Ветер и крылья. Перекрестки
Шрифт:
– Бонифаций, я у тебя что спросил? – повысил голос Филиппо.
Увы. Иногда медик становился ну совершенно непонятливым человеком. Вот как сейчас, например.
– Ваше величество, вы с меня хоть шкуру дерите… я вам что говорил? Желтуху нельзя на ногах переносить! Вот и результат!
Филиппо поморщился.
Ну говорил… и что? Попугаи в клетках вон тоже говорят. А желтуха… подумаешь, переболел? С каждым бывало!
Ну потошнило, ну голова покружилась… что в этом такого страшного? Дело-то житейское! [5] – Что ты предлагаешь?
5
Гепатит А. Болезнь грязных рук. (Прим. авт.)
– Ваше величество, я вам лекарство дам, конечно. Но сейчас я настаиваю, что вам надо отдохнуть. И кстати говоря, вино вам нельзя. И жирное мясо тоже…
– Жить мне тоже нельзя – помру, – огрызнулся король. – Иди отсюда… за лекарством!
Лекарь послушно кивнул и отправился к себе. Сейчас он и лекарство принесет, и короля заставит отдохнуть.
Только вот…
Не нравились ему эти боли. Вот не нравились, как и любому хорошему лекарю. Дан Виталис преотлично знал, какие бывают осложнения после желтухи. И в том числе «печеночный червь»…
А если это – ОНО?!
Если…
Нет, лучше не думать. Но порошки, которые помогают именно от этой напасти, он его величеству даст. И проследит, чтобы король соблюдал диету… хоть как, но соблюдал!
Господи, помоги королю!
Но в глубине души… да, там, куда и сам боялся заглядывать, лекарь подозревал, что помогать тут уже поздно. Молись не молись… все равно – дело плохо.
Мия
Маньи.
Поместье как поместье. Видывала Мия виды и поинтереснее.
А вот людей…
– СибЛевран? Дядя, вы серьезно?
Джакомо только плечами пожал. Ну, СибЛевран… это важно? Или интересно?
– Конечно! – утвердила Мия. – И важно, и интересно… дядя, это те самые СибЛевран, с которыми договаривался дядя Паскуале!
Джакомо так себя по лбу треснул, что аж звон пошел по всей округе.
– Точно! Я-то и не сообразил сначала!
Мия тоже могла бы не вспомнить.
Но – Лоренцо.
И его рассказы про Адриенну СибЛевран, про ее красоту, ум… Мие безумно захотелось увидеть эту загадочную дану. Посмотреть, что в ней нашел брат.
И она в нем? Что она нашла в нем?
Если подарила брату подвеску в виде ворона? Если брат подарил ей тот самый крестик, который Мия получила от падре Ваккаро?
И в то же время…
– Мне не хотелось бы, чтобы Лаццо знали о нашем путешествии, – нахмурился Джакомо. – Для всех мы сейчас находимся в Феретти…
Мие этого тоже решительно не хотелось. Но какие были еще варианты? Если попробовать вариант с престарелой эданной, вот как они сделали это в поместье эданны Вакка, Джакомо придется назвать себя, и СибЛевраны потом скажут о нем. При встрече с тем же Паскуале на предзимней ярмарке.
Возникнет вопрос, что за эданну сопровождал Джакомо, где в это время была Мия…
Джакомо думал сосредоточенно.
– Мия, скажи, ты умеешь копаться в земле?
– В земле?
– У меня есть одна идея… я могу пристроить тебя в Маньи, ненадолго. Но надолго и не надо.
Мия кивнула.
– Хоть на пару дней. Мне хватит…
– Уверена?
Мия пожала плечами.
Уверена не уверена… у нее сбоев никогда не было. И не будет. Она умная, она сможет правильно рассчитать ситуацию, она не попадется.
Она – метаморф.
Интересно, почему прабабка предпочла службу королеве – вольной жизни? Ведь могла бы зарабатывать жуткие деньги! А вместо этого – что?
Нельзя сказать, что Фьора была бедна как церковная мышь, но ее приданого хватило разве что на несколько лет. А Мия сейчас уже отложила на счет в банке больше, чем Лаццо торговлей за год заработают. Но они-то торгуют, трудятся, переживают, а Мие надо только пару раз… прогуляться. Несопоставимый труд.
Прабабка за всю жизнь могла столько заработать, что Мия на золоте и спала бы, и ела. И еще ее правнукам хватило бы.
Нет. Не заработала.
Но почему? Непонятно…
Рассказывать об этом дяде Мия не стала. Зачем?
– Уверена. Что у вас за идея, дядя?
– Будешь сорняки драть. И гирлянды потом поможешь вешать…
Садовник смотрел на «мальчишку» без всякой симпатии.
Деньги нужны, оно понятно. Дан Маньи больше платил, а требовал меньше. А эданна Фабиана может и оштрафовать, и недоплатить, и требует при этом…
То у нее какие-то редкостные лилии не приживаются, то тюльпаны гибнут…
Оно понятно! Если арайские цветы выписывать, к ним и подход нужен особенный. А у нас в Эрвлине то дождь, то снег, то заморозки, то вредитель какой выползет… вот и гибнут нежные цветочки. Но разве эданна слушать будет? Завизжит, ногами затопает, деньги урежет…
Может еще пару пощечин отвесить.
Раньше еще могла приказать пороть, но тут уж эданна Диана вмешалась. Все ж Маньи – наследство молодого дана, эданна Фабиана в нем распоряжается, но с оглядкой. Так что порок никаких нет.
И ради эданны Дианы, честно-то говоря, и старается садовник.
А тут – свадьба!
Леонардо слуги видели. И определили его породу точно – жиголо и приживал, паразит и подхалим. Эданне, понятно, поделом. Но свадьба ж!
Расходов прибавилось, дел прибавилось, а помощники? Садовник уж просил эданну разрешить ему привести с собой сына или двух, для помощи. Но там же платить надо, хоть по сольди в день, а это эданне не по душе.
Женишку своему, поди, перстень с таким алмазом подарила, что хоть дерись им! А пару сольди жалеет!
Бабы!
Разрешение садовник получил, но при условии, что дети будут ему помогать бесплатно. И еще пусть спасибо скажет, где бы они могли такой опыт получить?
Только вот забесплатно они и мамке по дому помогут. А эданне…
Перебьется.
Садовник был хмур и невесел, когда в его дом постучался дан Джакомо. И с ходу предложил ему десять лоринов за помощь.
А что?
Вы, ньор, берете с собой этого мальчишку, он вам помогает до свадьбы, потом уходит восвояси. А вы говорите всем, что это ваш сын. По рукам?