Чтение онлайн

И потом, как он мог сделать такое? Поставить их жизнь на кон. Под угрозу все, что у них есть. Она просто должна развестись с ним, вышвырнуть его. Довольно.

Проблема, конечно, в том, что она слишком его любит, что он ей небезразличен. Другие жены просто пожмут плечами, довольные тем, что есть кто-то еще, чтобы разделить с ними груз, кто-то еще, чтобы потакать грубым прихотям их мужей. И Селестин это изумляло. Тому, как они упиваются предательством. Потому что это и есть предательство, думала Селестин. Предательство.

Но с нее достаточно, все должно измениться. Настало время ультиматумов, время платы по счетам. Время устроить остаток своей жизни, то, что от нее осталось, с мужчиной, которого она любит.

Позади открылась дверь в гостиную, и вошла Адель.

— Накрывать к обеду, мадам?

— Здесь, пожалуйста, Адель. Сегодня я буду обедать одна.

Адель кивнула и вышла.

Селестин загасила сигарету и скрипнула зубами. Но так будет недолго, подумала она.

Четверг

Когда на следующее утро Жако приехал в полицейское управление, на доске происшествий в комнате группы уже был вывешен самый свежий комплект фотографий. Черно-белые и цветные. Длинная нитка соединяла их с флажком, который он вчера воткнул в «Аква-Сите». Жако остановился, чтобы на них взглянуть. Тело лежало на площадке из камней. Шапка рыжих волос зализана водой назад. Беспомощные, бесполезные конечности вытянуты. Глаза закрыты. Губы чуть-чуть приоткрыты. Крупный план царапин на груди, злой красный цвет на цветных фотографиях, превращался в три серые полосы на черно-белых снимках. Еще одно безымянное тело. Сколько же понадобится времени, чтобы узнать ее имя...

«Где-то, — думал Жако, входя в кабинет, — где-то там ты задумываешь нехорошее. А я собираюсь тебя поймать».

Гасталя нигде не было видно, поэтому Жако набрал номер его мобильника.

— Да? — Голос Гасталя накладывался на фоновый шум трафика. Он был где-то на улице.

Жако рассказал ему о спортзале «Алле-Алле» и о том, что три убитые девушки были членами этого клуба.

— Неплохо, — отозвался Гасталь. — Неплохо.

С его голосом творилось что-то странное. И тут Жако понял, что именно.

— Ты где? — спросил Жако.

— На Репюблик, — ответил Гасталь. — Подумал, будет неплохо тут прогуляться.

И по пути отведать кусочек пиццы, подумал Жако, или чаррос в сахарной пудре. Этот парень постоянно ест. У него во рту или в руке, на подбородке или на галстуке всегда имеется что-то съедобное.

— Могу я поручить это тебе? Спортзал? — Жако не мог даже представить, что могут быть возражения.

— Считай, дело в шляпе, — донесся приглушенный ответ партнера.

Затем Жако вызвал Изабель Кассье и рассказал ей о спортзале, членстве в нем и о баре напротив. Ее глаза даже заблестели при мысли о возможности получить «ниточку». И не было даже намека на то, что занимало ее прошлым вечером. Профессионал до мозга костей. Жако был поражен... и почувствовал облегчение.

— Я бы хотел, чтобы ты покрутилась какое-то время в том баре, — сказал он. — Во время ленчей. И после работы. Но особенно не светись. Прислушивайся к разговорам, незаметно. Чашечка кофе... Ну, ты знаешь, как это делать. Если кто-нибудь наблюдает за спортзалом, присмотри за ними.

Изабель кивнула.

— Начни прямо сейчас, и когда приедешь на место, передай Гасталю фотографию девушки из «Аква-Сите». Он работает в спортзале. Та девушка тоже могла быть членом клуба. Возможно, кто-нибудь ее опознает.

— Хорошо, босс.

Изабель уже выходила из кабинета Жако, когда пришел помощник государственного патологоанатома.

— Старший инспектор Жако? — спросил он, давая Изабель пройти в дверь и с интересом разглядывая ее.

Жако кивнул и жестом пригласил его в кабинет.

— Доктор Валери попросил занести вам это. — Он вручил Жако тощую голубую папку. — Предварительные результаты по телу, найденному в «Аква-Сите». Он говорит, что полный отчет представит завтра, а это пока даст вам пищу для размышлений.

— Передайте ему мою признательность, — улыбнулся Жако и открыл папку.

— Обязательно, — ответил молодой человек.

Когда за ним закрылась дверь, Жако устроился в кресле и начал читать.

«Неизвестная женщина, белая, 61 килограмм; среднего роста; возраст 20—25 лет; короткие рыжеватые волосы, голубые глаза.

Причина смерти: утопление. Следы жестокого сексуального насилия, как у других жертв, однако наличия спермы, спермицида или лубриканта пока не обнаружено. Будут проведены дальнейшие анализы. Также взята проба крови для исследования на наличие наркотических средств, в ходе которого будет установлено, применялся ли пронопразон, и, таким образом, существует ли связь между жертвами».

Жако открыл вторую страницу, где Валери изложил свои обычные дополнительные замечания и наблюдения — мелкие детали, которые Жако обожал и хранил.

«По мнению специалиста по зубам, — писал Валери своим паукообразным почерком, — жертва не является француженкой. Если только все пломбы не были поставлены ей во время поездки в Англию. Там используется совершенно другая технология, что-то наподобие амальгамы».

Кроме того, как и Жако, государственный патологоанатом обратил внимание на грубые ладони убитой. Сначала он подумал, что кожа сморщилась от долгого пребывания тела в воде. Но это не так. Кожа осталась шершавой. Что бы это ни было, но убитая занималась тяжелым физическим трудом.

Валери обнаружил и еще кое-что. Кристаллики соли в ее волосах. Похожие на перхоть. Просто въевшиеся в кожу, словно они находились там долгое время.

Жако закрыл отчет и улыбнулся. Яхта. Скорее всего.

У Жако это был первый за день пункт посещения. Кабинет капитана порта.

— Позвольте подняться на борт, капитан?

Старый капитан порта делал то, что у него получалось лучше всего. Положив на стол скрещенные ноги — толстый рулон карт оказался придавлен каблуками его синих парусиновых туфель, — он держал в массивной руке свернутый экземпляр «Экипажа». За окном утреннее солнце золотило отражающиеся в воде каменные стены форта Сен-Жан, а ветерок рябил зеркально-голубую поверхность водной глади Старого порта.

— Ты, — буркнул Салет, глядя на закрывшего за собой дверь Жако поверх газеты. — Не видишь, я сейчас занят?

Слова звучали коротко и резко, но общий тон был вполне дружелюбным. Если и существовал в действительности полицейский, для которого у Салета могло найтись время, то это был Даниель Жако, сын человека, с которым он ходил под парусом столько раз, что и не сосчитать, человека, который не меньшее количество раз спасал его шкуру на воде и на берегу.

Жако налил себе кофе и прошел к столу Салета. Старик вновь углубился в чтение газеты.