Чтение онлайн

— Иди к чёрту, издевается ещё тут надо мной, — нервозно закатывает глаза и бьёт меня в предплечье, но очень слабо.

— Аси, ты беременна, тебе не кажется? — плавно взял её маленькую ручку в свою, нежно поцеловав в тыльную сторону ладони, с любовью взглянув из-под ресниц.

— Ой… — в миг побледнела пуще прежнего, начав прерывисто дышать.

— Что такое?

— Мне… Мне страшно…

— Ну чего ты, — сдвинув брови в умилении, аккуратно ложусь рядом с ней под плед, осторожно накрывая трепетными объятиями, — Чагла пила какие-то таблетки от токсикоза, когда ходила с Джаном. Мама рассказывала. Мы их тебе купим и всё будет хорошо, — с чувством неописуемого счастья прикрываю глаза, поглаживая Аси по голове.

Почти весь полёт она спокойно проспала и я вместе с ней, но всё же, иногда тревожно просыпался, дабы самостоятельно контролировать не поднялась ли снова температура и не жарко ли ей. Ну или наоборот, не холодно ли?

…

Приехав домой на такси, мне первым делом потребовалось занести Аси в спальню на руках и уложить её на нашу кровать, а после, перетащить все чемоданы с улицы по отдельности.

— Врача вызвать? — сдвинув брови, с нотой щенячьей жалости, касаюсь её холодной щёчки согнутой кистью.

— Тест неси, — чувствуя новый приступ тошноты, Аси стартанула со всех ног в ванную комнату и вновь подарив унитазу лишь выпитую воду, помогаю ей следом умыться у раковины.

В тот вечер мы узнали, что никакой беременности, к сожалению, снова не оказалось и Аси правда отравилась чем-то на отдыхе. Возможно, тем самым лимонадом.

— Токсикоз не появляется с первого дня, господин Алаз, — заявляет мне доктор, наблюдая за тем, как медсестра ставит Аси капельницу, в индивидуальной палате нашей больницы.

— Понятно… — вновь окунувшись в пропастное разочарование, обречённо сажусь в кресло у окна, вдумчиво сверля взглядом светло-выкрашенную стену, думая лишь об одном — это невозможно. Это нереально. Это просто блять не может быть правдой!

____________________

Так прошло ещё пол года, Алаз начал тайком посещать репродуктолога, стараясь выяснить причину их проблемы и быть может, услышать даже страшный диагноз, но слава Всевышнему, после получения результатов всех исследований и анализов, Алазу сообщили, что с его здоровьем всё в порядке.

— Так бывает, — всё, что ответил ему мужчина в белом халатике пожимая плечами и забрав все результаты экспертиз, парень молча двинулся к себе в кабинет на пятый этаж.

Аси была снова в универе, проводила со студентами волонтёрского движения празднование четырнадцатого февраля, на которое были приглашены воспитанники-подростки одного из детских домов в Стамбуле. В то время как Алаз, вдумчиво сидя в кресле, крутил обручальное кольцо на пальце влево-вправо, неотрывно смотря на их парное фото в рамке, что одиноко стояло на углу стола.

— Сегодня день влюблённых… — грустно подытожил сам себе мужчина, поджимая внутрь губы.

— Алаз! — всполошённо влетает в кабинет без стука Дженк, — Ты что дарить будешь? — почти запыхавшись, словно он только что вспомнил, какое сегодня в календаре число, вопросительно смотрит на друга, но тот лишь неопределённо жмёт плечами, — Не понял? — в недоумении насупился, с лёгкой отдышкой садясь в кожаное кресло для посетителей, что стояло напротив главного стола.

— У Аси есть абсолютно всё. Что мне подарить? — поднимает на друга стеклянный взгляд полный пустоты, — Самое главное я ей подарить не могу, а остальное мелочи…

— Опять ты загоняешься со своей беременностью, — закатывает глаза Дженк, полностью осознавая, о чём именно снова пойдёт речь, — Может у вас… Несовместимость какая-то? Ну, так бывает, знаешь же.

— Да, видимо, всё-таки, Аси было лучше выбрать именно тебя, а не меня… Уже давно бы познала радость материнства, — опёрся локтем о подлокотник компьютерного кресла, чтобы было удобнее держать кулаком голову за висок.

— У-у-у, братан, — усмехнулся Дженк, — Ты в депрессию впал что-ли? — разваливается в кресле, внимательно сверля друга взглядом.

— Не хочу ничего обсуждать. У нас есть проблемы сегодня какие-то? — смотрит на наручные часы, стрелки которых показали только три дня.

— Да нет вроде.

— Я сваливаю, — подняв кое-как своё тело с кресла, плетётся на выход еле перебирая ноги и выйдя спустя несколько минут на свежий воздух, наконец принял свою идейную мысль, которая посещала его голову уже довольно долгое время.

Заехав в цветочный магазин и прикупив щедрый в размерах букет, вместе с гелиевыми шариками, Алаз завалился в актовый зал, где во всю было празднование дня влюблённых.

Первокурсники подготовили сценки для подростков, читали stand up, но когда в главных дверях они заприметили Сойсалана собственной персоной, тут же замолчали в один миг.

— В чём дело? — всполошилась Аси, оглядываясь на ребят и те, с улыбкой начали моргать ей глазами в сторону выхода, — Что там? — беззаботно оборачивается, как видит спускающегося по ступенькам мужа с объёмным букетом розовых роз в одной руке и таких же пяти розовых, гелиевых шариков, в виде сердечек, в другой, — Алаз? — радостно ахает и позабыв обо всём на свете, бежит к нему с радостной улыбкой на лице.

— С праздником, любимая, — немного буднично улыбнувшись, пристально смотрит на свою супругу, пытаясь уловить её истинные эмоции. Она правда рада? Или просто не хочет его расстраивать? И вообще, счастлива ли она с ним? Или просто привыкла к его обществу и терпит через силу?

— Какие они красивые! — пищит от радости Аси, с улыбкой утонув прямо лицом в нежных лепестках цветов.

— Аси, давай усыновим ребёнка, — выпаливает без подготовки, как на духу, уже порядком устав от всех прожитых нескончаемых попыток забеременеть и миллионов купленных тестов, за прошедшие месяцы проведённых вместе.

— Э-эм… Алаз… — озадаченно хлопает глазами.

— Можем сразу двоих, если хочешь. Я готов, правда, — напрочь игнорируя, что все вокруг замерли и слушают их разговор с раскрытыми ртами, продолжает диалог.

— Давай… Потом поговорим? — неудобно смущается Аси, робко озираясь по сторонам.

— Вы закончили? Поехали домой, — протягивает руку, кивая головой в сторону выхода, — Или в ресторан, как пожелаешь.

— Подожди меня в машине, — с радушной улыбкой впихивает мужчине вновь букет и шарики, — Я всех отпущу и поедем.