Чтение онлайн

Витек заглох. Просто взял и остановился. Светило солнце, отражаясь бликами от снега, пела «Виагра», а Витек стоял. Попробовала снова его завести. Ни черта у меня не вышло. Попыталась снова – реакции никакой. Вспомнив, что Бог любит троицу, снова повернула ключ в замке зажигания. Тишина. Витек стоит. Я сижу. И даже мыслей в голове никаких. Просто столбняк какой-то напал. Я одна, неизвестно где, в глуши и даже не на оживленной трассе. Да здесь, если раз в неделю кто-то проезжает, и то хорошо. А за неделю я тут окочурусь.

– Витек, миленький, родненький, ну давай, заводись, прошу тебя, – умоляла я машину. – Я не буду тебя продавать, обещаю. Со мной останешься. Заботиться о тебе буду. Чехлы новые куплю, колеса. Все, что хочешь. Заводись, пожалуйста!

Со стороны я выглядела по-идиотски, знаю, но мне было плевать, потому что стало страшно. Близилась ночь, а помощи ждать неоткуда. Можно было бы, конечно, родителям позвонить, но они сегодня собрались на юбилей к папиному начальнику, да еще и не в ресторан, а на дачу за город. И, насколько я помнила, банкет уже начался, а это означало, что папа выпил и за руль уже не сядет. Попала, так попала!

Я вышла из машины и на всякий случай обошла ее. Все как обычно! Ничего нового не добавилось, а старое не отвалилось. Заглянула под капот. Зачем, сама не знаю. Как будто я там что-то понимаю. Закрыла, огляделась. Нииии души. Только дымок из труб вдали идет. Что ж, деваться некуда. Надо возвращаться в деревню. Пешком. Оценила расстояние. Посмотрела на Витька, всем своим видом давая понять, что я о нем думаю, и пошла. Сначала бодро, потом медленнее. Все-таки деревенские дороги – это вам не городской асфальт. И когда до первого дома оставалось несколько метров, меня можно было просто выжимать.

Отдышавшись, я постучала в ворота. Тишина. Снова постучала. Даже собака не залаяла. Посмотрела на крышу. Дым идет, значит, здесь живут люди. Но не открывают. Вышла на дорогу и потопала к дому напротив. Реакция такая же – никакой. Вымерли они тут, что ли? Наплевав на сугробы и промокшие угги, подошла к следующей калитке. Стучала долго, решив все-таки не сдаваться. Может, из чистого любопытства выйдут посмотреть, кто тут полчаса пытается выломать их ворота? Помогло. С крыльца спустился дед, древний, как Китайская стена. В растянутых спортивных штанах, галошах на босу ногу и старой залатанной фуфайке на голое дряблое тело.

– Здравствуйте! – вежливо крикнула я. – Мне помощь нужна. Не знаете, к кому обратиться?

– А в чем помощь-то? – недовольно спросил он. – Чего случилось?

– Да у меня машина тут заглохла рядом с деревней. Не знаете, кто мог бы помочь?

Дед крепко задумался. Я уже даже решила, что он про меня забыл. Мало ли, лет-то ему было прилично.

– Это тебе к Федору надо, – вдруг отмер он.

– А это где? – обрадовалась я, что не придется ночевать в машине.

– Дойдешь до угла, – махнул дед левой рукой, – повернешь направо. Третий дом. Увидишь, там трактор стоит. Туда иди.

– А Федор этот, он кто? Автомастер?

– Тракторист он. Иди к нему, – махнул дед, молча развернулся и потопал обратно в дом.

Радость моя поубавилась. Чем мне может помочь тракторист? Хотя они, вроде, в технике должны разбираться. Выхода-то другого все равно не было. Пошла искать дом этого Федора. К счастью, нашелся он быстро. Примета у него была важная. Трактор. Разобранный. И довольно давно, если из-под снега почти был не виден. Радость исчезла почти совсем, но раз уж пришла…

Стучать не пришлось. Огромный мужик в куртке на голое тело чистил снег во дворе.

– Здравствуйте, – заглянула я через забор. Мужик недобро оглянулся. – Вы Федор?

– А ты кто?

– Я Алена, – растерялась я, от чего улыбка моя вышла кривой и неестественной. – Меня к вам прислали.

– Кто? – выпрямился мужик, держа лопату обеими руками, скорее, ручищами. Такой и приласкает – уже не встанешь.

– Дедушка. В начале деревни живет. Сказал, что вы можете мне помочь.

– Чем? – Федор, а я была уверена, что это был именно он, ни капли не смягчился.

– У меня машина заглохла рядом с деревней. Дедушка сказал, вы сможете помочь.

Мужик хмыкнул.

– Могу только отбуксировать ее до деревни. Ремонтом не занимаюсь.

Я сникла окончательно.

– А кто-нибудь здесь занимается ремонтом машин? – спросила в надежде.

Федор задумался. На его лице отразилась тяжелая работа мысли.

– Костян умел. Но они переехали в город. Больше никого не знаю.

Убил так убил.

– И что же мне делать?

– А я откуда знаю? – пожал он плечами и вернулся к уборке снега.

Взвесив все «за» и «против», решила, что переночевать в деревне лучше, чем посреди дороги. А утром можно будет позвонить папе.

– Хорошо. Вы отбуксируете машину в деревню?

Он снова выпрямился.

– А чего ж не отбуксировать? Большая машина-то?

– Витц.

– Тю. Маленькая. Щас, погоди.

Федор скрылся за домом, чтобы вскоре вернуться без лопаты. Тяжело поднялся на низкое крыльцо, рванул на себя дверь так, что она едва с петель не слетела, и вошел в дом. А я начинала подмерзать. Было уже не так жарко, как во время марш-броска. И разгоряченное тело начало медленно остывать. Я передернула плечами и накинула капюшон. Зря шапку не ношу. Сейчас она бы мне очень пригодилась.

Ждать пришлось недолго. Мужик вернулся, уже основательно одетый, выгнал из гаража потрепанный Уазик и почти пинком открыл для меня дверь. А чтобы ее закрыть, мне пришлось несколько раз так ей шарахнуть, что я испугалась, как бы такой раритет не развалился.

– Не боись, – по-доброму рассмеялся Федор. – Он старый, но зверь-машина. Не то, что современные, разваливаются на ходу.

Я промолчала.

– А ты тут чего? Приехала к кому? Или туристка?

– Да приезжала на дом прабабкин посмотреть.

– Прабабкин? – нахмурился мужик, поворачивая к выезду из деревни. Машина так подпрыгивала на каждой кочке, что мне казалось, еще чуть-чуть и из моих внутренностей будет коктейль. – А кто твоя прабабка?

– Зинаида Тимофеевна Воронина.

– Зинаида Тимофеевна? – нахмурился он, видимо, вспоминая, о ком идет речь. – А! Бабка Зина, что ли?

– Да, она.

– Никогда не слышал, что у нее есть внучка.

– Правнучка, – поправила я Федора. – Я и сама не знала.

– Хорошая была бабка Зина, – в голосе мужика послышалось неподдельное тепло.