Турнир для бракованной драконицы
Шрифт:
Едва рука Лорелин оказалась в горячей ладони Кассандры, как та отлетела и… понеслась не вниз, к начинающей двигаться толпе, а к ближайшему балкону, на который и закинула их обеих. Вовремя – улети они чуть позже, их бы задержали, а так, там ещё не все пришли в себя. Мир же начал двигаться, как ни в чём не бывало, только вот на дворе была уже совсем не ночь, а утро.
– Мы потеряли порядка десяти часов за несколько минут, – Кассандра опёрлась на балюстраду. – При этом я действительно будто всю ночь не спала. Эти часы ускорили течение времени. Как твои крылья?
Всё это девушка произнесла на одном дыхании, даже не глядя на соперницу. Лорелин попробовала пошевелить ими и взлететь хоть чуть-чуть, чтобы убедиться, что она всё ещё нормальный дракон. У неё получилось, но она довольно быстро со стоном опустилась на ноги.
– Летаю, – выдавила она с облегчением.
– Замечательно, – по интонации Кассандры трудно было понять, сарказм это или нет. – Что насчёт… твоей руки? Ничем не хочешь поделиться?
– Здесь? Сейчас? – а вот в интонации Лорелин сарказм читался. – Нас ищут, – она кивнула вниз. С балкона хорошо просматривался внутренний двор, а двух девушек у циферблата наверняка кто-то заметил и определил их личности. – И скоро найдут, продолжи мы тут беседу.
В кукольных голубых глазах Кассандры не было ни намёка на детскую невинность. Правильно будет предположить, что она раздумывала, казнить ей или миловать, и оба варианта казались ей одинаково привлекательными… и одинаково паршивыми. Во время боя свой идеальный облик она не сохранила. То тут, то там на коже выступали чешуйки, прикрывая царапины, а платье порвалось в нескольких местах. Драконице столь чрезмерного самолюбия не пристало представать перед другими в том виде, в каком её легко отличить от дорогой фарфоровой куколки. Сколь бы наивно не было думать, что драконицы могут состоять из фарфора, а не из подземного огня.
Но причина того, почему девушки сбежали, была не только в этом. Кассандра в любом случае потеряет часть своего образа во время турнира, если хочет выиграть. А она хочет, так что сражаться придётся.
Драгонера Арроган развернулась на каблуках и проследовала в комнату за балконом, не слишком волнуясь, общежитие это, чей-то кабинет или ещё что. Ладно, что за дверью оказался простой коридор – это был общественный балкон учебной части. Сложно было сказать, когда он заполнится студентами и преподавателями – должна была быть церемония открытия Турнира Звёзд, должна была бы узнана точная дата и время первого испытания, должен был быть сон… Но в итоге время скакнуло, и как сейчас со всем разбираться?
– В библиотеке сейчас никого не будет, – подумав, заключила Кассандра и, сцапав Лорелин за руку, потащила по направлению к хранилищу знаний. Она уже точно сориентировалась, в какой части замка их высадила.
– Я хочу переодеться, – остановила соперницу Лорелин. – И тебе не помешает.
– Стоит мне от тебя сейчас отойти, как потом я не выловлю тебя до первого испытания, – заметила Кассандра.
– Стоит мне от тебя сейчас отойти, как ты можешь пойти и сразу воспользоваться полученными сведениями, – парировала Лорелин.
Они синхронно вздохнули.
– Что же две прекрасные драгонеры делают здесь, а не внизу?
Две прекрасные драгонеры узнали голос и обе выругались про себя, одна из них громче другой. Конечно, нашёлся тот, кто всё же за ними проследил издалека. Слишком внимательный, слишком заинтересованный.
– Мой принц, – поприветствовала незваного гостя Кассандра, слегка присев.
Лорелин с неохотой выказала знак уважения наследному принцу Зотеру де Реньерасу.
Пусть большая часть девиц двора с ней бы не согласилась, Лорелин бы категорично заявила, что Зотер де Реньерас уступает младшему брату в красоте. Он унаследовал блондинистые волосы бабушки, имевшие привычку скручиваться в бараньи завитки, и голубые глаза императорского семьи. Правда, в отличие от младшенького принца, в чьих глазах плескались озёра текста из прочитанных книг, свитков и документов, у старшего наблюдалась лишь ничем не обременённая пустота. Он был куда более мускулистым, чем Калиан, куда более мощным драконом, он восхищал и едва ли не являлся воплощением всех человеческих картинок о драконах-завоевателях. Но Лорелин жила с драконьим генералом, выросла, в итоге, бойцом – и считала, что им с Зотером не о чем разговаривать.
– Драгонера Арроган, вы выглядите… – Зотер приблизился к ним, сделав паузу, рассмотрев знакомых с детства дракониц поближе.
– Как защитница нашей империи? – с улыбкой подсказала ему Кассандра. Если уж она уже выглядела неопрятно, нужно было этим как-то воспользоваться. Зотер любил грубые проявления силы. «Потому что на тонкие махинации был не способен», – закончила бы эту мысль Лорелин.
– Верно, – одобрил Зотер. Лорелин обратила внимания на следы ржавчины на его доспехах – неужто наследный принц прибыл в академию к торжеству и сражался с взбесившимися часами на земле?
Наследник сосредоточил своё внимание на генеральской дочери.
– Драгонера Санталон-Миардор, ваш отец по праву может вами гордиться.
«Это он так мой подранный образ похвалил?» – холодно размышляла драгонера, вслух приняв комплимент:
– Делаю всё возможное для защиты невинных.
Зотер обратился к девушкам:
– Никто бы не осудил двух благородных драгонер за то, что они обратили внимание на проблему и решительно вступили в бой. Внимательность и храбрость похвальны. Вам следовало бы спуститься к остальным.
– В таком платье? – охнула Кассандра. – Мой принц, это было бы неприемлемо. Но мы обязательно расскажем всё, что узнали, так скоро, как приведём себя в надлежащий вид.
Линни кивнула, смотря на наследника и вместе с тем мимо него. Заигрывания с ним в её задачу не входили, а вот её соперница возможностей не упускала.
– Конечно, – принял её объяснение Зотер де Реньерас. – Вам следует уложиться в два часа, потому что все разговоры и торжества перенесены.
– Спасибо, что уведомили об этом, – поблагодарила Лорелин.
– Мне не составило труда, драгонеры, – вежливо распрощавшись с ними, Зотер ушёл.
Драконицы молчали ещё около пяти минут, пока не убедились, что он действительно скрылся, и возобновили путь.
– Значит, они оба уже здесь, – Линни прожгла взглядом тот поворот, за которым исчез дракон.
– Давай будем откровенны, Миардор, – Кассандра вновь назвала её только по родовому имени, но вдруг решила сделать акцент на её драконьем покровителе, а не человеческой крови, – единственная причина, почему ты не видишь ничего в Зотере, – это та, что он не Калиан.
– Вовсе нет, – ответила драконица слишком быстро – это была её фатальная ошибка. Она сказала правду: она не выносила Зотера не потому, что он не являлся Калианом. Она не выносила Зотера, потому что не могла выкинуть из головы полностью события двухлетней давности, одновременно сделавшие её выносливее – и гораздо слабее, если уж быть совсем честной. В те дни она была в шаге от титула младшей принцессы и счастья. Пока всё не разрушил именно тот, в кого она верила. Калиан, а не Зотер. Но Зотер сыграл неприятную роль.