Чтение онлайн

Безмолвно. Безошибочно. Сурово.

Хлеба белого поешьте,

На ладонь словите солнце,

Потому что очень скоро

Это вспомнится как счастье

Но зато потом, быть может,

Птица крылышком прочертит

Буки-веди по пространству,

Да читать вы не горазды

«Относительно спокойно».

«Относительно стабильно».

Без пяти как упокойники,

С неба перышко словите

Я болен, не знаю, не вижу

На что-то смертельно обижен

И с кем-то не сведены счёты

И в доме присутствует кто-то

Он бродит по комнатам глухо,

Неведомо враг или друг он

И серая гамма тумана

Плывёт из ночного бурьяна

И он говорит мне: «Ты нищий,

Ты время растратил на мифы»

И время летучею мышью

Скользнуло по мигам убитым.

И время скользнуло по мигам,

По мифам земным и крылатым,

И что-то молчало как рифы

Под днищами пёстрых фрегатов.

«Я Оле-Лукойе, – сказал он, -

Я нянчил тебя с колыбели

И жизнь тебе только казалась

Под дудочки мягкие трели

И жизнь тебе только приснилась

И в мире не радость, а прелесть,

И грезят сновидцы о силах

Под дудочки мягкие трели»

И я закричал ему: «Дай мне

Очнуться, чтоб выплыть в тумане!»

И что-то молчало как камни

Молчат под ночными дождями.

Где ты схимник и витязь?

Где ты мудрости проседь?

Где ты голос из выси?

– Это женщина просит?

Где ты невидаль-чадо,

Чтобы нежить и холить,

Где ты чудо начала?

– Это женщина молит

Где ты, дерзкий и ладный,

Где ты, знойный и острый,

Искуситель желанный?

– Это женщина просит

Совместить в триедином –

И на плаху готова

За отца и за сына

И за духа святого

Не говори, не говори,

Не пересуживай заспинно –

Вчерашний день неповторим

И обернувшийся застынет

Не говори о планах на,

О видах на день и на вечность,

И что на ком-нибудь вина

И что советует советчик.

Не говори, чтобы царить,

Не говори, чтобы казаться,

Чтоб говорить не говори,

Чтоб покорить и оправдаться –

Но говори, когда тоска

В чужом зрачке кричит подранком,

Когда не поздно и не рано,

А вовремя – и на века.

Отдавайся, сестра моя встречному,

Отдавайся в мечте и беспечности,

Будь беспочвенней, легче – и вечное

Непорочно прольется в сердечности

Отдавайся, сестра моя, каждому,

Тяжесть ноши пушинкой окажется,

Уступай прихотливым влечениям,

Как кораблик плывет по течению

Растворяйся, сестра моя, в воздухе,

Расточайся улыбкой и возгласом,

Чтоб совсем невозвратно пропала ты,

Как углы оплывают овалами

И когда ты расплавишься в золото,

Поубавится странникам холода

Стеарин претворился в свечение,

И кораблик поплыл по течению

Я увидел свое отраженье в стекле,

Отраженье свечи и дрожанье зрачка

Но не свечи, а лампа была на столе

И зрачок не дрожал, а бежал по строкам

Я подумал, что, может быть, умер давно

Не заметив, когда отражением став

И сижу при свечах и смотрю сквозь окно

Как когда-то при лампе чертил на листах

А потом набежало другое лицо

Это ты подошла и коснулась плеча

И я понял, что верно и жил мертвецом,

Что и ты умерла, так и жить не начав

Жизнь подошла к срединной точке,

К священной точке на груди

Увидеть мост и крикнуть: «Отче,

Переведи!»

Увидеть белыми огнями

Преображенную судьбы

И дальний крест, и тайный камень

На недоступном берегу

И на изжитое не глянуть

И не позариться окрест –

А зачарованно и прямо

На крестный мост и дальний крест

И игр безумных вереница

Как пепелище позади,

И жаром плещется Жар-птица,

Проклевываясь на груди

Мы с тобой непохожи, прохожий,

Мы с тобой не близки, близнец

Замороченный ложным тождеством,

Я вернулся к себе, наконец

Вижу – я, позабытый собою

Удрученно твержу о свободе –

Между тем, как лечу свободный

Под крутящийся шлейф прибоя

Вижу – ты с лицом упоенным

Сумасшедшей опасной куклы

В чем-то роешься деревянно,

Не вникая в язык прибоя –

Нам наследств не делить с тобою

Жемчужиной с отливом лиловатым

Упала в жизнь – дышать, от арфы плакать,

Кружиться круглою в пространствах угловатых,

Таиться в сумерках от вихрей праха

Зачем упала, капелька Амриты –

Иллюзии ль дожить, урок домыслить?

Под ветрами долинными дрожишь ты

И ностальгически заглядываешь в выси