Чтение онлайн

– Со мной все в порядке, мама!

– Неправда, моя девочка, ты заметно подавлена. Я скажу даже больше – у тебя депрессия. А теперь сядь и возьми персик.

Да она бы скорее проглотила червяка! Вцепившись в спинку своего стула так судорожно, что у нее побелели костяшки пальцев, Хлоя мрачно спросила:

– А ты не посчиталась с чувствами Бейрона? Что с ним будет, если твоя задумка сработает?

– Я подозреваю, что в итоге он скажет мне спасибо.

Девушка в замешательстве уставилась на мать.

– Я думала, Бейрон нравится вам с бабушкой.

– Да, дорогая. Мы вовсе не желаем ему вреда.

– Вы выбрали оригинальный способ показать свое хорошее отношение! Разрешить моему бывшему мужу остановиться в вашем доме уже достаточно некрасиво, но пригласить Нико на свадьбу… Как мне теперь объяснить его присутствие Бейрону, чтобы это выглядело прилично?

– Никак, – спокойно сказала Жаклин. – Если ему потребуются объяснения, я сама позабочусь об этом.

– Только через мой труп! – Хлоя обессилено упала на стул. День только начался, что же еще ждет ее сегодня? – Ты и так уже наделала кучу неприятностей, мама! Я сама поговорю с Бейроном. Если ты хочешь сделать что-нибудь действительно полезное, отделайся от Нико, избавь нас всех от лишних огорчений.

И тут из-за угла дома неспешным шагом появился бывший супруг Хлои собственной персоной. Можно было подумать, что он сидел в засаде в ближайших кустах и выжидал удобного момента.

– Я слышал, кто-то упоминал мое имя?

Хлоя бросила на него сердитый взгляд, но на лицах ее мамы и бабушки появились радушные улыбки, и они сказали хором:

– Доброе утро, Нико!

– Ты хорошо спал? – заботливо поинтересовалась Шарлотта.

– Просто как дитя, – ответил он и, наклонившись, поцеловал ее в щеку. – Вы выглядите восхитительно, как всегда, и моложе, чем когда бы то ни было.

Тем временем Жаклин налила Нико чашечку кофе.

– Держи, дорогой. Крепкий и без молока, как ты любишь.

Он запечатлел поцелуй и на ее щеке.

– Graziе, [6] Жаклин! Вы так хорошо меня знаете. У вас я всегда чувствую себя уютно, как дома.

И только Хлоя по-прежнему отказывалась замечать его. Не обращая внимания на бывшего мужа, она уставилась на остывающий в ее чашке кофе. Нисколько не обескураженный ее холодным приемом, Нико уселся за стол рядом с ней.

– Вuon giorna, bella! Соme sta? [7]

– Сегодня я рада видеть тебя не больше, чем вчера вечером, – недружелюбно заявила Хлоя. – И нечего устраиваться со всеми удобствами в нашем коттедже для гостей!

– Хлоя, – осторожно вмешалась ее мама, – почему тебя волнует, где именно ночует Нико? Ведь он же спит не в твоей постели.

От одного лишь предположения о такой возможности по телу Хлои прокатилась чувственная волна запретного удовольствия. У нее перехватило дыхание, на лице выступил румянец. И, разумеется, он это заметил! Нико придвинулся так близко, что легонько задел ее плечом, и прошептал:

– Не волнуйся, саrа. Это произойдет не раньше, чем ты сама меня попросишь.

– Вот еще! – задохнулась в негодовании Хлоя.

Пытаясь предотвратить новую бурю, Жаклин быстро сменила тему:

– Очень жаль, что мы не смогли встретить тебя вчера как положено, Нико. Но, как я тебе уже говорила, когда ты звонил из Торонто, мы принимали у себя родителей Бейрона.

– Что вы, Жаклин, не стоило даже беспокоиться, – сияя улыбкой, промурлыкал Нико. – Я нашел ключ от коттеджа там, где вы мне сказали, и с комфортом обустроился. Там такая постель… – последовала новая ужимка, на этот раз сопровождаемая темпераментным жестом одобрения из сложенных колечком большого и указательного пальцев, – очень удобная! – Он бросил лукавый взгляд в сторону Хлои. – Но слишком уж большая для одного.

– И не мечтай об этом! – едко заявила бывшая жена. – Скорее вода в адском котле замерзнет, чем я снова окажусь в твоей постели!

– А с каких пор мне не разрешается мечтать?

– С тех самых, когда ты узнал, что я помолвлена с другим мужчиной. – Хлоя гневно потянула носом воздух. – Нико, я не позволю тебе создавать нам с Бейроном проблемы.

– Но, дорогая, как я могу создавать вам проблемы, если, как ты утверждаешь, вы созданы друг для друга?

Нико произнес «дорогая» так нежно, со знакомым ей итальянским акцентом, что у Хлои по спине побежали мурашки. Она отбросила салфетку и резко вскочила на ноги.

– Верно, ты не можешь. У тебя просто не будет такого шанса. Будь моя воля, я бы взяла тебя за ухо и выпроводила отсюда. Но поскольку все зависит не только от меня, придется позаботиться, чтобы наши дороги пересекались как можно реже. И если случится, что мы окажемся в одном месте в одно время, я просто пройду мимо. А теперь, с вашего позволения, я пойду. У меня дела. – Лишь мельком взглянув на мать, Хлоя поцеловала Шарлотту в макушку: – Пока, бабуль!

– Ты куда-то уезжаешь? – Жаклин была явно огорчена.

– Да. Сегодня мы с Бейроном повезем его родных на небольшую экскурсию по городу.

– В такую рань? Ведь еще только девять часов! Что за спешка?

– Он обещал заехать за мной в половине десятого, а я еще не совсем готова.

– Тогда сядь, пожалуйста, и закончи свой завтрак! – возмущенно потребовала Жаклин. – Ты и так выглядишь просто замечательно.

Нико в этот момент разрезал булочку, но тут же оторвался от своего занятия и окинул критическим взором фигуру Хлои в сером льняном платье.

– Вовсе нет. Ей стоит одеваться как-нибудь более привлекательно.

– Да неужели? – Хлоя устремила на бывшего мужа оскорбленный взгляд. – И что же не так с моей одеждой?

– Это платье унылое, и оно тебе не идет, – отмахнулся Нико. – Ему недостает живости и стильности. В нем ты выглядишь словно тюремная надзирательница. Мне оно не нравится.

– Ну, ты даешь! – сказала Хлоя, маскируя свой гнев под изрядной долей сарказма. – Ты, видимо, путаешь меня с кем-то, кому небезразлично, что ты любишь и что не любишь!

И она убежала в дом, преследуемая язвительным смехом Нико. Его последние слова преследовали Хлою, будто неслись за ней вверх по лестнице в спальню: «Недостает живости и стильности… Мне оно не нравится… не нравится… не нравится…»

– Много ты понимаешь! – пренебрежительно проворчала Хлоя.

Но тут она увидела свое отражение в зеркале, стоящем в углу комнаты. На Хлою смотрела вовсе не элегантная молодая женщина, наряженная в шедевр дизайнерской мысли цвета морского тумана. В зеркале в полный рост отражалась блеклая невыразительная особа в блеклом невыразительном платье. Только вчера уложенные волосы безвольно свисали по сторонам ее лица какой-то бурой копной и выглядели так же понуро, как она сама сейчас. Глаза, которые Нико когда-то сравнивал со сверкающими сапфирами, отражали душевную опустошенность Хлои, теперь их темная синева безжизненно поблекла. Даже ее кожа казалась увядшей.