Чтение онлайн

Если путник испугается - потому что он еще никогда не видел такой черноты, никогда еще не слышал такой оглушающей тишины, никогда еще не вступал так глубоко в неизведанное, - страх может откинуть его ко второму, а то и к самому начальному уровню.

Но если продолжать и всегда помнить, что когда ночь становится совсем черной, то утро уже совсем рядом... В это время помощь мастера неоценима. Без него вам придется нелегко: лишь очень немногие смельчаки не побоятся в одиночку ступить в этот тоннель. Ведь неизвестно, кончается он или нет; тьма такая, что конца и края ему не видно.

Но если мастер рядом, то он скажет: «Бояться нечего. Эта тьма - это умиротворяющая, животворная сила. Иди вперед без страха. Это твой дом». И если вы бесстрашно пойдете вперед, то неожиданно увидите, что из-за горизонта поднимается солнце; свет такой сильный, что вы просто недоумеваете, как это вам удавалось прятать его под слоями тьмы.

Когда сон прекращается, то это уже не просто подавление, когда выпускается всего лишь струйка пара. Нет. Вы попадаете в третью часть ума, которая гораздо более важна, нежели вторая; вторая - это переходная стадия.

Но в нас хранится столько всякого хлама, что шесть часов, когда действует вторая часть ума, попросту растрачиваются на этом мосту - мы дергаемся туда-сюда и никак не можем добраться до его конца. И даже если нам и удается перейти мост, то мы задерживаемся на той стороне всего на два часа, да и то с перерывами: пару минут здесь, пару минут там - и вот мы снова на мосту скачем между снами.

По мере углубления вашей медитации вторая стадия будет исчезать, потому что вы перестанете видеть сны. Прекращается мышление - прекращаются и сновидения. Сновидения похожи на мышление; разница в том, что мышление - словесно, а сновидения - образны. Сновидения - это как пиктографические языки, как китайский, японский, как другие древние языки; мышление же больше напоминает современные языки. Но, фактически, это одно и то же.

Стоит вам научиться путем наблюдения останавливать мысли, как вы сможете останавливать и сны - и тогда вторая часть ума исчезнет. Из первой вы сразу будете попадать в третью. И поскольку мышление и сновидение прекратились, третья стадия продлится недолго, потому что ваша первая часть ума становится все ближе и ближе к четвертой - она становится чистым сознанием.

Так что в результате сначала исчезает вторая часть ума, затем исчезает третья часть ума, и тогда первая часть полностью меняет свои свойства и становится единой с четвертой. И с этих пор ваш ум - это одна единственная четвертая область.

На Востоке мы называем ее турья. Само слово «турья» и означает «четвертый». Это не название, а просто числительное. Другие три части ума имеют названия. Первая - это «джагрути», или «ложное пробуждение». Вторая - «сопан», или просто «сновидение». Третья - «сушупти», или «сон без сновидений». Но четвертая часть ума осталась без имени. Это безымянная реальность, потому что ее нельзя потерять. В то же время три другие части ума не были даны вам природой, а были навязаны извне. Но четвертой областью ума вы обладаете с самого рождения, а когда вы умрете, она последует с вами. Четвертая область ума - это и есть вы. Три другие - это три кольца ощущений, окружавшие вас, но четвертая - это ваш центр.

Иными словами, попадая в четвертую часть ума, вы становитесь просветленными, вы становитесь пробужденными.

Вопрос третий:

Возлюбленный Ошо,

Ты сказал, что мастер подобен небу - его присутствие лишь кажущееся, но на самом деле его нет. Я думаю, что я есть, и, следовательно, я есть. Скажи, это единственное различие между просветленным и непросветленным?

Это одно из наиболее важных различий. В западной философии есть лишь несколько имен, которые бы превзошли по значимости имя Декарта. Вся философия Декарта основана на одном утверждении: «Я думаю, следовательно, я есть».

Но это просто какой-то детский сад: ведь вы же не думаете постоянно -и, тем не менее, вы все равно есть; вы не думаете во сне, но вы же есть; вы можете даже впасть в кому и не думать, но все равно вы будете.

«Я думаю, что я есть, и, следовательно, я есть». Похоже, что это думанье здесь играет ключевую роль. Именно из думанья выходит заключение, что «я есть», но что же происходит, когда вы не думаете?

В медитации мышления нет. Люди медитируют уже тысячи лет, и к их опыту не помешает прислушаться. Все они говорят: «Я есть, когда мышление прекращается». Это в точности противоположно утверждению Декарта, потому что мышление только мешает быть. Кроме того, когда вы погружены в мысли, то вы заняты чем-то объективным и сами объектом не являетесь.

Когда же все мысли исчезнут и вы будете тихими и бездеятельными, тогда, как говорят на Востоке, вы впервые познаете себя, потому что больше нет объекта, который бы отвлекал ваше сознание. Все ваше сознание переселилось в центр - в ваше сердце.

Это не вывод, это не «следовательно...» Декарт говорит, что «мое существование - это логичный вывод: я думаю, следовательно, я есть». Это не экзистенциальный опыт, а просто логическое умозаключение. Восток говорит: «Когда кончаются мысли, вы чувствуете, что вы есть». Здесь нет никакого «следовательно».

Декарта можно оспорить, потому что его утверждение основано на логике. Оспорить его раз плюнуть, но он стал ключевой фигурой в западной философии! Оспорить его можно элементарно хотя бы потому, что когда вы спите, вы тоже есть - но вы ведь не думаете. Вы можете не думать, даже когда просто выйдете прогуляться.

Если Декарт прав, то жизнь человека должна стать непрекращающимся кошмаром: он будет думать всегда - думать, чтобы не умереть. Стоит ему на мгновение забыть о мышлении, как он тут же отдаст концы.

Было бы гораздо более по-взрослому сказать: «Я есть, и, следовательно, я думаю. Я есть, и, следовательно, я вижу сны. Я есть, и, следовательно, я медитирую». Тогда перед вами открываются различные возможности. Тогда вы можете делать многое, все что угодно: «Я есть, и, следовательно, я молчу».

Я просто могу оставаться в моем «есть» и ничего не делать. Ничем не нужно подтверждать мое существование, потому что оно является подтверждением самому себе.

В этой связи мне вспоминается одна суфийская история, которую я уже много раз вам рассказывал, но все эти истории поистине многогранны и многозначительны.

Мулла Насреддин сидел в кофейне и, как обычно, болтал обо всем на свете. В частности, он заметил, что нет на земле человека более щедрого, чем он. Один из посетителей прервал его:

– Мулла, ты можешь нам тут все что угодно плести, мы все стерпим, но только не надо, пожалуйста, про твою щедрость, ладно? Что-то мы ее ни разу в глаза не видели, эту твою щедрость. Мы с тобой приятели уже долгие годы. Ты тут с утра до ночи попиваешь кофеек, но еще ни разу не заплатил по счету - за тебя платим мы, твои друзья. Мы столько раз приглашали тебя на званые обеды, но ты еще ни разу не пригласил никого из нас. Даже самый злостный скупердяй уже давно бы постыдился. И ты еще имеешь наглости заявлять: «Я самый щедрый парень в городе».