Чтение онлайн

— Его преосвященство хочет вас видеть немедля, — пробормотала служанка, опустив глаза в пол, а руки спрятала в карман передника.

Однако, протрезвел… От этой мысли в душе заскреблись кошки.

— Полагаю, мне нужно привести себя в надлежащий вид, — выпрямила спину. Ну держись, твоё преосвященство! — Мои вещи уже привезли?..

… Через полчаса в столовую я входила как минимум великой княжной. Волосы служанка украсила крупными заколками с листьями, уложив в высокую причёску и оставив только тонкие пряди у лица. А платье… я покупала его больше из-за ощущения диковинки. Белое, сидящее ровно по фигуре, с мягким внутренним корсетом. Вырез лодочкой, а на плечах — защёлки с тонкой мантией. И что самое интересное — объёмная вышивка на груди, красивой золотой нитью. Вообще сочетание белого и золотого — цвета императоров в Империи. У Дана все официальные наряды в таком цвете!

А чем я хуже?..

Первое, что бросилось мне в глаза — недовольное лицо Виена, сжимающего чашку. Инквизитор выглядел… как тот Виен, которого я обозвала "блонди". Хмурая глыба льда в мундире с иголочки.

— Доброе утро, ваше преосвященство, — смиренно произнесла я, наклонив голову в знак приветствия. Виен поднял глаза, сурово сдвигая брови, и… дрогнул. Чашка выпала из его рук, расплёскивая чай по деревянным панелям.

— Прошу прощения, что задержалась, — закончила я, провожая её взглядом.

С поистине императорским спокойствием прошла к столу и заняла место напротив. Прибежавшая на окрик Мэди убрала лужу и принесла завтрак.

Виен молчал, сложив кончики пальцев, и наблюдал за мной. Я же смотрела в окно, на непривычно маленький стеклянный стол и на Мэди — в общем, куда угодно, кроме инквизитора. Казалось, что для него моё поведение — это глупое кокетство девочки-дурочки.

— В форме факультета алхимиков было лучше, — наконец хрипло проворчал он. Я невольно улыбнулась.

— Я так и поняла, ваше преосвященство.

Мэди, раскладывающая тарелки, тихо хихикнула. Отослав служанку, Виен повернулся ко мне.

— Новое убийство, — произнёс он, заставив моё сердце испуганно вздрогнуть, — на долгий завтрак нет времени — нужен твой вердикт.

Я едва не подавилась божественным омлетом и, с трудом проглотив кусок, ответила:

— Почему ты сразу не сказал?! Я бы не собиралась столь тщательно!

— Я просил Мэди привести тебя немедленно.

Ну да, просил… Но я же не могла выйти к нему в привычном наряде, после того, что произошло!

Есть расхотелось в момент, как и радоваться новому дню. Убийцу, видимо, несказанно расстроил факт моего исчезновения, и он решил отомстить в своей манере. Одно интересно, как же он так быстро восстановил силы?.. Подумала и осознала — ну конечно, Розариус, украденный у убитого лекаря. Цветок, который используют в зельях бодрости!

Ему не откажешь в предусмотрительности!

Я запихнула в себя остатки омлета, запила обжигающим чаем и поднялась.

— Две минуты, Виен. Сменю платье на форму и можем ехать.

— Подожди, — он незаметно оказался рядом, схватив меня за руку, — в полдень приём у ассирийского посла. Ты… готова пойти со мной?

— Да! — вскинула голову, держа улыбку в узде: — Я готова. Мы должны остановить этого… этого подонка.

— Я должен, Ольга. Твоя задача — направлять нас и не в коем случае не подставляться под удар. Твоё похищение… действительно могло закончиться плохо.

— Я понимаю, Виен.

Вот блонди он — и эти всё сказано!

Глава 3. Дело матушки эрцгерцога

— Пошли вон! Эрцгерцог велел никого не пускать, дабы солдафоны безрукие не очернили тело его матушки!

Это было первым, что мы услышали, подъезжая к огромному особняку эрцгерцога. Приставка "эрц" добавлялась к титулу министерских служащих, если с момента моего обучения ничего не поменялось. Я машинально повернулась к Виену.

— Министр безопасности Валессы — Гамэль Фельтон, — сухо ответил он на мой немой вопрос.

Оценив толпу у ограды и царившее в воздухе напряжения, я, пожалуй, простила ему утреннюю холодность.

Мы почти не разговаривали. Когда выяснилось, что мать эрцгерцога убили, Виен отправил Гардэна и Орвиса на место преступления, а сам рванул за мной. На дорогу с со всеми сборами ушло почти два часа — и всё это время, как оказалось, инквизиторов держали под дверью.

Виена стрелой вынесло из кареты.

Господи Великий, как он орал. Досталось и капитанам, и дворецкому, и охране особняка. На шум прибежала супруга эрцгерцога, дрожащим голосом разрешившая инквизиторам "пройти". Но Виен, хоть и злой, как тысяча навей, ограничился Зольером, Гардэном и мной.

Эрцгерцог Гамэль Фельтон встретил нас у парадной лестницы. Выглядел этот огромный мужчина с сединой в висках откровенно плохо. Я впервые увидела настолько заплаканного мужчину, но… видимо, это опять объясняется спецификой Империи.

— Как это понимать, ваше сиятельство? Вы скрываете улики, удерживая инквизиторов за дверью? — холодно осведомился Виен.

Холёное лицо Фельтона исказила гримаса, а пальцы уже рыскали по сюртуку в поисках платка:

— У меня… — и что-то неразборчивое под плач, — моя матушка! Ну скажите, чего ей не хватало, чего?! Зачем она?.. Ох, боже, мама!

Мне невольно стало его жаль. Вспомнилось, как три года назад погиб отец, и я тоже долго не могла прийти в себя.

— Соболезную, ваша сиятельство. Держитесь, — мягко произнесла я, наклоняя голову в знак приветствия. Это всё фамильный гонор, Ольга. Приседать в реверансе мне надлежало только перед отцом, братьями и матерью. Кланяться перед чужими принцессами и герцогами я не могла себя заставить.

К счастью, эрцгерцогу было не до меня.

— Б-б-благодарю, — провыл он и снова залился слезами. Прислуга только и успевала, что подносить ему бумажные платки. — Идите! Смотрите! Ройтесь! Я буду у себя в кабинете. Донна, милая, проводи инквизиторов.

— Пойдёмте, — бросила Донна, недовольно поджав губы. Худая, тонкая, с небрежно накинутой на плечи шалью и распущенными волосами, он показалась мне иконой жены-страдалицы.

— Почему вы не пускали инквизиторов и врачей? А если бы вашей свекрови ещё можно было помочь? — раздражение Виена тоже плескалось через край. Улучив момент, я прижалась к нему на пару секунд, слегка сжав ладонь инквизитора. Дрогнув, мужчина бросил на меня короткий взгляд и отвернулся, но глаза чуть-чуть потеплели.