Чтение онлайн

— Ты веришь в эту чушь? Знаешь же, что я этим аферистам-экстрасенсам столько бабла слил, что две машины купить можно, и все безрезультатно. Не верю больше в их бред. — Максим подошел к окну, открыл форточку и вдохнул морозный воздух. Тошнота немного отступила. — Очередное разочарование от всей этой белиберды, вот чего мне может предложить твой колдун.

— Этот денег не берет, да и лучше делать, и разочаровываться, чем бухать. — Рявкнула недовольно трубка. — Короче. Скидываю тебе координаты, если бабки будут нужны, то пиши. Если еще какая помощь, то тоже не стесняйся. Попробуй, не переломишься, тут недалеко. Все отключаюсь. Дуй туда давай, что-то, мне подсказывает, поможет старик тот.

Трубка замолчала и тут же пискнула сообщением. Максим посмотрел, вытер вспотевшее, небритое лицо ладонью.

— Почему бы и нет. Все-равно ничего не теряю. — Он сгреб рукой со стала мусор в помойное ведро, вытер тряпкой засаленную скатерть, посмотрел на мусор на грязном полу, и махнул рукой. — Подождет. — Развернулся, и пошел в ванную комнату мыться, и бриться. Решение принято, а он не привык сдавать назад.

***

Тридцать километров не расстояние для крепкого парня, привыкшего к трудностям походной жизни, тем более что основную часть придется пройти на лыжах.

Гора Чертово городище, это то чудо природы, которое стоит посмотреть и просто ради любопытства (в древности там было место ритуальных таинств), а уж ради возвращения жены, и подавно.

Если бы не ориентиры, скинутые на мобильник Серегой, то жилище шамана Максим ни за что бы не нашел. Две кривые заснеженные березки, под козырьком нависающей над ними скалы, и непроходимые заросли сугробов шиповника вокруг.

Чертово городище, чудо Урала, посещаемое многочисленными туристами, желающими как пощекотать себе нервы скалолазанием, так и любителями посозерцать диковинные виды, и красоту природы даже зимой. Они оставили свои следы везде, кроме этого места, никому не хотелось колоться шипастым кустарником, но у Гвоздева другого выхода не было. Тяжко вздохнув, он отстегнул лыжи, воткнул их рядом с палками, и раздвинув хрустнувшие морозом, осыпавшиеся снегом ветки, шагнул в острые колючки.

Они цеплялись за одежду, пытаясь достать до тела, но ломались и отступали, побежденные упрямством идущего к цели человека. Как-то резко, кустарник остался позади. Всего один шаг, и из-под руки, закрывающей от травмы лицо, перед парнем открылась вычищенная до камня, от снега площадка, перед невысоким входом в темную пещеру.

— Чего надо? — Донеслось недовольное брюзжание из темного лаза. — Не до гостей мне сейчас, я с духами разговариваю. — Голос смолк, и по ушам ударил глухой звук бубна.

— Мне бы поговорить. — Максим Остановился у входа.

— Вам всем бы только поговорить, а потом: «Где мои сережки, где мое колечко? Надоели. Уходи. — Рявкнул голос.

— У меня жена пропала... — Максим осекся на полуслове, так как негостеприимный хозяин высунул на свет, сощуренное лицо. Подслеповато осмотрел гостя, и вылез весь.

Маленького роста, состоящий из одних морщин на желто-серой коже, полностью лысый, вместе с ресницами, и бровями, и не смотря на мороз, в одной холщовой серой рубахе, на голое тело, с распахнутым воротом, и босиком. Он выпрямился, по-молодецки расправив плечи, и совсем по-стариковски закряхтев.

— А я-то тут причем? Я людей не ищу. Иди в полицию... — Хитро сощурился шаман, и подпер одной рукой себя в бок, другую, с бубном, спрятав за спину.

— А может все же поможете? Я хорошо заплачу... — Максим уже понял, что пришел зря, но отступать не хотелось.

— Чем заплатишь? — Еще сильнее ехидно сощурился шаман.

— Деньгами. — Пожал плечами Гвоздев.

— Дурачок. Оглянись вокруг. Что видишь? — Рассмеялся старик. Максим нерешительно обернулся. — Магазины видишь?

— Нет. — Не понимая к чему ведет шаман, парень пожал плечами.

— Так на кой ляд, мне твои фантики? — Зло выплюнул старик. — Если мне их применить некуда?

— Чем тогда платить. — Что-то внутри парня лопнуло, и муть отчаяния затуманила взгляд.

— Что? Припекло? — Смягчил неожиданно голос старик. — Давно девка пропала-то?

— Год уже. — Максим развернулся, собираясь уходить.

Очередной колдун оказался сумасшедшим. Очередное разочарование. Нечего здесь больше делать.

— Куда собрался? — Рявкнул дед. — А ну стоять. Я еще ничего не решил. — Максим вздрогнул и обернулся. — Тут жди. Я с духами поговорю. Плату им отдашь, но они денег не возьмут, они им, как и мне без надобности. Могут часть души потребовать, могут крови, а могут и еще чего, но то мне неведомо, какая вожжа им под хвост попадет, то и потребуют. Жди.

Он нырнул в пещеру, и оттуда немедленно зазвучало заунывное пение, и остервенелый бой бубна. Максим замер, прислушиваясь к непонятным камланиям. Тело трясло, словно от озноба, хотя он был тепло одет. Взгляд слезился, будто едкий дым разъедал глаза.

— Нервы не к черту, или с похмелья так колотит? — Выдохнул еле слышно парень.

— И нервы, и пойло поганое вылазит. — Донесся в перерывах завывания ехидный смешок из пещеры. — Давай пацан. Не стой истуканом. Полезай сюда. Говорить будем.

Максим пригнулся, и вошел под низкий свод в полусумрак, наполненный запахами трав. Посередине, из камня в трещине, горел голубой огонь, как из кухонной плиты, видимо пробивался природный газ. Было жарко, и лоб парня немедленно покрылся под спортивной шапкой, испариной. Шаман сидел в свете подземного огня, перекрестив ноги, и не мигая смотрел на гостя.

— Скидай верхнюю одежку, и присаживайся напротив. — Он говорил, едва раскрывая рот, процеживая слова сквозь зубы. — Долго говорить будем.

Максим снял куртку, пошарил глазами в поисках какой-нибудь вешалки, но не найдя, бросил в угол, туда же полетела и шапка.

— Напротив садись, через огонь говорить будем.
– Парень подчинился. — Знаю где жена твоя, но вряд ли тебе это понравится.

Максим напрягся, и подался вперед.

— Говори...

— Сначала о плате. — Нахмурился старик. — Я пытался цену сбить, но он уперся.

— Кто он! Я на все готов! Говори. — Парень вскочил.

— Сядь. — Рявкнул шаман. — Вижу любишь девку, потому и помог, а так отправил бы восвояси. Много тут вас ходит, клянется, а в душе одно дерьмо самовлюбленности и жадности. Все себе, да ради себя. — Он заговорил более спокойно. — Имей терпение, тебе многое предстоит сегодня узнать, и принять непростое решение. Плата несложная на первый взгляд: «Честное слово», — но это потом.

Мир живет двумя потоками реальности, наша и Полоза. В нашей все для тебя понятно, а про ту, знают единицы, да и то по придуманным слухам, потому что еще никто оттуда не вернулся. Тот мир, точная копия этого, те же горы и леса, те же реки, те же моря и пустыни, но там нет цивилизации в том виде, которая нам привычна. Не нужна она там.

Мир Полоза, это мир его законов, и его прихоти, мир злой справедливости, и нечисти, о которой тут думают, что она сказки. Раз в несколько дней, он похищает человека и переправляет его туда. Для чего не знаю, не обессудь, не скажу, он не рассказывает, то его воля, но явно не в виде корма, во всяком случае не себе. Не любит он плоть ни человека, ни другой животины, камнем питается, да огнем запивает.