Чтение онлайн

–  Что предлагаешь, Всегорд?
– хмуро спросил Даврит.
– Ты самый осторожный из воевод. Объясни, во имя Перуна?

–  Не знаю, князь!

–  Надо закрыть все пути, ведущие в твои земли с севера, - отрезал Валент.
– Весной часть отрядов должна выдвинуться и занять горные проходы и переправы, подготовить засады. Так поступали в этих местах еще римские легионы. Пусть авары не рассчитывают на легкую добычу, пока ты далеко.

–  Там есть крепости племен, - отмахнулся Боз кистью с растопыренными пальцами. Чмокнул.

–  Их не мешает укрепить. Ты разве не знаешь, на что они пригодны?
– быстро заговорил Всегорд.

Боз поморщился. Гунн надменно повернул голову: этот спор не касался его. Даврит медленно качнулся на лавке. Устремил проницательный взгляд голубых глаз на Валент, потом на Всегорда.

–  Говорите, друге. Слушаю.

Всегорд подпер рукой низкий лоб. Заговорил глядя в стол:

–  Мысль римлянина дельная. Слышал, он понимает в защите укреплений. Знания эти нужные. Полезные знания. Если все проходы закрыть, всюду ловушек наделать, засек нарубить, рвов накопать, тогда аварам с севера дороги не будет. И малыми силами мы их на равнину не пустим. Пускай сунутся!

Он властно посмотрел на собравшихся.

–  Дело!
– сказал Феодагат.
– Дунай будет в наших руках. Только одна дорога останется врагу: напасть с севера.

–  Не останется этой дороги!
– князь положил тяжелый кулак на стол. Криво улыбнулся довольный собой и советом.

Боз скрестил руки на груди. Он со всем соглашался в душе, но не мог признать этого на словах. Валент погладил левую щеку уже начавшую зарастать щетиной после недавнего бритья. Мысленно он сказал себе: «Ты не пропадешь и не затеряешься здесь, в новой Дакии».

–  Возражает кто?

–  Нечего тут, князь, возражать, - сказал Рыва щуря правый глаз.

Военные вожди закивали в поддержку.

–  Добро. Всегорд, ты и Валент останетесь и займетесь всем этим. Я не хочу, чтобы авары разоряли наши земли пока мы в походе. Сколько воинов оставить решит союзный вет. Это все!

Даврит грозно поднял шершавые ладони.

Амвросий легко нашел дом кузнеца. Он не был одним длинным строением, как жилища воинов зимовавших с князем. Низкая изгородь отделяла жилые и рабочие постройки от мощеной деревом улицы. Пройдя через калитку, мальчик оказался во дворе. По шуму, доносившемуся из большой пристройки, он понял, куда нужно идти.

Внезапно он услышал грубую брань и пронзительный визг. Амвросий обернулся и увидел убегающую свинью. Животное визжало и неслось к калитке, чтобы ускользнуть со двора.

–  Держи ее, прохвост!
– изо всех сил орал крепкий мужчина невысокого роста.
– Не выпускай ее! Идарий, сюда! Сюда!

Малыш бросился к калитке, от которой еще не успел отойти далеко. Мгновение, и путь бегства перепуганной свинье был отрезан. Животное взвизгнуло и бросилось в сторону.

–  Вот же тварь, Леший меня забери! Идарий, сюда!

Дверь пристройки отворилась. Натягивая полушубок, на улицу выбежал мальчик.

–  Да отец!

–  Помоги мне Сварог, где ты был?!

Рослый лохматый мальчик сделал недоуменное лицо. Мужчина сплюнул на землю. Выругался отборной бранью. Свинья хрюкнула, высунув нахальную морду из-за кучи поленьев, наваленной у ограды.

–  Ну, теперь то я тебя поймаю, - пригрозил животному пальцем невысокий мужчина.
– Ну, теперь ты не убежишь! Помоги мне Сварог! Идарий, неси копье.

Мальчик исчез, появившись через мгновение с копьем в одной руке и двумя боевыми топорами в другой. Вздохнув, он протянул оружие отцу. Мужчина сунул топор за пояс. Копье взял в руку. Проворчал:

–  Ты у меня справишь Велесовы дни [57] !

Амвросий стоял в стороне, понимая, что сейчас не время мешать. Молча, он наблюдал за происходящим. Неожиданно Идарий подошел к нему и прошептал:

–  Спасибо что помог! Каждый год с отцом такая штука. Охотник он - богам завидно, но как какую живность зарезать, так это… И злится! Перун в битве добрей. А, ладно! В общем, снова охота получается. Сейчас он свинью одним ударом свалит.

–  Одним ударом?
– удивился Амвросий, всерьез опасавшийся, что разъяренное животное может броситься на него.

–  Ну, вот смотри!
– прошептал Идарий, указав топором в сторону, где разворачивалась борьба человека и свиньи.

В это время мужчина с копьем на плече и укрывшееся за кучей животное смотрели друг на друга. Свинья была готова ринуться в любую минута, а человек терпеливо чего-то ждал.

–  Рассердился. Успокаивается, - прошептал Идарий.
– Ну, отец!

Вдруг мужчина топнул ногой. Животное сорвалось с места, но через мгновение рухнуло под ударом брошенного копья. С предсмертным визгом свинья дергала лапами лежа в крови.

Поняв, в какую сторону побежит зверь, охотник не промахнулся.

–  О!
– не без гордости произнес русоволосый мальчик.
– Видал!?

Сердце Амвросия отчаянно стучало, а язык не поворачивался во рту. Было страшно и больно одновременно. Но больше всего малыш чувствовал сейчас восторг перед силой, которой был наделен человек.

–  Чего стоите!? Идите свежевать, - гордо сказал мужчина, выдергивая из туши копье.
– Давайте, давайте!

–  Пошли!
– скомандовал Идарий.

–  Тебя как зовут?
– обратился к Амвросию мужчина, широко улыбаясь и дыша из-под длинных усов горячим паром.

–  Амвросий, - сказал малыш.
– Ты кузнец?

–  Да, кузнец и не только. Тебя, наверное, прислал этот римлянин. Вот что, помоги Идарию, а я угощу вас свежей жареной печенкой. Такой вы никогда еще не ели!

После обеда мальчики пошли в кузницу, куда отец приказал Идарию отнести наконечники для стрел. Кольчуга Валента была готова. Он мог забрать ее в любое время.

–  Значит ты тоже римлянин, как твой господин?
– поинтерсовался Идарий. От любопытства его большие болотной зелени глаза казались еще крупней.

–  Да, - ответил Амвросий, проходя вслед за новым знакомым в помещение.

В прохладе воздуха ощущался запах угля и железа.

–  А лет тебе сколько? Мне тринадцатый пошел.

–  Не знаю, - с грустью признался малыш, попытавшись сложить пальцы на одной руке.
– Не помню, вроде десять, а может и двенадцать?

–  Это все ничего! Садись!

Ребята уселись на солому. Идарий утер рукавом мокрый нос. Развернул сверток с остатком печенки и овсяными лепешками.

–  У нас раньше был раб - римлянин. Отец захватил его, когда ходил на войну. Так он два года назад убежал с сестрой к антам. Помню, у него борода была черная-черная и глаза такие, знаешь, на выкате. Так, что отец римлян не любит. Он говорит: все они подлые собаки, а не мужчины. Что им с сестрой мешало тут остаться? Ох! Но ты другое дело, какой ты римлянин?