Чтение онлайн

– Ха! Да я вижу, малютка тебя зацепила! – рассмеялся Малум. – Тебе нравятся калеки? Не знал.

– Во-первых, она мне не нравится – просто очередная забавная зверушка с интересным поведением. Во-вторых, она уже не калека. Почти все кости срослись правильно, шрамы зажили, а те, что еще остались, могу поспорить на что угодно, сойдут, не пройдет и недели. Так что она оказалась достаточно привлекательной девушкой.

– Все зажило, говоришь? Значит, магия Жизни? – явно напрягся мужчина.

– Не уверен. На этой неделе у меня дела, поэтому я дал ей время освоиться. Через четыре дня буду проводить испытание, тогда смогу сказать точно. Знаешь, до момента, как я ее узнал, я был уверен, что это так. Но потом… Уж слишком нетипично ее поведение для такого светлого дара. Ты же помнишь, что все чародеи Жизни были чересчур жалостливыми? Они постоянно хотели всех вокруг спасать, даже если их об этом не просили.

Так вот, я провел еще одну своеобразную проверку. Специально не предупредил ее, что все мои слуги – немертвые, и думал, что при встрече с ними она либо испугается, либо начнет их жалеть и выговаривать мне, какой я негодяй, либо светлый дар поведет ее и она постарается их оживить. А она захотела устроить вскрытие! Мой дворецкий ее побаивается! Она смотрит на них, как на желанный объект исследования! А это классический признак сильного темного дара. Как ты помнишь, дар Жизни и дар Смерти не могут присутствовать у одного человека.

– Логично. А ее исцеление? Или та капля крови демона сработала?

– Думаю, она. Ничего, скоро все выясним.

– Ты решил, что с ней будешь делать? И когда? – заинтересовался неизвестный мне мужчина, которого Морулус называл учителем.

– Это будет зависеть от ее дара. Ты же понимаешь, что если окажется Свет, то вариантов у нас нет – она обречена. Этот дар, тем более такой сильный, слишком редок, чтобы оставлять его другому. Я проведу обряд изъятия магии и оставлю дар себе, причем тянуть не буду, это слишком опасно. Ведь дар не утаишь, в итоге он начнет руководить ею, и она кинется всех лечить и спасать. Я-то с ним справлюсь, а малолетка – вряд ли. Поэтому, как только ее магия пробудится до конца (а я постараюсь, чтобы это произошло максимально быстро), немедля проведу обряд. Если она выживет, чего мне очень хотелось бы, я обеспечу ей комфортное пожизненное содержание, как и подобает опекуну.

– А комиссия? Как ты им все это объяснишь?

– Будет сложно, но, думаю, я справлюсь. Если она выживет, то в любом случае останется овощем, неспособным даже в туалет самостоятельно сходить и, соответственно, рассказать тоже никому ничего не сможет. Комиссии я объясню, что неожиданно раскрылся дар, и она выгорела – такое изредка происходит. Доказать это, конечно, будет очень проблематично и накладно, но все же реально, – уверенно говорил герцог. Он давно уже все решил и продумал.

– А если не Свет?

– Тут я еще не решил. При таком варианте развития событий не будет нужды спешить. До совершеннолетия буду учить ее всему по максимуму, а дальше посмотрим. Кстати, нам с тобой не помешают сильные маги в союзниках, а я смогу ее хорошо обучить. Можно воспитать хорошую шпионку, она достаточно привлекательна.

– Ты уверен, что сможешь убедить ее работать на нас?

– Не уверен, но время есть. Тем более ради не столь редкого дара, как Свет, проблем с комиссией я не хочу. А за два года смогу понять, как ее можно использовать. Есть еще вариант обзавестись наследниками: два родителя с сильным даром должны дать хорошее потомство. Так что будет сидеть в замке, рожать и воспитывать детей. Да и путь с изъятием дара всегда возможен, особенно если она окажется никчемной ученицей.

– Согласен. При любом раскладе, кроме магии Жизни, время есть, – произнес Малум и задумался.

Далее мужчины разговаривали о вещах, меня не касающихся, и я их уже не слушала, погрузившись в размышления о своем будущем. Ни один из вариантов, описанных Морулусом, меня не устраивал. Из разговора я уяснила два самых главных момента: первый – что ни при каких обстоятельствах нельзя демонстрировать светлую магию (если она во мне есть, конечно), и второе – у меня максимум два года, чтобы бежать, оставшись при своем. По достижении мной совершеннолетия комиссии потеряют ко мне интерес, и уже ничто не остановит некроманта от исполнения его планов.

Конечно, я перестрахуюсь: буду прилежной ученицей, докажу ему свою лояльность и разожгу в нем огонь желания. Но даже в самом лучшем варианте развития событий мне придется бежать: не хочу, чтобы меня использовали – ни как инкубатор, ни просто для своих темных делишек. Я хочу быть врачом, а не шпионкой или домохозяйкой.

Вскоре маги разошлись, а я, оставшись одна, несколько минут разминала затекшие конечности: все же долгое стояние в одной позе – это героический труд. Мне помогло то, что дома, стараясь поддерживать хорошую форму, я практиковала статичные асаны йоги.

Осторожно направляясь в свою спальню, я думала о том, что необходимо развивать мой навык невидимости таким образом, чтобы он работал и в движении. Однако как это сделать, я пока не представляла.

Последующие дни, остававшиеся до обещанного мне некромантом испытания на определение стихии, я посвятила изучению магии, в основном теории. Я понимала, что в жизни такой козырь мне в любом случае пригодится, поэтому сразу для себя решила: раз Хорнрейвен будет меня учить, я должна взять у него максимум знаний и умений. Пока же я искала в библиотеке общие данные по колдовству, уделяя особое внимание магии Жизни и пытаясь найти подсказку, как же скрыть такой опасный дар.

Информации было много, но она либо оказалась бесполезна для моего уровня знаний, либо освещала только основные аспекты. Из книг узнала, что магов в этом мире было достаточно много: примерно у каждого сотого человека открывался какой-либо дар. Другое дело, что в большинстве случаев он был очень слабым, и его силы хватало только для решения самых мелких бытовых задач – например, свечку зажечь или пыль с полки убрать.

Таких слабых чародеев, как правило, даже никто не обучал, особенно если человек был из низшего сословия. Но он мог получить работу в качестве обслуживающего персонала, и тогда работодатель, по своему усмотрению, мог отправить его на короткие курсы бытовой магии (ведь у обычных крестьян на это просто не хватало средств). Если такой «недомаг» (вежливо их тут называли одаренными) рождался в знатной и обеспеченной семье, ему нанимали частного учителя для овладения азами волшебной силы.

Из книг следовало, что женщин с даром рождается в несколько раз больше, чем мужчин, но вместе с тем возможности их значительно меньше и, как правило, именно они и являются одаренными, становясь хорошими экономками, парикмахерами, портнихами. Их охотно выбирали в жены: доходило до того, что девушки из низшего сословия, даже из крепостных, могли рассчитывать на партию с купеческим сыном средней руки. Рожденные же в более-менее знатной семье имели очень большие возможности при выборе будущего супруга.

На бытовом уровне стихия, которой владеет «недомаг», значения не имеет, так как все заклинания первых ступеней адаптированы под любую из них. Всего уровней заклинаний десять. Восьмой и девятый – это уровень магистра, десятый – уровень архимага. Волшебников, способных пользоваться заклинаниями выше второго уровня, существует уже не так много – это примерно один из пятидесяти проявленных магов. Уровня магистра достигает каждый сотый из них. Архимагистров же на данный момент не более десятка на всю страну.