Чтение онлайн

— Ты предоставишь мне пропуск за кулисы?

— Вряд ли он тебе нужен, но я с удовольствием схожу в ближайший «Федерал Экспресс» и сделаю для тебя карточку.

— А там будет написано «Гуд Мен-фанатка»?

На моем лице появляется дьявольская ухмылка.

— Ты знаешь мой сценический псевдоним.

Это меня безмерно радует.

Яростный румянец разливается по ее щекам.

— Хорошо, я искала тебя, — тихо говорит Слоун себе под нос, как будто это признание чего-то ей стоит.

Наклоняюсь вперед, и, хотя прошло уже много времени с тех пор, как я проверял ее в сетях, тоже признаюсь.

— Момент истины: я тоже иногда заглядываю к тебе.

— Неужели? — Ее голос хриплый, с легким оттенком тоски.

— Это действительно так. Я же визуальный парень. Мне нравятся фотографии.

— Какая-нибудь особенная?

— Все в частности.

Слоун закусывает губу и опускает лицо.

— Лучше бы ты этого не говорил.

Но она, кажется, не хочет этого. Похоже, она тоже не слишком скучает по своему другу с болтающейся сережкой. Да и я тоже.

Может быть, все дело в лунном свете.

Может быть, все дело в том, что я так неожиданно столкнулся с ней сегодня вечером.

А может, просто сейчас она так же неотразима, как и семь лет назад.

Я тянусь к ее лицу, поднимаю подбородок и встречаюсь с ней взглядом.

— Слоун Элизабет, ты все еще самая привлекательная женщина, которую я встречал.

Это всего лишь слова. Я не обязан действовать в соответствии с ними, но говорить их так чертовски приятно. Черт возьми, произнося их, сильно возбуждаешься.

Из-за того, как Слоун реагирует.

Как дрожит от моего прикосновения.

Ее глаза темнеют.

— Неужели это так? Неужели я похожа на шампанское?

Это настоящий вызов. Похоже, это провал, поскольку Трули отсылает меня назад во времени, в тот вечер, когда мы встретились.

— Ты из тех женщин, которые любят шампанское. Хороший бокал шампанского обостряет все чувства. Он щекочет нос, поступает в голову, и немного опьяняет, — озвучиваю то, что сказал тем вечером, чувствуя себя почти таким же сейчас опьяненным ей, как и тогда.

Она сглатывает, отводит взгляд, потом снова смотрит на меня, делая глубокий вдох, словно собираясь с мыслями.

— Малоун, я не могу стоять здесь на улице и флиртовать с тобой. Ты не можешь просто наткнуться на меня и снова стать неотразимым.

Мои губы ухмыляются. Моя кожа горит.

— А я что? Неотразимый?

— Ты же знаешь, что был.

— Был. Есть. Какой именно?

Трули кладет руку мне на грудь.

— Ты был, и есть. И технически ничего не изменилось.

— Мне это прекрасно известно. И все же я по-прежнему люблю блины.

— И это тоже. — Всего лишь шепот.

Трули встает на цыпочки и запечатлевает на моих губах обжигающий, сладко-сладкий поцелуй. На вкус как мед и огонь, простое прикосновение ее губ к моим — это электрический ток. Мои кости трещат и гудят. На несколько напряженных секунд я углубляю поцелуй. Завладеваю ее ртом, она тает рядом со мной, как и раньше.

Но Слоун прерывает поцелуй и кладет руку мне на плечо.

— Если я еще немного постою здесь, то в следующий раз мы будем есть блины.

Она отпускает меня, закидывает сумку на плечо и поворачивается в другую сторону.

— Завтрак, я позвоню, — говорю я.

Она машет рукой, не оборачиваясь.

Я тоже ухожу, потому что она права.

Она не та женщина, которой можно позвонить. Она — женщина, которой я должен сопротивляться, даже если она больше не дочь моего делового партнера.

И этот поцелуй был скорее прощанием, чем приветствием.

Голосовая памятка Слоун Элизабет по одному конкретному вопросу

Ладно, теперь мы кое-что выяснили.

У тебя явно до сих пор нет противоядия от слишком-сексуального-горячего-сладкого-соблазнительного-умного-остроумного бывшего. Присядь, прямо сейчас, немедленно.

Так, сделай глубокий вдох.

В общем, ты нормально справилась.

Ну, может быть, «нормально» — это не совсем подходящее прилагательное. Нормально — это четверка с минусом. По тесту на самообладание твоя оценка была больше похожа на тройку. Вообще-то, двойка с плюсом. Двойка с плюсом говорит, что ты отстой… но ты отстой со стилем.

Единственная причина, по которой ты не провалилась, в том, что ты не полностью раскрыла все детали своей богатой внутренней жизни, когда речь заходит об этом человеке.

Почему бы тебе просто не сказать ему, что он вдохновил на пару носков, которые ты тоже придумала? Те, что с надписью «ты неотразим» и «ты знаешь это».

Просто держи этот лакомый кусочек поближе к сердцу, ладно?

Может быть, тебе стоит сделать себе новую пару — «сопротивляйся». «На этот раз сопротивляйся сильнее».

Это не так уж и важно, что ты поймала себя на том, что преследуешь его. И кстати, он тоже следит за тобой. Вы лишь пара преследователей.

И черт возьми, этот сталкер умеет целоваться.

Мы говорим о слабости в коленях, бабочках в животе, покалывании внизу рук во время поцелуев.

Только не делай этого снова.

Кроме того, у тебя кончилось молоко. Осталось только взять в магазине еще хлопьев с корицей и всем этим подавить. Ведь вкус такой же приятный, как и горячий поцелуй.

Ладно, спасибо, пока. Ты просто потрясающая.

Наконец наступает пятница.

Я взвинчен словно дерзкая чихуахуа, я как провод под напряжением на протяжении всего рабочего дня.

К концу дня, закончив дела, я направляюсь прямиком в спортзал для быстрой тренировки. После душа надеваю свои лучшие брюки и свежевыглаженную рубашку. Вставив наушники, включаю свой счастливый плейлист Синатры. Выхожу пораньше, чтобы прогуляться среди пятничной вечерней толпы Манхэттена. Мы встречаемся с Дугом в его любимом месте для ужина, таверне «Портной» в Верхнем Ист-Сайде. Когда толпа становится меньше, я выключаю «Незнакомцы в ночи» и звоню маме, которая отвечает на третий звонок.