Чтение онлайн

– Что написал?

– Ну… – Сашка покраснела. – Ну ты их так отделала. Ой, прости, не ты. Короче, ты, то есть… Ну кто-то каждый коммент под твоим прайсом так откомментировал, что я чуть со стула не упала, когда читала. Мат просто трёхэтажный.

– Это не я, – поморщилась Ленка. – Мои познания в русском матерном очень скудны. Данный вид словотворчества меня совершенно не привлекает. Но сейчас меня интересует другое. У меня появился поклонник, защищающий мою честь, или это проделки мелкого пакостника?

– Кого? – озадачилась Сашка.

– А не бери в голову. Есть некоторые личности, которые любят портить другим жизнь. Но ничего, разберусь.

Сашка рассеянно кивнула, настигнутая неожиданно возникшей идеей, и, придвинувшись ближе, зашептала:

– Про Ерчеву нужно Русалке сказать.

– Зачем?

– Этот произвол так оставлять нельзя. Пойдём прямо сейчас, время ещё есть.

Видеть, а тем более говорить с Русалкой категорически не хотелось. Но Сашка так горела желанием осадить старосту, что отказать ей было не то чтобы трудно, а немилосердно.

У кабинета литературы никого не было. Сашка заглянула в щёлку.

– Она там. Одна, – громко зашептала в ухо. – Давай.

И неожиданно толкнула Ленку в кабинет, тут же захлопнув за ней дверь. Русалка медленно окинула взглядом Ленку, остолбеневшую от такой энергичной помощи, и поморщилась.

– Что тебе, Савина?

– Светлана Сергеевна, Ерчева без всякого повода влепила мне три дежурства подряд.

– Три? – вздёрнула брови классная и усмехнулась.

– Да. И это очень несправедливо.

Русалка откинулась на стуле, сцепив на животе пальцы. Радужное пончо натянулось, сползая на одно плечо.

– А от меня ты что хочешь? Чтобы я вас разнимала, как малышей? Вы же взрослые люди, должны уже сами решать свои проблемы. К тому же Алине я полностью доверяю. Если она так решила, значит, в этом была необходимость.

– Не было, – затосковала Ленка, не уловив даже мимолётного сочувствия. Русалка незыблемо закрепилась на стороне Ерчевой. – Она ко мне придирается.

– Не говори ерунды, Савина, – отмахнулась классная, всем своим видом демонстрируя вселенскую усталость от детских разборок. – Иди и разберись с этим сама.

Ленка выскочила за дверь, горя желанием тут же высказать Сашке всё, что она думает об этой затее по усмирению старосты, но той в коридоре не было. Втравила в идиотскую суету и свалила, с горечью констатировала Ленка.

– Ну что? – выскочила из-за угла Сашка, тяжело дыша, словно пробежала стометровку. – Я тут это, в туалет бегала. Как разволнуюсь, так в туалет нужно.

Ну вот, подумала Ленка, человек ей так сопереживает, а она, как чурбан бесчувственный, всё виноватых в своих неудачах ищет.

– Да не переживай ты так, – она ободрительно улыбнулась Сашке. – Русалка не стала вникать в тему. Ну и ладно. Отдежурю. Ничего со мной не сделается.

Сашка сочувственно развздыхалась, завиноватилась. Ухватила под локоток и в покаянном усердии поволокла Ленку в класс.

Мимо протопотал Демидов, чем-то страшно озабоченный и взъерошенный. Вошел в кабинет, опережая Ленку с Сашкой, и замер у доски, подозрительно оглядывая каждого.

– Люди, мой планшет кто-нибудь видел?

Люди не реагировали, проявляя полное равнодушие.

– Планшет, говорю, видели? – возвысил голос Демидов. – Мой планшет!

Ленка села на своё место, тут же заражаясь всеобщей безучастностью. Только Сашка почему-то насторожилась, осела на стул, замерла перепуганным совёнком.

– Ветров, – взвизгнул Демидов, не найдя к кому придраться, – если ты взял, я тебя урою.

– Да не брал я, – буркнул Ветров. – Отвали.

– Что ты сказал? – Демидов подскочил к нему и, выхватив сумку из его рук, вытряхнул содержимое на пол.

– Я не брал! – истерично крикнул Ветров и бросился собирать тетради и учебники.

– Извини, браток, – оскалился в ухмылке Демидов. – Сейчас и сам вижу.

– Я на подоконнике видела чей-то планшет, – тихо сказала Сашка. – Может, твой?

– Где? – воспрял прямо на глазах Никитка. – Где видела?

– На первом этаже.

Демидов, тяжеловесно громыхая ботинками, помчался на поиски.

– Надо же, как переживает, – равнодушно заметила Ленка.

– Его отец прибьёт, если он планшет потеряет, – Сашка усмехнулась. – В прошлом году Никитка смартфон потерял, так ему отец при всех по морде дал.

– Насилие – не лучший метод воспитания.

– С такими, как Никитка, очень даже метод, – злорадно щурясь, сказала Сашка. – Он только кулак уважает.

И было в её лице столько беспощадной мстительности, что Ленка невольно поёжилась. Да уж, лучше её врагом не становиться.

После уроков случилось невероятное. На крыльце Ленку ждал сероглазый. Это было так непонятно, что она молча уставилась на него.

– Лена, давай завтра куда-нибудь сходим, – сказал он.

Ленка ошеломлённо молчала. Все обиды, решение никогда не смотреть в его сторону – всё показалось сейчас таким несущественным.

– Завтра не могу, у меня поход с бандерлогами в кино. Может, в понедельник?

– Да, – он заметно обрадовался, видимо всё же ожидая отказа. – После уроков.

Мимо прошёл с крайне угрюмой физиономией гот, намеренно протиснувшись между Ленкой и Олегом. Причём, словно ненароком, чувствительно толкнул Дубинина плечом. Но тот, кажется, этого даже не заметил, счастливо таращась на Ленку.

Домой она шла в полном смятении. Он всё-таки подошёл. Почему? Всё забыл? Или вдруг осознал, что заблуждался на её счет? Почему сейчас?

Она даже рассердилась на свои сомнения. Не обращал внимания – плохо, обратил – снова плохо. Да как же жить с такими противоречиями? Почему в человеческих отношениях всё так запутано?

Мать с утра суетилась на кухне, что было непривычно. Воскресенье же. Ленка, привлечённая шумом и запахами, просунулась в дверь. Явно что-то затевалось. Мать месила тесто для пирога. А пирог подразумевал нашествие гостей.