Чтение онлайн

Я прижалась к нему:

— Думаю, я воспользуюсь этим, Дюпре, — сказала я, и, обхватив ладонью его шею, прижалась губами к его губам. Скользила по ним, чем вызвала у Эли немедленную реакцию. Его язык проник в мой рот, лаская и продлевая поцелуй. В костре треснул желудь, выводя нас из транса. Я отстранилась и посмотрела на Эли.

— Эй, — сказала я, отодвигаясь и улыбаясь. — Обратись.

— Что? — сказал Эли, затем закатил глаза. — Брось, Райли. Боже.

— Ну же, — упрашивала я. — Пожалуйста.

Эли рассматривал меня секунду, другую, затем покачал головой.

— Боже, ты ненормальная, ты ведь в курсе, да?

Я улыбнулась и заправила за ухо длинную красную прядь:

— Ага, и горжусь этим. А теперь, давай, сделай это.

В мгновение ока лицо Эли исказилось: он широко раскрыл рот, появились длинные клыки, радужка стала белой, зрачки — красными. Я подскочила, после с восхищением принялась рассматривать его.

— Вау, — произнесла я, понизив голос от восторга. — Клево.

Также быстро, его черты расслабилась и вернулась прежняя красота Эли. Он снова покачал головой:

— Тебя легко развести, По. Чертовски легко развести. — Он придвинулся и подарил мне сладкий поцелуй. — Это мне в тебе и нравится.

Должна признаться, жаловаться мне было не на что. А то, что заставлял меня чувствовать Эли? Просто неописуемо. От него мое сердце в буквальном смысле воспаряло, словно у него был моторчик, и оно мчалось по пустому хайвею. Когда я прижалась к его груди, его стальные руки обхватили меня, и он опустил подбородок мне на плечо, я закрыла глаза. Притворится было нетрудно… я была молодой девушкой в самом расцвете сил, у меня был сексуальный, преданный бойфренд, охренительный тату-салон, процветающий бизнес, любящая семья Галла и восхитительный брат, которого я любила всем сердцем. Я могла притвориться, что все нормально и весь мир у моих ног. Я могла практически позабыть о двух стригоях, покусавших меня, оставивших в моем теле злостный стригойский яд, а после наградивших меня суперспособностями… к тому же один из этих вампов хотел меня. Очень. И он не остановится до тех пор, пока не овладеет мной.

В какой-то момент я заснула; я устала и вымоталась настолько, что не заметила, как Эли отнес меня в палатку. Не знаю, как долго я проспала. Но зато чертовски хорошо помню, как проснулась…

Райли? Проснись, любимая. Я знаю, что сейчас ты в объятиях Дюпре, и как бы сильно я его ненавидел, пока что я ничего не могу с этим поделать. И лишь потому что я не могу быть рядом с тобой, я не осмелюсь думать о том, как удерживать твои сексуальные желания. Мне физически больно быть вдали от тебя, поэтому единственный способ спасаться от мук — связываться с тобой мысленно. Представляй меня вместо него, Райли, как мы с тобой сливаемся в едином блаженстве. Вообрази, как мои руки держат тебя, касаются тебя, наши тела прижимаются друг к другу. Представь, будто мои губы накрывают твои, наши языки сплетаются, а мои пальцы скользят по твоей мягкой обнаженной коже, пока не достигнут того местечка, от которого ты потеряешь рассудок от дикого желания ко мне. Обещаю, тебе не придется ждать долго. Так сильны мои воспоминания о том времени, что мы провели вместе, я даже могу ощутить аромат твоей кожи и почувствовать на языке твою…

— Райли, проснись.

Я подскочила и огляделась по сторонам.

— Что?

Эли рассмеялся:

— Извини… не хотел напугать тебя. — Он убрал спутанные пряди с моего лица. — Отец и Мать уже на ногах. — Он усмехнулся. — Пора на тренировку.

Изобразив самое лучшее непроницаемое выражение лица, на которое я только была способна, я отмахнулась от головокружительной беседы во сне, односторонней впрочем, с Викторианом Аркосом, натянула чистый топ-бикини и широкие шорты, затем вынырнула из палатки для двухдневного марафона тренировок.

Я не была уверена, что смогу скрыть послания Викториана, и не была уверена, почему Эли до сих пор ничего не обнаружил. Он очень часто бесцеремонно рылся в моих мыслях. Честно говоря, обычно я не возражала. Меня это отчасти… заводило. Чудно, знаю, но приличия — это не мое.

На этот раз, я была рада, что Эли не лез ко мне в голову. Когда настанет подходящее время, если я почую настоящую угрозу, я позволю Эли и его семье узнать о том, что Викториан врывается в мои мысли. А пока, я и сама могу с этим справиться. Всю свою сознательную жизнь я то и дело общалась с извращенцами, и, да, Викториан Аркос был чуточку сильнее, но и он, в конце концов, оказался всего лишь озабоченным двадцати однолетним парнем. Плюс еще то, что он — стригой, и вы получите супер-мощно озабоченного двадцати однолетнего парня.

Но не станем забывать, что и я уже не была простой смертной. Я обладала способностями стригоев. И я чертовски хорошо с ними справлялась. Я знала, что если расскажу Эли, ему снесет крышу и уже никто не сможет предугадать, каких дел он наворотит.

Прямо сейчас мне хотелось одного. Покоя, новизны в наших отношениях и всех сопутствующих бонусов. Другими словами, я была эгоисткой. Я хотела, чтобы Эли побыл только моим хоть немного, без всяческих стрессов и гнева из-за Викториана. Я знала, что долго это не продлится. В общем, я была немного расстроена. Я знала, что несколько прошедших недель были нереально идеальными: жизнь на приграничном острове, вдали от стригоев, Аркосов, новообращенных и мира, где человеческая жизнь ничего не стоила, а их кровь потреблялась самыми немыслимыми способами. Я ощущала скверну от наших превращений.

Свежая партия новообращенных лишь ускоряла оживления стригоя; они были голодны, а потому выходили из-под контроля. Они кормились, убивали, обращали других людей. Пора было уже вернуться обратно в реальность, и на этот раз я буду держать ухо востро. У меня появились способности. И я, черт подери, была готова ими воспользоваться.

Два дня спустя…

Было довольно забавно вернуться на большую землю. Быть может, все дело в том, что я была немного иной разновидностью человека, а, может быть, я просто знала охренительный секрет в отличие от прочих жителей Саванны. Я знала, кем были мы с Сетом, кем был Проповедник и его семья, и я знала, что представляют собой Дюпре. Я знала, что Риггс и прочие парни больше не были обычными подростками. Я знала, что Зетти не просто огромный тибетский вышибала с устрашающей татушкой на лбу. Мы все изменились. Быть может, от понимания всего этого, все казалось таким… странным. Надеюсь, я смогу к этому привыкнуть.

Сет уехал с Жилем и Элис (да, вампиры водят и у них есть охренительный серебряный Лексус), я же поехала с Эли на мотоцикле. Фин с Люком развезли парней по домам, поскольку их родители беспокоились, ведь все они были, якобы, в специальном лагере все это время. По просьбе Жиля, все они, включая Сета, продолжали обучение, чтобы не отстать потом от школьной программы. Пришлось немного подправить воспоминания родителям, директору и учителям, но… эй, теперь все было в норме. Был выходной, с понедельника начиналась школа. Несладко.

Жиль высадил Сета и Джози у Татумании, Эли остановился у обочины. Прежде чем я успела слезть с заднего сиденья, дверь магазинчика открылась, и Никс выскочила оттуда словно чокнутый Джек Рассел на креке, позади нее лаял Чейз. Сердце пропустило удар, я была так рада увидеть подругу и свою собаку. Мы все приготовились к обнимашкам и целовашкам.

— Райли! Сет! О Господи, вы, наконец-то, дома! — воскликнула Никс. Даже в паре тяжелых гот-ботинках Мэри-Джейнс, полосатых чулках и кожаной мини-юбке, она была чертовски проворной.

Сперва она бросилась на Сета и обняла его так крепко, что я подумала, он не будет дышать еще неделю. Но Сет обхватил ее своими ручищами и тоже крепко обнял в ответ. В теории, они не виделись почти два месяца… с тех самых пор, как Сет начал превращаться.

— Вау… да ты только посмотри на себя, — сказала Никс, поворачивая его из стороны в сторону.

Сет повернулся. Добродушный по натуре своей, он позволил вертеть себя, как ей только вздумается. Наконец, она остановилась и, приоткрыв рот, уставилась на него.