркодельцов.

– Я как раз вчера Абдуллу видел, – вставил Сашка. – Он опять с «товаром» приехал. Всю ночь к нему машины сновали одна за другой. Все приезжают тусклые, квёлые, чуть живые, а уезжают – глаза блестят, лица наперекосяк от счастья. Вот, мол, сейчас закайфую, а завтра продам дозы, «бабок» настрогаю и долги отдам.