Творения
Шрифт:
П. Ты хорошо сказал.
К. Смотри же теперь на иудеев, живущих в святом городе, о котором Бог всяческих говорит: «Я буду для него, говорит Господь, огненною стеною вокруг него и прославлюсь посреди него» (Зах.2, 5); и сверх того умудренных законом; посему и говорил (пророк): «счастливы мы, Израиль, что мы знаем, что благоугодно Богу» (Вар. 4, 4). Не полагаешь ли, что таковые совершенно недоступны для демонских нападений, если б только решились жить право и повиноваться Божественным законам?
П. Совершенно так.
К. Толпы же язычников, имея ум более грубый и удобоувлекаемый, совершенно естественно, без труда могут быть пленены хищником сатаною, будучи лишены помощи свыше и не имея детоводителем закона.
П. Кажется, так.
К. Таким образом иудеи, живущие в городе, укрепленном стенами и огражденном помощью свыше, имея ум образованный и зная благоугодное Богу, потом, не рассудив о приличествующем для них, по легкомыслию отвергши назначенный им удел и отпавши от высшей надежды, если не отрезвятся от опьянения своего, по написанному, и не возвратят свою собственность при наступлении года искупления, то есть пришествия Спасителя нашего, останутся и впредь, и навсегда будут находиться под властью купившего, то есть сатаны. Ибо «вот», говорит Господь, беззакониями вашими «проданы за грехи ваши» и «отпущена мать ваша» (Ис.50, 1). Но совершенно беспомощное множество язычников, недугующее грубым и невежественным умом, а посему преданное на рабство другим, всегда может быть искуплено по милосердию Божию: ибо восприимет свой удел, быв призвано к свободе в лето оставления, когда Христос всю подсолнечную освободил от владычества демонов, изъял от сетей греха, оправдал верою и освятил Духом, упразднив крестом Своим «бывшее о нас рукописание» (Кол. 2, 14). Левитское же не отчуждаемо: непоколебимо соблюдается удел святых, и они имеют твердую надежду. Так и любозначительнейшей Марии Христос некогда сказал, что она «избрала благую часть, которая не отнимется у неё» (Лк. 10, 42). Но и малому, и великому священнику, и народу, и всем вообще принадлежит искупление и непоколебимость надежды во Христе.
П. Итак, продаст свой удел Израиль, не познав лета искупления, а язычники будут обладать надеждою, и чрез Христа будет возвращение благ естества.
К. Так полагаю; и слово наше запечатлеет в истинности Бог всяческих, и иным образом означая это устами Иезекииля, в распределении имущества: «Так говорит Господь Бог: если князь дает кому из сыновей своих подарок, то это должно пойти в наследство и его сыновьям; это владение их должно быть наследственным. Если же он даст из наследия своего кому–либо из рабов своих подарок, то это будет принадлежать ему только до года освобождения, и тогда возвратится к князю. Только к сыновьям его должно переходить наследие его. Но князь не может брать из наследственного участка народа, вытесняя их из владения их; из своего только владения он может уделять детям своим, чтобы никто из народа Моего не был изгоняем из своего владения» (Иез.46, 16–18). Ясно ли для тебя это изречение, и кажется ли простым смысл сказанного?
П. Нимало; но я весьма охотно узнал бы это от тебя.
К. Старейшиною, Палладий, называет Первосвященника, получившего жребий быть вождем подчиненного ему народа. Итак, поелику святым священнодействователям выделены были потребные и избранные уделы, и поелику Бог постановил, чтобы они навсегда за ними сохраняемы были и не были отчуждаемы, то необходимо было Ему сделать это ясным. Ибо если бы случилось, говорит, одному из старейшин, то есть священнодействователей, разделить нечто из удела своего собственным детям, то да утвердится, говорит, данное, и неотъемлем да будет дар у получившего; потому что не из иноплеменников к кому–либо переходит этот удел, но от священников к священникам. А если бы кому из рабов подарил, то будет, говорит, владеть получивший не постоянно, но всецело возратится старейшине в «лето отпущения» удел его. Но к сему присоединяет повеление, чтобы священнодействующий удалял от себя желание удела других; ибо это, думаю, значит сказанное: «да не вземлет старейшина от наследия людей своих». Достаточно ли кажется тебе эта речь для разъяснения дела?
П. И очень.
К. Итак, пусть перейдет она к исследованию духовного смысла: ибо данное в законе суть образы, и в тенях начертано изображение истины.
П. Правда.
К. Итак, непоколебимы и постоянны уделы, переходящие от отцов к детям; и наоборот отчуждаются и назад возвращаются переходящие от господ к рабам: ибо это сказано в Священном Писании.
П. Понимаю.
К. У нас же оправданных верою, один старейшина — Христос, имеющий уделом Своим удел Бога и Отца. Посему и говорил, когда обращал к Нему речь как бы в виде молитвы: «И все Мое Твое, и Твое Мое; и Я прославился в них (Ин. 17, 10). Воспевает же негде и божественный Песнопевец, что Он, «восшел на высоту, пленил плен, принял дары для человеков» (Пс.67 19; сн. Еф.4, 8); ибо «И иных Бог поставил в Церкви, во–первых, Апостолами, во–вторых, пророками, в–третьих, учителями» (1 Кор. 12, 28), «Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания» и сродное сему (ст. 8). И просто сказать, своими благами утучняет души любящих Его. Так твердо и постоянно для священнодействующих и свободных обладание дарованным; а у имеющих дух рабский, то есть у израильтян, неприемлющих свободной веры, но еще находящихся под игом скверного и мерзкого греха, отчуждается и отъемлется даже и благодать, данная чрез Моисея, то ест знание закона, детоводящее к истине. И нет им совершенно никакого удела со святыми, и никакой части со Христом: «ибо всякому имеющему, — сказано, — дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет» (Мф.25, 29; сн. 13, 12 и Лк. 8, 18). А что лишен удела Израиль, не приявший веры и не украсившийся достоинством свободы, на это указал Спаситель, выставляя на вид, как я думаю, силу сего закона; ибо так сказал решившимся не повиноваться: «истинно, истинно говорю вам: всякий, делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно; сын пребывает вечно. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8, 34–36). Итак, смотри, право участия в наследии приличествует только свободным, а не находящимся под игом рабства: ибо сыны суть пребывающие в доме, а не рабы, сказано.
П. Превосходно.
К. Прибавляя же: «да не вземлет старейшина от наследия людей» своих, с тем чтобы дать наследие «сыном своим», закон указывает на нечто таковое, что никогда Христос (потому что Он есть Старейшина наш) не выделит кому–либо из освященных удела, ему не приличествующего. Ибо разве не иная какая–то как бы часть и иной удел приличествует не всецеле посвятившим Богу свою жизнь, а иной и превосходный — избранным и достигшим вершины светлости во Христе?
П. Как же иначе?
К. Итак, непристойно святым стремиться получить от Христа то, что приличествует мирским и проводящим жизнь не во всем святую; напротив, им следует искать не чего–либо плотского, но всего Божественного и духовного. Так и Сам Спаситель повелел святым Апостолам творить слова молитвы, составляя прошение, весьма приличное святым: ибо «Молитесь же так:, — говорит, — да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого» (Мф.6, 9–13). Итак, непристойно просящим того, чего не дает Старейшина, сказано будет нами: «Просите, и не получаете, потому что просите не на добро» (Иак.4, 3). А что истинен говорящий Богу: Ты воздашь каждому «по делом» его (Иер.25, 14), на это опять указывает нам закон, говоря, что того ради «да не вземлет старейшина от наследия людей» своих, дабы дать «к сыновьям его должно переходить наследие его, — говорит, — чтобы никто из народа Моего не был изгоняем из своего владения» (Иез.46, 18); ибо каждому как бы уготован от Бога свой удел и соответственная деяниям часть. Или, может быть, говорит, что очень непристойно освященным выступать из своего положения и желать того, что имеют помышляющие о мирском, а это есть привременное и плотское и, подобно теням, преходящее.
П. Это так.
К. Итак, особые уделы, а также и города, у других взятые, даны от Бога святым священнодействователям, как награды; но как бы общим для всех определяет один, прославленный Иерусалим. Ибо так сказал во Второзаконии: «И если левит придет из одного из жилищ твоих, из всей [земли сынов] Израилевых, где он жил, и придет по желанию души своей на место, которое изберет Господь, и будет служить во имя Господа Бога своего, как и все братья его левиты, предстоящие там пред Господом, — то пусть они пользуются одинаковою частью, сверх полученного от продажи отцовского [имущества]» (18, 6–8). Так как один есть Бог священников повсюду, то надлежит быть соединенными тем, которые возведены в это звание и избраны определением свыше. Это же и ныне сохраняется в церквах, и закон о сем чтится у нас: ибо хотя для каждого из избранных на священство есть свой город и свой удел, однако он соприемлется к священнодействию, если бы по какому–нибудь случаю пришел из одного в другой город ли, или страну, и вкушает вместе со священниками и чтится по законам любви. Но, кажется, закон этот, как я думаю, означает еще и нечто таинственное: ибо бесчисленны по всей вселенной страны и города, в которых святые и боголюбивые души людей служат Богу, живя законно и евангельски жительствуя, и как бы принося Ему жертвы в воню благоухания, очевидно духовного: веру, надежду, любовь, терпение, кротость, милосердие к бедным: «ибо таковые жертвы благоугодны Богу», по Писаниям (Евр.13. 16). Но все они стекаются как бы к одной и общей матери, «к небесному Иерусалиму, церкви первородных» (Евр.12, 22–23), вышнему прекрасному граду, «скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек» (8, 2). Там более чистое будет совершать служение, так как совсем отъят будет от нас грех, и не будет там льва и змия, василиска и аспида: ибо «И будет там, — сказано, — путь по ней назовется путем святым. Льва не будет там, и хищный зверь не взойдет на него» (Ис.35, 8 и 9). Там будем вкушать отделенную нам часть; ибо написано: «плоды трудов твоих снеси» (Пс.127, 2). Разве не соответственное трудам каждого будет воздаяние благ, хотя и в большей мере, по щедротам Владыки? Ибо «мерою доброю, — сказано, — утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше» (Лк. 6, 38).
П. Ты сказал правильно. Только объясни мне вот что: разве не было позволено левитам священнодействовать каждому в своем городе и селении?
К. Не было: ибо одна была скиния и один олтарь, на котором приносились все жертвы, один же и храм в Иерусалиме, построенный Соломоном, осуществлявший образ древней оной скинии. И закон совершенно запрещает кому бы то ни было приносить жертвы вне святой скинии; и для решавшихся делать это наказанием было истребление и им угрожал смертный приговор, ибо ясно сказал так: если кто «заколет тельца или овцу или козу в стане, или если кто заколет вне стана, то истребится человек тот из народа своего» (Лев. 17, 3 и 9). А что желавшим приносить жертву в то время вполне необходимо было приходить в храм и в самый святой город и там законно совершать жертвы, которые приносили происходившие от племени Левия, об этом ты ясно можешь слышать от Бога, прямо говорящего во Второзаконии: «Нельзя тебе есть в жилищах твоих десятины хлеба твоего, и вина твоего, и елея твоего, и первенцев крупного скота твоего и мелкого скота твоего, и всех обетов твоих, которые ты обещал, и добровольных приношений твоих, и возношения рук твоих; но ешь сие пред Господом, Богом твоим, на том месте, которое изберет Господь, Бог твой, — ты и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, [и пришелец], который в жилищах твоих, и веселись пред Господом, Богом твоим, о всем, что делалось руками твоими. Смотри, не оставляй левита во все дни, [которые будешь жить] на земле твоей» (12, 17–19). Ибо недоступно Божество и не приемлется жертва без посредства левитов. Они посредничают, подражая посреднику «между Богом и человеками» (1 Тим. 2, 5), то есть Христу. А что одна есть Церковь, одно таинство Христово, и что незаконна, более того — отверженна и не может быть угодна Богу жертва, не в церкви совершаемая, это ясно показал закон, говоря, что не должны быть совершаемы жертвоприношения вне святой скинии. Как строго было соблюдение этого, научись и из сего. Не было бы ничего невероятного, а напротив было истинно, что неисчислимые города, по всей Иудее рассеянные, отделялись от Иерусалима длинными промежуточными расстояниями. И потому как было трудно и не легко выполнимо для желавших приносить в жертву начатки хлеба, равно елея и вина, перенести это столь длинным путем! Для некоторых препятствие тому, может быть, составляло и утруждение рук. Но непристойно было, более того — даже и весьма нелепо, из–за того, что дело было трудно и неудобовыполнимо для находившихся далеко, нарушать красоту истины принесением сынами Израиля жертв не в святой скинии. Посему, дабы закон о сем, по надлежащем устранении всех встречающихся на пути препятствий, наконец, мог быть исполнен согласно с волею Законодателя, Моисей дал наставление и изъясняет Божественную волю во Второзаконии, говоря: «Отделяй десятину от всего произведения семян твоих, которое приходит с поля [твоего] каждогодно, и ешь пред Господом, Богом твоим, на том месте, которое изберет Он, чтобы пребывать имени Его там; десятину хлеба твоего, вина твоего и елея твоего, и первенцев крупного скота твоего и мелкого скота твоего, дабы ты научился бояться Господа, Бога твоего, во все дни. Если же длинна будет для тебя дорога, так что ты не можешь нести сего, потому что далеко от тебя то место, которое изберет Господь, Бог твой, чтоб положить там имя Свое, и Господь, Бог твой, благословил тебя, то променяй это на серебро и возьми серебро в руку твою и приходи на место, которое изберет Господь, Бог твой; и покупай на серебро сие всего, чего пожелает душа твоя, волов, овец, вина, сикера и всего, чего потребует от тебя душа твоя; и ешь там пред Господом, Богом твоим, и веселись ты и семейство твое. И левита, который в жилищах твоих, не оставь, ибо нет ему части и удела с тобою» (14, 22–27). Видишь ли, с каким искусством закон уравнивает неровное, делает легко проходимым неудобопроходимое и облегчает трудное? И это, думаю, означает сказанное устами пророка: «Путь праведника прям; Ты уравниваешь стезю праведника» (Ис.26, 7). Обрати внимание и на то, что повсюду и необходимо привлекается левит, чем закон ясно показывает нам, что не принял бы Бог всяческих жертвы из несвященных рук и несогласно с законом принесенной.
П. Итак, во всем почтен левитский род.
К. Совершенно так, Палладий; ибо священник есть образ и отпечаток Христа, так как Еммануил назван ходатаем «Бога и человеков», также посланником и Святителем исповедания нашего, по Писаниям (1 Тим. 2, 5 и Евр.3, 1), Который «и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление. Ибо Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых», по Писаниям (Евр.9, 12; 10, 14). Обрати же внимание, если угодно, на то, как и иным образом увенчивается священнодействующий славою Христа. Между тем как Он ясно взывает к нам и говорит: «Ибо Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца» (Ин. 5, 22–23); и также устами святого: «Един Законодатель и Судия», как значится в Священных Писаниях (Иак.4, 12): и между тем как и божественный Давид воспевает: «яко Бог Судия есть» (Пс.49, 6), — Законодатель, усвояя светлое достоинство такового суда происходящим, от священного рода, так говорит во Второзаконии: «Если по какому делу затруднительным будет для тебя рассудить между кровью и кровью, между судом и судом, между побоями и побоями, [и] [будут] несогласные мнения в воротах твоих, то встань и пойди на место, которое изберет Господь, Бог твой, и приди к священникам левитам и к судье, который будет в те дни, и спроси их, и они скажут тебе, как рассудить; и поступи по слову, какое они скажут тебе, на том месте, которое изберет Господь, и постарайся исполнить все, чему они научат тебя; по закону, которому научат они тебя, и по определению, какое они скажут тебе, поступи, и не уклоняйся ни направо, ни налево от того, что они скажут тебе. А кто поступит так дерзко, что не послушает священника, стоящего там на служении пред Господом, Богом твоим, или судьи, тот должен умереть, — и [так] истреби зло от Израиля; и весь народ услышит и убоится, и не будут впредь поступать дерзко» (17, 8–13). Видишь, что закон ясно требует от решившихся приносить жалобу на кого–либо по какой бы то ни было причине, чтобы судьею и решителем они делали священнодействователя. Но блюди тщательно, чтобы исполнить согласно со всем тем, что тебе будет предписано: «Ибо уста священника должны хранить ведение, и закона ищут от уст его», по слову пророка (Мал. 2, 7). Ибо сам он отнюдь не законополагает, а напротив выводит на прямой путь волю Законодателя, неподкупно изъясняя ее и являясь наилучшим воздаятелем справедливости, тонко взвешивает суждение по каждому делу. Поэтому на тех, кто решился не повиноваться им, падает обвинение в грубости и высокомерии и определяется им в наказание высшее из всех зол, то есть смерть: «да умрет», сказано, тот, кто не обратит внимание на «священника, стоящего там на служении пред Господом, Богом твоим» (Втор. 17, 12). Итак, велико и поистине дивно предстояние Бога и служение Ему; а не почтивший служителя Божия подлежит суду и наказанию, и презирающий это Божественное достоинство за презрение свое понесет жестокое наказание. Мы найдем, что и Сам Господь наш Иисус Христос заботился об уважении к этому закону; ибо Он так взывал к народу Иудейскому: «на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак всё, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте» (Мф.23, 2–3). Посему пусть никто не судит священника, хотя бы он казался и распущенным и был нерадив в решимости жить согласно с законом, но пусть оказывает ему благопослушливость, когда он изъясняет закон; ибо он страдает недостатками, зависящими от его собственной воли, но изъясняет то, что есть Божие. Итак, не должно быть бесчестимо Божие из–за человеческого.
П. Конечно так.
К. А что славно и поистине достойно внимания дело священства, это ты можешь видеть и из того, что оно славнейшее имеет начало и такой же конец: ибо не может укрыться ни то, что кто–либо возведен на степень священнодействия, ни то, что он призван от Бога к вышним и небесным «обителям» (Ин. 14, 2) и оставил другому священство. Поэтому и Христос о священнодействующих евангельскую проповедь среди язычников (Рим. 15, 16), а также и у израильтян сказал, что они повсюду и во всем будут известны и для всех видимую приобретут славу: ибо «Никто, зажегши свечу, не ставит ее в сокровенном месте, ни под сосудом, но на подсвечнике, чтобы входящие видели свет» (Лк. 11, 33). А что сказанное истинно, разумею то, что Божественный служитель будет в видимой для всех и дивной славе, в этом пусть убедит и божественный Исайя, восклицающий: «Взойди на высокую гору, благовествующий Сион!» (Ис.40, 9).