Вариант для криминала
Шрифт:
человека тронуть – оскорбление перед самим собой. Она этого не знает. Она принимает
его сексуальные шуточки дословно, наверное, считает его сексуальным шалуном. Знала
бы она чего стоит его прикосновение к ее самым милым интимным местам! Тогда зачем он
это делает? Зачем? Если не удовлетворять свою похоть, тогда – зачем? Вот зачем: чтобы не
показаться равнодушным к женщине, которая его имеет по причине, что он ей только
нравится, чтобы он, Тэд, был доволен. С этим разве можно смириться! Лучше ничего, чем
это.
– Тебе помочь? – Линда провела теплой рукой по затылку и шее Тэда, сделала
несколько массажных движений. Он вытянулся на софе, посмотрел на нее бессмысленным
взглядом. – Я должна тебе помочь, Тэд. Я у тебя за маму. Понял?
Тэд с промелькнувшей надеждой посмотрел на Линду, промолчал.
– Мне нужно увидеть ее. Во всем разобраться. Сделать выводы. Мне легче увидеть
истину, чем тебе. Дай адрес, Тэд.
Тэд молчал, продолжал вдумчиво смотреть на сестру.
– Я не могу видеть твою замкнутость. Я чувствую твое болевое терпение. И мне это не
нравится. Оставь ее, Тэд. Если это безнадежно, и ты это знаешь, то оставь. Давай я
разберусь, поговорю с ней, как женщина с женщиной, и все тебе расскажу, всю правду,
клянусь.
– Это все напрасно. Я давно во всем разобрался. В главном, конечно.
– Значит, тебе нужно знакомство с другой женщиной. И не одно, чтобы было из чего
выбирать. Переведи стрелку своих страданий на другие рельсы. А вдруг заинтересует
другая обстановка.
Тэд поднялся, сел на край постели. Рассуждения на больную тему разрядили
скопившиеся тоскливые мысли. Он заговорил, и ему стало легче. А может, причина была
не в Виктории, просто Линда с присущей ей чувствительностью и любовью к брату,
решила все по-своему. Может быть. И теперь его хандра, как у всех нормальных людей,
может показаться нелепой гостьей.
– Хорошо. Пойду, сварю кофе, – заметив у брата подъем настроения, сказала Линда и
поднялась с кресла.
– Я не могу ее бросить, Линда. У меня ответственная работа, понимаешь? Виктория
существует в этой жизни благодаря мне, я – за счет ее феномена. Редкого феномена. Мы
58
связаны. С помощью нее я решаю неразрешимые проблемы. Начальство меня ценит так
же, как я Викторию. Выполняет все мои капризы. Гарди повысил мне зарплату почти
вдвое. Сам повысил. Молча. Я его об этом не просил. Видно, побоялся, что уйду в частные
детективы, – саркастически улыбнувшись, заметил он, – в результате нам с тобой,
сестричка, живется неплохо, ты знаешь. А теперь представь, ее не стало, Виктории. Значит
и я никому не нужен.
– Тэд, скажи, как она это делает? – чтобы сменить тему спросила Линда.
– Выходит в Астрал, – отмахнулся Тэд, – путешествует вне тела. А это такая зараза, что,
попав туда, – он показал пальцем в потолок, – как она говорит, «уходить не хочется».
– А я думала, колдует, – улыбнувшись своей шутке, проговорила Линда, – где же этому
она научилась?
– Ты хочешь знать кто ее учитель? Получила практику у Роберта Монро. Читала? Зайди
в книжный, купи. Но мне кажется, все-таки этому способствует ее природный дар. Я до
сих пор не могу забыть ее предупреждение нашему тупому Гарди. Это нужно быть таким
упрямым самоуверенным дураком, чтобы не среагировать сразу и не предотвратить пожар
у себя в квартире!
Линда села в кресло, забыла, наверное, что хотела сварить кофе, посмотрела на Тэда
задумчивым взглядом.
– А ведь они не зря боятся, что ты от них уйдешь. Ты и в самом деле можешь открыть
свое дело. Да еще какое! И твоя Виктория была бы довольна.
– Она и так довольна. Ее больше всего интересует не материальная, а духовная сторона
жизни. Эзотерика, – уныло сказал Тэд, что для него было давно очевидно.
– Тогда непонятно, почему она не в состоянии любить. Хотя бы кого-нибудь.
– Понятно и ежу. Она считает… Нет, это слабо сказать ее глубокое убеждение – любовь
связывает человека по рукам и ногам, а ей нужна абсолютная свобода. Как творческой
личности. Я интересовался этим, вычитал. Наука утверждает, что только абсолютно
свободная сущность человека способна совершенствовать свой разум настолько, чтобы
достичь сверхчеловеческих способностей. Хоть верь, хоть не верь, а так оно и есть на
самом деле. К сожалению. Да таким бабам, как она, не это нужно! – Тэд ступил босыми
ногами на палас, стал ходить по ворсистой поверхности, возмущенно размахивая руками.
– Такая, как Виктория, создана для любви и домашнего очага, черт возьми! А она…
Впрочем, я догадываюсь, отчего с ней так вышло. У нее родители погибли в
авиакатастрофе. Горе ее заставило задуматься над сущностью жизни на Земле.
Званый гость
Телефон заставил Викторию выйти из состояния медитации и взять трубку. Это был
Тэд:
– Дорогая, мы с Евгением готовы тебя посетить. Но вначале тебе придется поработать…
и это очень важно…
– Я слушаю тебя, Тэд. Говори.
– Тебе нужно узнать, каким маршрутом отправилась компания, которую Томас видел в
бинокль. Сделай это сейчас до нашего с Евгением прихода, чтобы мы тебе не помешали,
хорошо?
– Уж точно не в вашем присутствии. Приходите через два часа, Тэд.
– Хорошо. Милая… Крепко целую тебя.
– Я тебя тоже.
– И безумно люблю.
– К сожалению, этим не могу поделиться. Не знаю, что это такое. И все же я твоя,
дорогой, пока жива. Ты это знаешь.
59
– Что значит, пока жива?!
– Просто интересные мысли.
– Ты мне о них расскажешь?