Чтение онлайн

Имя Олег в Киевской Руси входило в набор имен, которые носили только князья. Выше я высказал предположение, что первоначально это слово было эпитетом или параллельным термином к титулу правителя. Соответственно, в древних сказаниях — баюнах и кощунах, в которых давался обобщенный образ правителя, пытающегося уйти от судьбы, его называли обобщенным термином «олег». Этот же термин использовался в том же смысле и для обозначения первых киевских князей. В X в. термин постепенно превращался в княжеское имя, и текст сказания стал восприниматься как историческое повествование о конкретном правителе по имени Олег. Очевидно, и Рюрика, и Игоря тоже иногда называли «Олегом», а их жен «Ольгами», но самым популярным правителем с таким прозвищем был регент при малолетнем Игоре, сохранивший власть и тогда, когда сын Рюрика стал взрослым. С этой реальной личностью в конце концов и спаялось накрепко сказание о правителе, не ушедшем от своей судьбы. Скорее всего, путаницу внес еще автор Начальной летописи, отсюда в «Повести временных лет» три версии о смерти Вещего Олега, в действительности умершего в начале X в., скорее всего, достаточно тривиальной смертью.

У скандинавов есть легенда о герое-викинге по имени Отт, история смерти которого разительно похожа на смерть Вещего Олега, хотя есть и несовпадения [133]. Можно допустить русское влияние на скандинавскую мифологию, но, скорее всего, легенда занесена в Скандинавию с юга Прибалтики. В Раннем Средневековье археологически прослеживается проникновение в Скандинавию с континента населения, оставившего погребения с конем [101, с. 181].

Первой половине X в. очень не повезло в русском летописании. До 40-х гг. — почти сплошная лакуна в истории. Парадокс, но о предыдущем полустолетии — второй половине IX в. — мы располагаем несопоставимо большими письменными сведениями.

Под 903 г. «Повесть временных лет» сообщает, что Игорь женился на Ольге. Под 907 г. и 911 г. сообщается о походах Олега на Царьград. Под 912 г. (и 922 г.) сообщается о смерти Олега. И все. Следующее сообщение — о неудачном походе Игоря на Царьград в 943 г., когда византийцы греческим огнем сожгли и потопили флот Игоря. Мотивы похода неясны. Недоумение усилится, если вспомнить, что летописание на Руси началось в 70-х гг. IX в., в первой половине X в. составлялись дипломатические договоры довольно сложного содержания, вообще, грамотность была в X в. не слишком большой диковинкой, если торговец мог на глиняном сосуде нацарапать название товара. Неужто при великокняжеском дворе некому было вести хроники, хотя бы краткие? Еще удивительнее провал в сведениях, если учесть, что и без официальных хроник в данном случае можно было обойтись.

Поясню. Начальная летопись, как сейчас общепризнано, составлена в 997 г. Подумаем, какой возраст мог иметь ее автор. Для X в. эта работа представляла исключительную интеллектуальную сложность. Автор ее не мог быть зеленым юнцом или молодым человеком. Он мог быть старым, пожилым, но едва ли моложе 30–40 лет. Два столетия назад такой возраст считался пожилым, в X в., несомненно, тоже. Нижняя граница даты рождения летописца — 20–30 гг. X в., верхняя — 50–60 гг. X в. Гадать бесполезно, хотя есть косвенные указания на то, что автор Начальной летописи родился скорее после середины X в., нежели до середины. Если бы его сознательная жизнь началась в первой половине X в., он имел бы более точные представления о смерти Олега, больше знал бы фактов, связанных с его правлением, знал бы, что термин «олег» раньше не являлся именем. Путаница с этим вопросом заставляет предположить, что родился летописец, скорее, между 950 и 960 гг.

В случае нижней границы даты рождения автор сам был свидетелем большинства событий, о которых в летописи не сообщается, в случае верхней границы его детство и юность прошли среди людей, помнивших по личным впечатлениям то, что происходило в первой половине X в. Возьмем для сравнения поколение, родившееся между 50–60 гг.

XX в. Начало их жизни прошло среди людей, помнивших царское время, революцию, Гражданскую войну, коллективизацию, воевавших в 40-х гг. Все эти события обсуждались на самом бытовом уровне, поэтому о том, что было в первой половине XX в., это поколение узнавало не из книг, не в школе, а просто потому, что было погружено в информацию о тех временах.

То же самое было в жизни автора Начальной летописи. Он не мог не знать о первой половине X в. большого количества сведений, которые вполне годились для летописи и для фиксирования которых он не нуждался в предшествующих летописных источниках. Положим, он мог слегка напутать с хронологией, но достоверность событий, о которых он знал, сомнению не подлежит. Вывод однозначный: летописец сознательно умолчал о событиях первой половины X в., а если учесть, что в византийских хрониках ничего не сообщается о нашествии русов ни в 907 г., ни в 911 г., то можно его заподозрить в сознательной фальсификации. Что останется от первых 42 лет русской истории в X в., если выбросить два Олеговых похода? Дата женитьбы Игоря на Ольге и дата смерти Олега. Даже летописец, живший более тысячи лет назад, должен был понимать, что этого мало.

Выше я уже касался версии, что, дескать, Владимир запрещал вносить в летопись факты, порочащие его предков, дабы лучше выглядеть в глазах цивилизованного Запада. Он не возражал, чтобы в летопись внесли весьма нелицеприятные записи про него самого, некоторые не слишком похвальные сведения о его отце, о весьма жестоких действиях его бабушки Ольги по отношению к древлянам, о вероломном убийстве Дира, а для дедушки Игоря сделал странное исключение, позволив, впрочем, описать провальный поход на Византию и смерть, для великого князя не слишком приличную. А читал ли когда-нибудь Владимир Святославич или кто-то из его окружения Начальную летопись 997 г.?

Сомнений быть не может — летописец по собственной инициативе вычеркнул большой кусок русской истории и положил начало большому белому пятну в последующих текстах «Повести временных лет». Значит, он не хотел об этом писать, ему было тяжело и неприятно включать в летопись сведения об этом периоде, как древним египтянам хотелось вычеркнуть из своей истории правление фараона Эхнатона. Значит, это был черный и позорный период истории страны.

Внутренняя причина неприглядного этапа истории всегда власть — в данном случае великий князь Игорь. Судя по его известным деяниям, он был негодным правителем и в большой степени свел на нет старания предшественников. Видимо, став взрослым, он не проявлял интереса к управлению страной, поэтому государственные заботы приходилось продолжать нести Олегу, его родственнику. Пока Олег был жив, государство держалось, и все понимали, чьими усилиями оно держится. Это обеспечило регенту популярность и почетное прозвище «олег», ставшее именем. Когда же Олега не стало, дела в государстве пошли вразнос. Писать об этом было неприятно. Ситуацией воспользовались хазары, и при Игоре русам пришлось вынести еще и хазарское иго, пришлось терпеть позорные поражения от хазар. В конце своего правления Игорь довел ситуацию в стране до критической точки, и летописец был вынужден рассказать кое-что о его гибели, хотя чести киевскому княжескому дому жалкая смерть монарха не делала.

По поводу жены Игоря, великой княгини Ольги, есть целый ряд спорных вопросов и поводов для недоумения.

Игорь родился в 879 г., погиб в 944 г. (ошибочная дата — 945 г.), стало быть, прожил 64–65 лет. Для той эпохи возраст весьма преклонный, но ничего удивительного — проживали в те времена люди и больший срок. В 942 г. у него родился сын Святослав — наследник престола. Время для отцовства поздноватое, но в 62–63 года — вещь вполне возможная.

Ольга вышла замуж за Игоря в 903 г. Сколько ей тогда было лет? Согласно Новгородской I летописи, родилась Ольга в 893 г. Значит, она вышла замуж в 9 — 10 лет за жениха в возрасте 23–24 года. В принципе, такое можно допустить, в особенности если к тому были политические соображения. Следовательно, Святослава она родила в 48–49 лет. Приходилось слышать, что изредка такие вещи случаются. Но стоит ли в данном случае полностью доверять летописи? Тем более что перед этим у супружеской пары 39 лет не было детей (может — умерли?). Одно исключение еще можно принять, в два поверить значительно труднее.

Такими вопросами задавались поколения исследователей. Кто-то из них, пожав плечами, переходил к дальнейшему анализу, кто-то обвинял летописцев в путанице. Путаница с Ольгой у летописца действительно есть. Согласно летописи, Ольга побывала в Константинополе, где приняла крещение в 955 г., причем император Константин Багрянородный был настолько очарован гостьей, что хотел на ней жениться. На дикарке, возрастом за 60 лет! На самом деле в Константинополе Ольга была в 946 г., крестилась 21 мая 946 г. [154, с. 376]. Константин Багрянородный родился в 905 г., между ним и Ольгой разница в возрасте около 12 лет. Если Ольга была хороша собой, то мог и очароваться.

Так или иначе, в биографии Ольги много фактов, которые хоть и не противоречат прямо жизненной практике, но находятся награни возможного с невозможным. Тут или летописцы напутали, или современные историки неточно интерпретируют сведения. Или и то, и другое вместе, как мне представляется наиболее вероятным.

Начну с напоминания о том, что в языческой Руси было принято многоженство. Несколько жен имел Святослав, Владимир имел целый гарем, который пришлось распустить с принятием христианства. Хотя сведений об этом нет, но можно смело предположить, что великому князю иметь одну жену было непрестижно. Нет никаких оснований считать, что Игорь был исключением из этого правила. Также сомнительно, чтобы великий князь долго тянул с женитьбой по достижении совершеннолетия. Ему этого просто не позволило бы окружение. Первую жену Игорь должен был получить по достижении 16 лет, самое позднее — 18 лет, т. е. в 895–897 гг. Трудно указать причину, по которой эта акция затянулась бы до 23 — 24-летнего возраста. Если пройтись по всем последующим векам, то увидим, что князей, великих князей, царей женили, как правило, в 16 лет. И это при том, что христианство требует моногамии. Не может быть сомнения, что Ольга, на которой Игорь женился в 903 г., была не первой и не единственной женой Игоря.