Чтение онлайн

– Хера он, – произнесла Ксюха. – Точно залетный.

Мужик немного пошатался по берегу у катера, видимо, осматриваясь. Походил по киоскам, зачем-то поковырялся в кустах. После чего достал из катера автомат и кабанчиком поскакал в сторону Кремля.

Димон оглянулся на фургон. Бойцы смотрели друг на друга. Явно о чем-то трепались по радиосвязи и прибывший катер совершенно не заметили.

– Там есть ещё кто-то? – спросил напарник.

– Не-а, никто больше не вылез. Видимо, бродяга-одиночка. Что, думаешь, отожмем лодочку, пока он гуляет?

– Почему нет, катер бы нам не помешал – грузы до базы по воде таскать. Подождем пока Дядька с Болтом выйдут, обсудим. Заодно и посмотрим, будет ли с Кремля к лодке какой-то шухер.

– Ну да, согласен, – ответила Лилит.

Они молча наблюдали за катером ещё минут пятнадцать, осторожно передавая друг другу трубу, стараясь не привлекать этим внимания бойцов. Но за это время ничего не поменялось. Из лодки никто не показался, а со стороны Кремля не подъехало ни одного патруля. Значит, этот водный транспорт пока никому не принадлежал.

Послышался щелчок подключения. Димон быстро убрал трубку, и рейдеры обернулись. Дядька с Болтом вышли из фургона, достали оружие из ящиков и направились к товарищам.

– Вы щас ваще офигеете! – радостно произнес Болт.

– Неизвестно, кто больше, – ответила ему Ксюха.

Все промолчали, понимая, что лучше дождаться, пока федералы скроются из поля зрения. Те затягивать стоянку не стали. Бойцы быстро закинули ящик на крышу, прыгнули в кабину, и бусик с пробуксовкой уехал в сторону «Козьей слободы».

– Странно, что не к «Кремлевской», – произнес Димон.

– Есть причины, объясню по дороге. Что там у вас?

Вселенная 0001-A

Кромешная темнота окружала его. Темнота, полная пустоты. Ни звуков, ни образов, ни ощущений. Он больше не чувствовал никакой силы, не перемещался за пределы реальности… Ничего. Сколько Павел ни пытался максимально сконцентрировавшись, все было тщетно.

– Не выходит? – спросил Темный, облокотившись на дверь крохотной каюты, большую часть которой занимали уже опустевшие канистры.

– Абсолютно.

– Помочь?

– Хорошая попытка, но нет. Сам разберусь. К тому же, без этого, – Павел указал на большой черный футляр, который лежал рядом, – у тебя все равно ничего не выйдет.

– Как скажешь… – Темный немного замешкался. – Ты уверен, что не стоит выйти к штурвалу?

– Думаешь, автопилот собьется?

– Ну знаешь, некомфортно, что ты пустил все в прямом смысле на самотек.

– Курс прямой, река тоже. Если за несколько дней ничего не случилось, то и сейчас не произойдет. Олег вообще говорил, что даже на болотах справляется хорошо.

– Олег… Я, конечно, понимаю, что он толковый мужик, но он столько лет прожил один, может, и с ума сошел давно, а ты его словам про автопилот доверяешь.

– Все мы немного сошли с ума.

– Если бы я мог управлять этой штукой, я бы штурвал не отпускал ни на минуту. Мало ли что.

Павел встал с койки, надел противогаз и ответил:

– Ладно, успокойся. Сейчас проверю.

Он открыл дверь и вышел к штурвалу. За те несколько часов в медитации, картина и правда изменилась. На улице значительно посветлело и впереди показались первые жилые постройки города, который был главной целью путешествия.

– Ого! – удивился Павел, не ожидая, что до конца осталось совсем немного.

– Ты знаешь этот город?

– Не особо. Бывал там еще в школьные годы, когда возили на экскурсии всем классом. Но практически ничего не помню. Помню, что там Кремль белого цвета… Красивый.

– Там метро-то хоть есть?

– В центре точно было. Я помню, что там одна станция прямо под Кремлем. Наверное, туда и направлюсь. Думаю, там больше всего вероятности встретить кого-то.

– Главное, чтобы там не сидела банда «татарских султанов», которые всех чужаков убивают еще на подходе.

– Слишком дешевые стереотипы. Не будь идиотом.

Сев в капитанское кресло, Павел достал из кармана пиджака старый, пожелтевший файл для бумаг и вынул из него фотографию. На ней была изображена девушка лет двадцати пяти, с длинными русыми волосами. Павлу она чем-то напоминала Дженнифер Энистон, актрису из далекого прошлого, когда жизни актеров волновали так же, как сейчас волнуют вопросы выживания. Девушка держала на руках маленькую девочку лет пяти, в чертах лица которой было очень много от матери, но что-то и от отца, которого Павел хорошо знал. Ведь именно этот человек и попросил передать данный снимок с сообщением тем, кто на нем изображен.

– Письмо так и не читал? – спросил Темный.

– Нет, если бы Николай хотел, чтобы я его прочитал, он бы сказал.

– Выдержка у тебя, конечно, сильная. Я бы в целях безопасности все изучил.

– Хорошо, что я не ты, верно?

– Кто знает… – загадочно произнес Темный. – И как ты планируешь их там найти?

– Ну… я знаю, что одну из них зовут Мария.

– Мария? Странно что не Фатима…

– Очень смешно. Еще шутки на эту тему будут?

– Нет, остальное доступно только по подписке, – Темный улыбнулся своей мрачной улыбкой. – А вторую как звать хоть?

– Ты так спрашиваешь, как будто не помнишь слова Николая. Нам же вдвоем он все рассказал.

– Там такой хаос был в этот момент. Не до этого было. По сути, только ты следил за диалогом, а я думал о том, как выбраться из лап бандитов. Посмотри, я думаю, в письме наверняка есть что-то об этом.

– Хитрый лис ты. Нет, я не буду его читать.

– Смотри сам… И что, ты будешь бегать там по станции и спрашивать, знает ли кто-то эту Марию и ее дочку без имени?

– Николай сказал, что они жили рядом со станцией… какая-то там «Слобода», – он убрал фото обратно. – Нужно будет понять, есть ли в метро выжившие и как организованы их станции. Если эта «Слобода» не заброшена, то я думаю, опросить местных, может, смогу отыскать эту Марию. Примерно такой план.

– План без плана… короче, понятно, – проворчал Темный. – Если они вообще выжили…

– Не знаю насчет ребенка, мелковата она, чтобы выжить… в нашем метро же помнишь, чума почти всех младенцев скосила после Катастрофы… но думаю, женщина точно пережила.

– Ну, надеюсь, ты прав. Хотя мне не нравится, что мы в это вписались. Топлива назад доплыть у нас точно не хватит.

– По течению спустимся, если что. Но если в Казани есть жизнь, то я буду рад там обустроиться. В Мертвом Городе я оставаться больше не хотел.