Урод
Шрифт:
– Я его почувствовал, - прошептал Антракс, привлекая ее к себе и нежно целуя.
Он никогда не думал, что может быть настолько свободным и открытым с женщиной, которая так же откроется ему и, не замечая его шрамов, будет нежно отвечать на поцелуи, царапать его плечи и принадлежать ему.
Лилайна нагая и счастливая растянулась на шкуре тигра, брошенной прямо на землю в палатке. Она давно была чистой, но не пыталась остановить мужа, нежно вытиравшего ее кожу.
На себя Антракс вывернул ведро ледяной воды, заставляя жену морщиться от одного лишь вида этой картины, а теперь сидел возле нее в одних штанах.
Она улыбалась, наблюдая за ним. Для него же это было особым удовольствием, скользить прохладной тряпочкой по ее плечам, пояснице, ягодицам и бедрам.
– Ты так ничего и не поела, - тихо проговорил он.
Она же рассмеялась:
– Неправда, кое-чем я все же перекусила.
– Дурочка.
Но он улыбнулся, впервые улыбнулся открыто, не удержав смешок, и бросил тряпку так, чтобы накрыть ее лицо, а она, стянув ее, показала ему язык, не веря, что они могут вообще сидеть вот так в центре лагеря повстанцев, чуть ли не в разгар войны и ни о чем не думать.
Он провел рукой по ее волосам, заставляя ее довольно улыбаться.
– Мне надо будет скоро уйти, - внезапно сообщил Антракс.
Лилайна с испугом взглянула на него, ловя его руку.
– Куда?
– Я должен встретиться с графом, поэтому пойду напрямую в Рок-Рен через лес.
– Там же река.
– Я знаю, где брод, - невозмутимо отвечал Антракс, пока его жена, цеплялась за его руку и взволнованно прижималась к нему.
– Ты оставишь меня одну? – жалобно спросила она.
– Девочка моя, ты о чем? – с нежностью в голосе спросил Антракс, приподнимая ее и обнимая. – Это я уйду один, а у тебя повстанцы и эштарские воины, тебе нечего бояться. Я буду в Рок-Рене на закате, а вы выдвинетесь на пару часов позже и к полудню будете в столице, а я встречу вас возле города.
Он гладил ее волосы и продолжал рассказывать.
– Эштарцы защитят тебя, с кем бы им ни пришлось встретиться. Идти они будут под твоими знаменами, и едва ли кто-то решится напасть на ваш большой отряд, но если решится, то до тебя никому не добраться.
– Мне будет страшно без тебя, - призналась Лилайна, целуя шрамы на его плече.
– А я уверен, что ты достаточно смела, чтобы это пережить, к тому же завтра я снова буду рядом. Если твой дядя не будет капризничать и признает тебя, то все очень быстро закончится.
Лилайна только коротко вздохнула и отпустила его с легкой грустью в сердце. Он растрепал ее волосы и шагнул в сторону, хромая. Не хромать без обуви в его случае было просто невозможно.
Он выудил из сундука два длинных сарафана, один синий с белыми волнами, второй светло-серый с нежными мелкими цветочками.
– Выбирай.
– А почему нет красного? – спросила Лилайна, надувшись.
– Красный - цвет Эштара, а не Рейна.
– Красный - это твой цвет, - буркнула она.
Антракс невольно закрыл на миг глаза, слишком это было приятно, а потом невозмутимо принес ей оба.
– В мое отсутствие Ренер будет выполнять твои распоряжения, только не повышай на него голос, он не привык слушать женщин, но человек он действительно надежный и умный.
Лилайна надела синий сарафан, с интересом проследила за тем как муж натянул сапоги, рубашку, на шею повесил медальон в виде треугольника, а сверху набросил кожаную куртку.
– Удачи, - прошептала она, поднимаясь на носочки и целуя его в губы.
Она никогда не думала, что будет переполнена нежностью к человеку, которого клялась не любить.
7. Честь по-варварски (3)
Он был у ворот Рок-Рена еще до заката.
– Я врач, - почти рефлекторно сказал Антракс, демонстрируя стражникам грамоту.
Его лицо частично было закрыто повязкой. Стражники, явно имевшие особые указания из-за восстания на востоке страны, долго косились на него и наверно не пустили бы за ворота, если бы не вмешался граф Шмарн.
– Он действительно врач и он ко мне, - сообщил мужчина, швыряя стражникам монету, одну на двоих, пусть потом как хотят, так и делят.
Спорить со Шмарном стража не решалась даже теперь, когда слово графа в стране мало что значило. Люди чувствовали, что нынешнее положение вещей не будет долгим, а значит, вскоре все изменится – и Шмарн своего не упустит. По крайней мере, рыцари Рок-Рена были в этом уверены, помня прежнюю влиятельность графа.
Антракс спокойно подошел к встречавшему его мужчине и почти машинально пожал графу руку.
– Ты как часы, - усмехнулся граф, - а я опасался, что без связи что-то пойдет не так.
– Не в моем случае, - холодно проговорил Антракс. – Выведите меня к трактиру «Серый верес».
Граф посмотрел на Антракса озадаченно.
– Мы разве не к Огюсту?
– А я его пальцем должен вылечить? – спросил Антракс.
– А ты, правда, собрался его лечить?
Антракс развел руками. Граф скривился, но спорить не стал, ускоряя шаг.
– Ты мне так и не ответил, что у тебя с наследницей, - проговорил он после небольшого пути в молчании.
– Мы поговорим об этом, когда все закончится, - холодно ответил Антракс.
Граф строго посмотрел на него, но ничего не ответил, понимая, что вмешиваться явно бесполезно.
Дойдя до трактира, Антракс легко вспомнил дорогу: налево до тупика минуя три поворота.
Граф замер, с растерянным ужасом глядя на старую неприглядную дверь с вывеской «Черный дом».
– Подождите меня здесь, - попросил эштарец, шагая к двери.
– Это настолько страшный притон, что мне туда нельзя? – попытался пошутить граф.
– Да, - совершенно серьезно ответил ему Антракс, заходя внутрь.
Ритуал вновь был соблюден. Ему сказали, что заведение не работает, а он невозмутимо взял лист и начертал символ, но не стал никуда проходить, а сказал что ему нужно, почти мгновенно получил флакон, заплатил за него и вышел.
– Вина вы мне найдете? – спросил он сразу у графа.
– Тебе? – удивился граф, который уже успел столкнуться с тем, что его собеседник не пьет.
– Огюст Оревью лучше пьет лекарства с вином, а еще лучше - в вине, - с ледяным выражением лица пошутил Антракс.