В тайге ночи тёмные
Шрифт:
За окнами меж тем продолжал лить дождь, усилившийся ветер безжалостно гнул сосны и ели, из-за чего с них сыпались шишки, стуча по крыше так, будто на улице не дождь, а град с куриное яйцо. Но в доме было тепло. Отец Лизы построил хороший дом из толстых бревен, полгода назад еще и пристройку соорудил, как раз на две комнаты – на спальню и детскую для дочери с внуком.
– Ты как? – Лиза зашла к нему. – Отошел? Может, тебе спину натереть твоей особой мазью?
– Да нет, уже лучше, – улыбнулся. – Меня вон кто греет, – пощекотал внука.
– Я гею деду, – заулыбался Паша.
– Ты молодец, – взъерошила светлую макушку.
– А мужик-то в себя не приходил?
– Нет еще. Ладно, пойду, ужин приготовлю.
– Эх, а я и сети не проверил, – покачал головой, вспомнив про изначальную цель похода к озеру.
– Я потом сама схожу, – крикнула уже из коридора.
– Да еще чего! – раздалось в ответ. – Там сейчас не пройдешь не пролезешь!
А Лиза только взялась за картошку, как из той самой комнаты, где лежал незнакомец, послышалось протяжное мычание. Пришлось идти обратно. Мужчина лежал с открытыми глазами, пытался вертеть головой, хотел поднять руку, в итоге сбил кружку с водой, что стояла на тумбочке.
– Тише, тише, – подошла к нему, взяла за руку и уложила ту на место. – Вы слышите меня? – заглянула в красные опухшие глаза. – Кивните или моргните, если да.
Он кивнул.
– Вы помните, что с вами произошло?
– Нет, – произнес хриплым голосом.
– Хотите пить?
– Да.
– Сейчас принесу, – хотела развернуться, как он поймал за руку.
– Где я? Кто вы?
– Вы в доме егеря Семена Аркадиевича Лаврова. Меня зовут Лиза, я его дочь. Только не вставайте, я принесу вам воды.
Через пару минут она вернулась, а мужчина уже сидел. Вот ведь…
– Возьмите, – поднесла к его губам кружку, помогла попить.
– Спасибо.
– Пока не вставайте. Вдруг сотрясение.
– Как я здесь оказался?
– Вас принес мой отец. Он думает, вы летели на вертолете и потерпели крушение. Вертолет, скорее всего, затонул в озере. Вы пилотировали?
– Я… я не знаю, – вдруг напрягся, начал озираться.
– Как вас зовут? – тоже насторожилась.
А он замолчал, было видно, пытается вспомнить, но, увы…
– Не помните своего имени? – вконец растерялась.
– Не помню, – и закрыл голову руками.
– Видимо удар был сильный. Ложитесь, вам надо отдыхать, – и все-таки заставила его лечь. – Если будет что-нибудь нужно, зовите. Я Лиза.
– Я запомнил, – посмотрел на нее таким взглядом, что у девушки в очередной раз все сжалось внутри.
Нет, это уже ерунда какая-то. Пора успокоиться и вообще, она ужин собиралась приготовить. Скоро по дому распространился аромат жареной картошки, на который прибежал Паша, следом за ним пришел Семен Аркадиевич.
– Ну-ка, – отец сел за стол, – пахнет знатно. Давай-ка, навали папке и вот этому крутому парню с горкой, – взял на колени внука.
– Что, прямо одинаково навалить?
– Ото ж! Он герой, а герои должны есть как взрослые. Верно?
– Велно, – схватил вилку, кусок хлеба.
– Ну, ладно. Раз такие дела, держите, – подала каждому по большой тарелке картошки.
И собралась сесть, как из недр дома донесся звон посуды.
– Опять кружку уронил. Вы ешьте, ешьте.
Действительно, мужчина снова уронил кружку, а главное, опять сел.
– В туалет можно? – уставился на Лизу.
– Я могу принести ведро, чтобы вам не ходить туда-сюда.
– Нет, – уверенно замотал головой и сейчас же зажмурился от боли, – горшков выносить за мной вы не будете.
– Тогда давайте помогу дойти хотя бы. Я вам швы наложила на два пореза, будет не очень, если разойдутся.
– Ладно, я постараюсь осторожно.
Лиза взяла его под руку. Да уж, тяжелый. Как отец вообще смог протащить его в одиночку столько километров, да еще и в дождь, когда земля превращается в единое глиноподобное месиво. Неудивительно, что спину сорвал. Как бы совсем теперь не слег.
С трудом, но они дошли до туалета. И пока Соколов находился внутри, к Лизе прибежал Паша:
– Ты где, мама? Я поев. Деду поев.
– Вот умницы вы. Я сейчас тоже приду, только дяде помогу лечь в кровать.
– Дядя поснувся?
– Да.
Тут дверь открылась, и мальчик увидел дядю, из-за чего сейчас же уткнулся матери в ноги.
– Что ты, ну, – подняла его на руки, – все хорошо.
– Это ваш? – Евгений прислонился плечом к стене, стоять было тяжело, спина, руки, ноги болели, как и все внутренности, будто его пропустили через дробилку.
– Да, это мой сын Павлик.
– Приятно познакомиться, – кивнул Паше. – Ничего, – заметил ее растерянный взгляд, – я сам дойду.
– Уверены?
– Абсолютно.
– Хорошо, а я вам поесть принесу.
– Можно еще лед попросить? Если есть, конечно.
– Есть, – и отправилась с ребенком в кухню.
Соколов же кое-как добрел до кровати. Как он ни силился вспомнить свое имя, ничего не выходило. Кто он такой? Как здесь оказался? Что случилось?
Глава 4
На следующий день дождь сменился моросью, от вчерашнего ураганного ветра весь двор завалило ветками, даже несколько молодых елей повалились, чуть не угробив ящик с генератором. И вокруг воцарилась ласкающая слух тишина, в приоткрытые окна тянуло свежестью с примесью аромата хвои.
Лиза проснулась как всегда в шесть утра, надо было и завтрак приготовить, и подготовиться к работе, а работала она бухгалтером, вела онлайн несколько мелких компаний. К счастью местная администрация два года назад установила пять вышек сотовой связи, благодаря чему даже в их глухомани теперь ловил интернет. Но прежде чем заняться делом, Лиза залезла на новостной сайт. Первая же ссылка пестрела названием «С радаров пропал вертолет частной компании «Лес-Сиб». Кликнув на заголовок, открыла статью полностью. И с каждым прочитанным словом глаза ее становились все больше.
«Спустя сорок минут после вылета, с радаров пропал вертолет компании Лес-Сиб, направлявшийся на лесные разработки. На борту по предварительным данным находились двое – пилот и глава компании Евгений Федорович Соколов. Поисковые работы осложнены порывистым ветром и продолжительными ливнями»
– Соколов, – пробормотала трясущимися губами, после чего подскочила и побежала в комнату незнакомца.
Благо, он еще спал. Вчерашний лед немного снял отек, однако лицо по-прежнему было неестественно опухшим. Тем не менее, Лиза подошла к кровати, всмотрелась в спящего. Не зря у нее сердце екнуло, не зря же! Этот взгляд! Эти губы! Командный голос, черт возьми! Все сходится. Бедняжка так и села на стул, что стоял рядом. Соколов! Невероятно! Просто немыслимо, невозможно! И на самом ли деле он ничего не помнит? Или притворяется, ведь если это он, то мог и узнать ее. Хотя нет, бред… это уже откровенный бред. Хватит надумывать лишнее. А вдруг все же не он? Вдруг пилот? Голова пухла от мыслей. А если перед ней пилот, значит, Соколов погиб? Нет, нет, нет… даже думать о таком не хотелось. Он, конечно, тот еще урод, но как ни крути, отец Пашки. Выходит, пилот погиб. И Лиза не сдержалась, расплакалась.