Чтение онлайн

– Уходят! Суки, уходят!

Я узнал восторженный голос Фили. Я сплюнул – как бы не сглазил – нынче все возможно. За эти сутки твари сломали все стереотипы о своих действиях.

Там, где находилась Ольга, еще пару раз прозвучали короткие очереди и тоже все стихло.

Прошло еще несколько минут, и я услышал внизу скрип лестницы, а потом её голос.

– Игорек, это я.

На склонах не было видно не одной твари. Уже успели утащить и убитых. Утро начиналось тихое и красивое.

– Все, – Ольга улыбалась. – Больше не полезут.

– Откуда знаешь?

– Знаю.

Она огляделась и кивнула на «макак»:

– Выкинь этих вниз. Скоро начнут разлагаться. Вонищи будет.

Я как-то незаметно для себя, признал её право быть командиром.

Сбросив последнюю тварь, я наклонился над ограждением. Павел! Внизу, там, куда я сбросил уродов, лежало тело Павла. Вместо лица было сплошное черное месиво, узнал его только по одежде. Меня передернуло. Блин, где-то еще Лена лежит. И Палыч. Твари – суки! Откуда они взялись на нашу голову?

И все-таки я не понимал, как Паша – олицетворение серьезности и порядка в нашем лагере – мог допустить, чтобы твари подобрались к нему. Ладно, Ленка – в это я легко мог поверить – но Павел? Мы даже Пашей его никогда не называли, слишком уважали, а тут – как пацана. Что-то за этот день изменилось в мире – все вокруг ведут себя не так как надо.

Я вспомнил, что мы творили тут полчаса назад, и лицо у меня загорелось – блин, сам-то сейчас что выделывал? Действительно – мы как будто с ума сошли, я во всяком случае. Кругом твари, бой, а мы словно в спальне оказались. Что это? Ольга так на меня действует или я, и вправду, уже с головой перестал дружить. Впрочем, на посту это не новость – хотя на нашем не было, но с других в дурку, в Город увозили. Я про пару случаев точно знаю.

Я обернулся и только покачал головой – картина была неописуемая: в свете разгорающегося утра, девица в одних измазанных трусиках, протирала своими штанами пулемет спецназовцев. Это был Печенег. Я такой видел только на курсах, когда нас готовили сюда, на пост. Зрелище было еще то – полуголая измазанная красавица и черный поблескивающий пулемет. У меня даже опять начало разгораться желание, но я сразу отвернулся и опять посмотрел вниз на трупы. Все желание сразу пропало.

– Ольга, принести тебе куртку? И может ты все-таки штаны оденешь?

Она безмятежно засмеялась.

– А что? Не нравлюсь?

– Конечно, нравишься!

С жаром ответил я, и, вдруг, неожиданно даже для себя, спросил:

– Оля, а это, действительно, ты?

Она кинула на меня быстрый, оценивающий взгляд. Мне, даже показалось, что в её глазах промелькнуло беспокойство. Но, похоже, только показалось. Голос был веселым и родным.

– А, что Игорек – что-то здесь изменилось?

Она вызывающе выставила грудь вперед и потрясла. Большие белые мячики запрыгали у меня перед глазами. У меня опять пересохло во рту. Я с трудом оторвал глаза от торчащих коричневых сосков.

– Ольга, прекрати!

Она счастливо засмеялась.

– То-то же. Смотрю, сразу все вспомнил.

– Я и не забывал, но ты изменилась.

– Хуже стала?

– Нет, что ты! Ты теперь, вообще, красавица! И стала настоящей женщиной…

Она опять заулыбалась.

– Но, ты тоже вон каким мужиком стал. Тоже не сразу узнала.

Я решился и задал вопрос, который мучил меня с тех пор, как я только увидел её.

– А ты думала обо мне?

Что-то я натворил этим вопросом. Лицо девушки вдруг потеряло всю решительность, мне даже показалось, что губы на миг задрожали. Она не стала отвечать и перевела разговор на другое.

– Игорь, мы заболтались. Где твоя рация? Свяжись с людьми и узнай, как они. Потом нам надо обойти или собрать всех. Я хочу поговорить.

Я встряхнулся – действительно, нашел время для выяснения отношений. Но то, как она среагировала на мой вопрос, согрело мое сердце. Значит, не только я, она тоже страдала. Я был счастлив.

– Сейчас!

Я взял куртку, отцепил с кармана «Мотороллу» и протянул куртку Ольге. В этот раз она отказываться не стала и накинула её на себя. Куртка в груди не сошлась, и застегивать её она не стала.

– Всем внимание, – я старался говорить четко и раздельно, так как это делал Павел. – Говорит Игорь. Я принимаю командование. Павел погиб.

Я хотел провести перекличку, но рация сразу загремела голосами ребят. Всех перебил голос Саньки.

– Откуда ты про Павла знаешь?

– Я здесь, на вышке. До него «макаки» добрались.

– А ты не врешь?

Я отодвинул рацию и попросил Ольгу:

– Стрельни.

Она пристроила трубчатый приклад к плечу и нажала курок. Короткая очередь взорвала утро.

– Слышал? Теперь, веришь? – спросил я, вновь зажимая клавишу.

– Верю. Что делать будем?

– Через десять минут всем собраться на плацу. Обговорим.

– Ну, ты настоящий командир, – похвалила Ольга. – Давай, пока люди собираются, я тоже прикинусь. Вчера видела – у вас девушка, медсестра есть. Она моего роста. У нее, наверняка, есть штаны запасные и майка.

– Она погибла.

Я на всякий случай попробовал вызвать Лену, но тщетно.

– Тем более, – нисколько не смутилась одноклассница. – Смотри тут, а я пока сбегаю к ней. И где этот плац?

Я объяснил. Плацем мы называли две дорожных бетонных плиты, уложенных рядом с командирским блиндажом. Там же была курилка с лавочкой. Летним днем, во время затишья, мы часто торчали там, лениво пережевывая, тысячу раз слышанные друг от друга истории.

– Возьму калаш на всякий случай, – она закинула АК за спину, натянула берцы прямо на голые ноги, и исчезла в проеме люка. Я прошел к пулемету, опять уселся на старое офисное кресло Павла – он специально привез его в свое время из Города – и осмотрелся. Вид отсюда был, конечно, не то, что из моей норы. Спереди, из-за леса уже показался край солнца. Сияние выплескивалось оттуда, и стена деревьев в том месте стала прозрачной. Только сейчас, на восходе, я почувствовал, что стало прохладно, хотя всю ночь мне казалось, что вокруг жара. Но это немудрено, если вспомнить, что произошло сегодняшней ночью.

Отсюда с вышки, нельзя было разглядеть ни разорванные тела за вертолетом, ни тех, что лежали под самой вышкой. На дороге внизу тоже было чисто. Твари утащили своих, а сухая земля впитала кровь. Наш лагерь на холме, в свете летнего утра, казался тихим маленьким хутором. Как будто все как раньше, когда не было никакой Большой Катастрофы, не было тварей, не было Восточников и нынешнего Города.

В поле моего зрения появилась Ольга. Женская фигурка – даже отсюда соблазнительная, с голыми ногами и круглой попкой – идеально вписалась бы в этот идиллический пейзаж, если бы не автомат у нее на шее и высокие армейские берцы.