Чтение онлайн

– Привет. Я так понимаю лед тронулся, раз ты мне звонишь?

– Он тронулся, и я хочу, чтобы и ты начал, как мы и договаривались.

– У меня все готово. Я начну в любой момент. Мой человек войдет в игру как только подам ему знак.

– Отлично. Можно начинать. Медленно и уверенно. Так чтоб никто и ни о чем не догадался. Документы собрал?

– Да, конечно, достал копии. С оригиналами сложнее. Притом мы же не хотим, чтобы обнаружилась пропажа.

– Не хотим. Я приеду просмотрю, что там у тебя.

– Приезжай. Буду рад угостить тебя чаем. Сегодня ждать?

– Нет, среди недели. Сегодня мне придется переехать.

– Куда?

– К нему.

– Ох ты ж. Как у вас все быстро.

– У нас все как надо мне. Я думала, что займет намного больше времени.

– Значит ты поразила его в самое сердце.

– У него нет сердца. Там ледяной камень. Я поразила совсем другие органы и мне это на руку.

– Приезжай, когда сможешь вырваться. Я соскучился.

Послышался кашель со свистом, звук распыляемого ингалятора.

– У тебя снова приступы?

– Такое, вчера шкаф перебирал и надышался пыли. Теперь отдуваюсь.

– Сказал бы, нашли бы кто переберет.

– Ну я ж не настолько беспомощный. Пока еще функционирую.

Когда он это сказал стало немного грустно и я тихо вздохнула. Пашка мой двоюродный брат и он единственный кто остался у меня из родных. И он инвалид. Его тело парализовано до половины…но Пашка гениальный хакер, крутой спец с огромными связями и знакомствами в сети. Он генератор идей, он ум. И он моя совесть.

– К тебе разве не приходит Таня?

– Приходит. Но что я заставлю ее в моем хламе рыться. Я сам.

– Ну ей платят за это.

– Платят…ты платишь.

– Вот именно я плачу, а ты лишаешь ее куска хлеба. Вот позвал бы и она все перебрала, а так надышался пыли. Лекарства есть?

– Есть, не рычи. У меня все есть. Таня купила.

– Хорошо. Приеду проверю. Смотри мне там.

– Смотрю. Ты знаешь, что твой Владик без пяти минут женат? У него свадьба должна быть в мае. С дочкой Ростовского. Известного олигарха и приятеля его мамочки.

– Ну значит мамочка и позаботилась. Он же, как всегда, делает все что она скажет.

– Просто чтоб знала.

– Какая мне разница? Разве это что-то изменит?

– Не знаю. Тебе виднее как свою стратегию выстраивать.

– Ты главное начинай…

– Алин…ты точно уверена, что хочешь этого? Может просто адвоката взять, разобраться, прижать и…

– Именно ПРОСТО. Здесь ключевое слово «просто», Паша. А у меня все не просто. У меня все очень и очень сложно и мне мало адвокатов. Я большего хочу – уничтожить его, поставить на колени…знаешь? Я хочу чтобы он сдох и не просто сдох, а в страшных мучениях. Как моя мама. И я хочу отобрать у него мою девочку. Не на время, а навсегда!

– Алин…ты меня пугаешь.

– А ты не бойся. Я же не тебя прибить хочу.

Он рассмеялся и обстановка разрядилась.

– Ну меня и убивать не надо сам скоро того…

– ПАША! Еще раз ты мне подобную гадость скажешь и я отменю твои сраные энергетики, коньячок по выходным и не приеду. Никогда.

– Последнее мне не нравится больше всего.

Глава 8.1

Какого хрена я принял это решение непонятно никому и мне прежде всего тоже не понятно. Я не планировал приближать ее к себе настолько. Но перемкнуло, перекорежило настолько, что сам не удержался. Почему и нет? Разве я не могу делать все что захочу? Разве я не хозяин своей жизни и кто может мне запретить? Я ж ее не женой своей делаю. А всего лишь подстилкой.

Трахать буду когда захочу. Раком, боком. Хотела мне прислуживать – пусть прислуживает. А самого трясет от понимания, что видеть смогу каждый день, что трогать смогу, нюхать, блядь. И тут же торможу себя. Остановись, Ферст. Она сука. Она тебя развела, она ребенка твоего продала.

Но меня уже несет, прет по полной программе. Хочу играть в нее, хочу насытиться, хочу иметь ее в любой момент когда встанет.

Вначале думал сам поехать. Потом решил, что много чести пусть водила забирает. Целый отряд шестерок бегает сраками трусит. Просто так мое бабло просаживает. Пусть поработают.

Последнее время конкуренты активизировались. Цены опустились, товар плохо идет. Заводы работают, а прибыль в убыток. Китай рулит и выруливает. Проблем по горло. Салток вот-вот пошатнется. А я о сучке этой думаю. Вот уже который день. Мать узнает ее перекорежит.

Думаю о сделке, а сам ее жду. Как маньяк. Даже на часы смотрю. Как будто праздник, как елку, блядь, на Новый год. Три года ничего знать не хотел. Три года держался и все. И срыв. Не просто срыв, а во все тяжкие, так чтоб заклинило с такой силой, что мне кажется мое сердце не бьется, а дергается в такт имени этой суки.

Рядом с дочкой увидел и перемкнуло насколько они похожи. Да, волосы мои, а глаза серые грозовое небо. Ее глаза. И черты лица ее и носик маленький и рот бантиком полный, наивный. И перед глазами совсем другие картинки где мы втроем, где мы с дочкой идем, за ручки ее держим. И сука улыбается мне так, как будто любит…как когда-то давно улыбалась. А я верил. Боже, как же я ей верил. Молился на нее, считал, что встретил самое чистое и настоящее в своей жизни. После дочек олигархов разукрашенных кукол с накачанными силиконом губами и сиськами, с жопами как у Лопез придавить страшно – сейчас лопнет. Помню трахал одну, раком поставил, волосы на ладонь намотал, вошел по самые яйца, и блядь сука чуть не поседел. Все ее патлы у меня в ладони остались. Пришлось возмещать.

У меня волосы фетиш. Люблю, когда длинные, густые, трогать люблю. У Алины они длинные, густые, роскошные. Я когда увидел их распущенными у меня в горле пересохло. Спит бывало, умается после секса, а я смотрю как эти волосы по подушке разметались, как ресницы длинные бросают тень на щеки и думаю о том, что я самый счастливый. Что вот она та единственная.

Блядь! До сих пор от боли скулы сводит. Подошел к окну – приехала. Вышла из машины. Ожидал что с чемоданом приедет, а она без ничего только с сумочкой. Сказал же, что жить у меня будет.

Пусть не рассчитывает, что домой поедет. С сегодняшнего дня мне принадлежит. Сама согласилась.

– Вещи где?

– У меня ничего нет. Ты сказал голая ходить буду. Зачем мне вещи?

Усмехнулась и меня повело от ее улыбки. А ведь что-то в ней изменилось. Что-то неуловимо стало иным. Как будто она и не она это. Что-то исчезло. То ли наивность, то ли кукольность. Она теперь не просто красивая от нее голову кружит и сердце готово выскочить из горла.

– Правильно. Раздевайся.