Чтение онлайн

Интерьер украшали сливы и пыльные розы, а игривая вывеска, светящаяся розовым неоновым цветом, предлагала нам ни в чем себе не отказывать в «Ля Манеже». Перед возвышающейся на постаменте ванной-джакузи лежал ворсистый ковер. Бархатное одеяло с портретом обнаженной женщины и кровать, обитую черной кожей, дополняли павлиньи перья и зеркальный потолок.

– Не удивляйся, если посреди ночи я разбужу тебя своими криками, – предупредила я, рассматривая свое отражение на потолке. – Ты же знаешь, мне вечно что-то мерещится, так что я могу подумать, что кто-то собирается прыгнуть на меня с потолка.

– Не переживай, я уверена, в этой комнате есть дополнительная звукоизоляция, – отозвалась Эмили, вытянув шею и осматриваясь. – Меня больше интересует, что о нас подумают Лен и Лорайн из-за нашего выбора!

– Может, нам стоит им объяснить, что мы надеемся познакомиться с местными парнями?

– Давай, – согласилась Эмили.

Мы так и сделали. Прямо на наших глазах наши хозяева побледнели. Даже не взглянув друг на друга, они завопили в один голос: «Не надо!»

– А почему? Они такие ужасные? – спросили мы. Лен и Лорайн поджали губы в знак подтверждения.

Мне показалось, что им не хотелось обижать местных, но и поужинать они нам посоветовали в соседнем городке, сославшись на то, что в Хорошеевске не слишком большой выбор.

– И что будем делать? – хмуро спросила Эмили, пока мы устало поднимались к нашему изящному патио, чтобы полюбоваться, как солнце медленно садится в серебристую воду озера. – Если даже местные жители предостерегают нас от здешнего мужского населения.

– Может, двинем в Приозерск? Мне он кажется достаточно безопасным. – Я закусила губу, обдумывая варианты. – Мы можем поужинать там, это всего лишь в пятнадцати минутах езды отсюда.

Эмили не очень-то понравилась моя идея.

– Или туда, или придется подбирать объедки на парковке жилых автофургонов.

– Ладно, поехали! – решила Эмили.

В порыве оригинальности мы вырядились к ужину в самые страшные штаны, соорудили невообразимые прически и с помощью фиолетовых и коричневых теней нарисовали себе синяки и подживающие засосы.

– Ты страшна как атомная война! – объявила мне Эмили.

– Спасибо, ты тоже.

– Господи, ну так же нельзя! – вздохнула я, пока мы двигались по направлению к Приозерску. – Мы едем в город, молясь о том, чтобы остаться незамеченными.

– В такие моменты я очень жалею, что не занимаюсь карате, – вставила Эмили.

– Не надо об этом! – нахмурилась я. – Мне и так страшно.

Одна моя половинка пыталась убедить меня, что мы слишком бурно реагируем, а другая кричала, что мы обезумели, если собираемся остаться в этом месте на ночь. Если бы не эта удивительная гостиница и не наши поиски Единственного (очень сомнительные в данном случае), мы были бы уже далеко от Хорошеевска и мчались назад в соблазнительную элитную долину Напа.

Сначала нам показалось, что все здания в городе одно этажные. Однако очень скоро мы наткнулись на ряд симпатичных причудливых домов в викторианском стиле, в которых располагались магазин изделий из хрусталя, вегетарианский ресторан и кофе-хаус, окрашенный в розовато-лиловый цвет. Это привносило в город хоть какое-то разнообразие и напоминало стиль хиппи. Мы посчитали, что пицца будет самой безопасной едой в этом месте, поэтому смело направились в ресторанчик «За круглым столом» и попытались оценить посетителей, пока изучали меню.

– Все нормально, – убедила я Эмили. – Я вижу здесь даже несколько семей.

Пицца оказалось самой лучшей из всех, какие я когда-либо пробовала. Когда я жадно проглотила последний ломтик артишока и кусочек пиццы, мы разговорились с нашей официанткой, симпатичной блондинкой Джессикой. Ей было двадцать лет, она изучала морскую биологию, и у нее был когда-то парень из Хорошеевска.

– Расскажи нам об этом! – потребовали мы, сгорая от желания узнать как можно больше о местных парнях (желательно не вступая с ними в контакт).

Она на секунду задумалась, а затем выдала следующее безрадостное описание типичного жителя Хорошеевска:

– Примерно 28–32 года, худой, злой наркоман с исколотыми руками. – Она помолчала и криво улыбнулась. – Говорят, что у мужчин здесь наколок больше, чем зубов.

Мы уставились на нее. Это даже хуже, чем мы предполагали. А она еще не закончила.

– Он все время где-нибудь шляется или мотается автостопом. Он, конечно, может сходить в парк или в прачечную, но в основном торчит дома, отсыпаясь или принимая наркоту.

Короче говоря, полная противоположность того, что включает в себя слово «хороший». Да-а-а…

– И много здесь наркоманов? – перебила Эмили, задавая вопрос, который сейчас волновал ее больше всего.

– Хорошеевск называют метадоно-амфетаминовой столицей Калифорнии, – проинформировала нас Джессика.

На секунду я задумалась, должна ли я впечатлиться. Несомненно, это претензия на известность, а их хвастливые рекламные щиты упустили такую гордость.

– Здесь очень легко купить наркотики, – продолжала развивать тему Джессика. – На холмах Озерного округа они есть практически везде. Местные оборудуют лаборатории по производству метацетина на кухнях, и это никого не волнует. Мы называем их шириками или торчками, – объясняла она, обогащая наш словарный запас. – Я их ужасно боюсь!

Мы с Эмили впали в ступор и сидели в полном молчании, пока Джессика обслуживала других посетителей.

– Мой бывший тоже был торчком, но я об этом не знала, – призналась она, снова присаживаясь к нашему столику. – Мы с ним тут устраивали сцены из загробной жизни – у меня были волосы жуткого черного цвета, а он одевался и красился в стиле группы «Кьюэ». Мы были достопримечательностью Озерного округа! – засмеялась она. – Когда мы познакомились, он был такой красивый и так отличался от всех остальных. Я все еще скучаю по нему, – в ее голосе послышалась тоска.

– И сколько вы были вместе? – спросила Эмили.

– Пять лет. Мы вместе жили в Хорошеевске какое-то время.

Я еле сдержалась, чтобы не закричать: «Ты что, больная?»

– Нашей самой большой проблемой была его бесконечная доброта, он не мог постоять за себя. Какие-то сумасшедшие все время заходили к нам и воровали наши вещи.

Для меня это было полным откровением – мне не приходило в голову, что у жителей Хорошеевска есть имущество.

– Мне всегда было страшно оставаться дома одной, но я не понимала, насколько мерзко я жила, пока не вернулась в Приозерск, – сказала Джессика. – Я не предупредила его, что собираюсь уходить. Просто собрала вещи и ушла.