Чтение онлайн

– Ladies and gentlemen, – конферансье поднял руки в знак прощания, – that is all for tonight. «Tropicana», the best… [30]

– Я еду в Гавану, я еду… – замурлыкал Франсис.

– Идем, пошли, – сказал я и, покачиваясь, встал из-за стола.

Мы вышли из кабаре, и Франсис перекинулся словом с шофером такси.

– Порядок, – сказал он, с трудом ворочая языком. – Тебя доставят домой, а потом мы с этой малюткой поедем как поедем, то есть поедем куда поедем…

Мы влезли в такси, я сел рядом с шофером, Франсис и мулатка сзади.

В эту секунду мимо проехала машина, и мне показалось, что я вижу Малу с каким-то мужчиной.

– Малу! Лу! – закричал я и замахал руками, но машина удалялась, не сбавляя хода. – Езжай за этой машиной! За ней! – приказал я шоферу нашего такси.

– Что случилось? Что случилось? – всполошился Франсис.

– В том такси – Малу. Надо ее догнать.

– Шофер, follow this car, follow this car, [31] – заверещал Франсис, подражая актерам североамериканских боевиков.

Мы сорвались с места, но было уже поздно. Та машина свернула в сторону и исчезла из виду.

Позабыв про преследование, Франсис нежно чмокал мулатку. Я клевал носом и пребывал в дремоте, пока такси не доставило меня до моего дома, до лестницы на мою голубятню. Попав в комнату, я не раздеваясь рухнул на кровать и клялся больше никогда так не напиваться и обязательно отыскать Монику.

Кэмел уже гуляет на свободе. К счастью для него и к несчастью для других, полиция ничего не смогла вменить ему в вину. Задержавшему его полицейскому, правда, показалось, что чулошвырнул что-то в море, но ни марихуаны, ни ножа на берегу не нашли. Кэмел твердо стоял на своем, что, мол, он не от полиции убегал, а догонял автобус. Малу тоже исчезла без следа.

– Ничего, скоро сюда вернешься, – говорит полицейский, отпирая дверь камеры.

Кэмел молча и неторопливо выходит из полицейского участка. «И на этот раз Чанго меня вытащил», – думает он, поглаживая амулет. Чанго всегда вызволяет его из самых неприятных ситуаций. Теперь должен защитить от двух грозящих ему опасностей. Во-первых, от наезда поставщиков марихуаны, за которую Кэмел не заплатил. Как положено, хозяева травки (в полном ассортименте) требуют расчета заранее и полностью. Этот крутой и беспощадный народец жестоко карает за недоимку, а чулоне в состоянии расплатиться, потому что до того, как лишился пакета марихуаны, успел продать всего лишь несколько сигарет. Поэтому ему надо на какое-то время уйти в подполье, поглядеть, как сложится обстановка, и, если удастся, раздобыть деньги.

Однако прежде чем скрыться, он, несмотря на риск, все-таки решает найти Малу и свести с ней счеты.

Во-вторых, божеству следует охранить его – хотя Кэмел о том еще не знает – от мести Пичи, который, только что выйдя из тюрьмы, ищет его, дабы расквитаться за прежние обиды, а заодно и всыпать ему за Малу.

Поиски Моники вынудили меня забросить дела, и наутро после попойки в «Тропикане» я с энтузиазмом принялся наверстывать упущенное. Но беготня была бесполезной. Многочисленные дома, которые я посетил, были всего лишь живописными руинами: выщербленные стены, треснутые потолки, скрипучие двери на ржавых петлях – как в кинофильмах о Дракуле. Последний мало-мальски заметный ремонт, похоже, производился здесь не один век назад.

– Не иначе как наш город посетил какой-то маг и волшебник, – сказал Франсис, когда мы с ним смотрели на одно здание, выглядевшее в наши детские годы как картинка, а ныне превратившееся в полуразрушенную трущобу, годную для проживания разве что нищего люда из книг Диккенса. – В один какой-то момент, по мановению волшебной палочки, большая часть той Прекрасной Гаваны, которую мы знали, куда-то исчезла, а на ее месте громоздятся развалины чужого города, как после бомбардировки во время Второй мировой войны.

Может, такое и случилось, но, увы, все мои клиенты желали жить во дворцах, а не в лачугах, и, вернувшись поздним вечером в свою комнатушку, не заключив ни одной сделки по обмену, я пребывал в сквернейшем настроении. Принял душ и стал раздумывать о том, как мне найти Монику. С дотошностью следователя, детально, холодно и беспристрастно я строил гипотезы и анализировал факты.

Моника исчезла почти неделю назад. И Малу тоже. Соседи или ничего не знали, или не хотели говорить. Одно из двух: либо она куда-то уехала с иностранцем и тогда скоро вернется, либо бежала из страны на плоту и, если не утонула, должна будет объявиться. Возможно и то, что ее задержали, хотя полиция обычно отпускает хинетерчерез сорок восемь часов или после их разговора с судьей. А что, если ее арестовали за распространение наркотиков? Или ее убили наркобароны? Глупости, на Кубе нет наркобаронов. А вдруг она была агентом ЦРУ или членом какой-нибудь террористической организации и теперь подвергается длительным допросам?

Нет, все эти дедуктивные упражнения были наивны до абсурда. И вдруг в голове мелькнуло одно воспоминание. Монике угрожал расправой какой-то сутенер. Так мне сказала Малу недели три назад, но я не обратил на это внимания, ибо при их профессии подобные угрозы не редкость, хотя обычно не приводятся в исполнение. И тем не менее…

Как звали этого сутенера? Даниэль? Чанель? Камель? Да, Кэмел. Где он жил? Я не знал. Где промышлял? Тоже не знал.

Но верно и то, что в морге Моники не оказалось.

Что же еще? Оставалась надежда отыскать ее у матери, о чем говорила девица из 'Тропиканы». Но как установить местонахождение матери? Там, где она работает, должны знать. Я тут же нашел номер телефона и позвонил.

Мне ответил безразличный голос, сменившийся через несколько минут ожидания голосом раздраженным, который отдал меня во власть голоса хамоватого. В общем, коллекция голосов казалась неисчерпаемой, и я уже устал повторять, что мне надо срочно поговорить с такой-то сеньорой, когда наконец молодой женский голос, менее враждебный, чем предыдущие, сообщил, что эта сеньора в отпуске и находится в Варадеро.

– В Варадеро? А где именно? – робко спросил я.

– Не знаю. Я работаю в другом отделе, – вяло ответила девица. – Может быть, она проживает в нашем пансионате, но возможно, поселилась и в каком-нибудь отеле. Я слышала, что в прошлом году она останавливалась в отеле.

– А в ее отделе кто-нибудь знает, где она сейчас? – спросил я.

– В офисе никого нет. Здесь вообще никого нет. Сейчас все в отпуске. – В голосе зазвучали нотки раздражения.

– А где находится ваш пансионат? – отважился я спросить.

Девица дала мне адрес.

– Как туда позвонить?

– Куда – туда? – В голосе послышалось озлобление: вот привязался идиот.

– В пансионат.

На другом конце провода воцарилось молчание, и я подумал, что ответа мне не дождаться.

– Дом – новый, телефона там еще нет, – наконец устало ответила девушка.

– Как же это нет… – начал было я, но в трубке раздался сухой щелчок, и диалогу был положен конец.