Влюбиться в жертву
Шрифт:
– А где Денис? – попыталась перевести разговор на нейтральную тему и ослабить эту силу притяжения Тина.
– В надежном месте, не волнуйся, с ним все в порядке, – ответил Артем.
Он проснулся рано в отличном настроении. В ее кровати! И понял, что это единственное правильное утро – в ее кровати! Вернее, в их, совместной! Вдвоем!
И какого черта!
Не будет он больше ждать! Ну не железный же он, в самом-то деле!
Поймает он этого «стрелка», и очень скоро.
Хватит спать отдельно от Тины и видеть невероятные эротические сны – он же не юноша восемнадцати лет! Хватит просыпаться совершенно разбитым и мучиться оттого, что ее нет рядом!
«Все! Сегодня же затащу ее в постель, и хватит этого мазохизма!»
Приняв такое решение, Беркутов почувствовал себя тем самым юношей восемнадцати годов. Тогда он сделал несколько упражнений и побежал в душ.
Артем пел во все горло, стоя под струями воды, радовался предстоящей ночи и все думал: как это будет?
Как это все будет у них?
То, что получится замечательно, он знал точно!
«Так! Хватит! Остановись, Беркутов! – уговаривал себя Артем. – Думай о работе, отвлекись, а то помрешь тут еще от чувств и гормонов!»
Но отвлечься было очень сложно, практически невозможно. Он вытирался чистым полотенцем, от которого, совсем чуть-чуть, пахло хозяйкой квартиры. В ванной на полочке стояла ее косметика, шампуни, какие-то засушенные ароматические растения. К зеркалу было приклеено бумажное сердечко с надписью: «Я тебя люблю!», а внизу на нем приписано, почему-то черным фломастером: «Рита и Денис».
Беркутов умилялся, вдыхая запах ее дома, ее духов, ее жизни, и тихо повизгивал внутри себя, как щенок, ему казалось, что он даже виляет хвостом от восторга.
«Все, остановись!» – приказал он себе последний раз, выходя из ванной.
И увидел Тину!
Он не слышал и не понимал, что она говорила и что отвечал он сам, он только знал, что вот теперь действительно все!
Назад дороги нет!
Артем почувствовал, что девушка в панике. Еще секунда их стояния порознь друг напротив друга – и она сбежит. Он видел, как Тина судорожно вцепилась руками в столешницу, так что побелели костяшки пальцев, как расширились ее зрачки и быстро-быстро поднималась и опускалась грудь от участившегося дыхания.
Беркутов бросил полотенце, которое до сих пор держал в руке, и оказался возле Тины в одно мгновение, отрезая все пути к отступлению для них обоих.
Он взял в ладони ее лицо, приподнял и заглянул в глаза, оттягивая всеми силами сумасшествие, в которое они впадали.
– Артем! – прошептала Тина, пытаясь что-то сказать.
– Не бойся! – ответил он шепотом.
И, пресекая все лишние мысли, все «можно» и «нельзя», все ее попытки убежать от него, поцеловал!
Все!
Беркутов наконец сделал то, что давно хотел, что притягивало его магнитом с того момента, когда он впервые увидел Тину, – увлек за собой эту женщину! Она была в его руках – податливая, горячая, вызывавшая не испытанные им никогда по своей глубине и накалу желания чувства. Она казалась родной, узнаваемой и совершенно не познанной. Ее тело пело созвучно с его. Они дышали и двигались, как единый механизм, как самая гармоничная музыка, сводя с ума своим полным, непостижимым совпадением!
Артем заспешил, чувствуя, как над ними поднимается волна цунами, готовая смести все на своем пути и не оставляя шансов выжить!
Он несся, как литерный поезд, без остановок, и рвался познать нечто, о чем только догадывался!
Вот сейчас! Вдвоем, прямо сейчас!
Тина вдруг испугалась того, что готово было обрушиться на них всей мощью. Он почувствовал, понял!
– Я здесь, я с тобой! Не бойся!
И она отпустила последнюю тонкую нить, которая держала ее!
Огромная, темная и одновременно сверкающая волна накрыла их!
Тина закричала, уносимая этой волной, крепко ухватившись за Артема, понимая, что только в нем ее спасение!
Наконец волна выбросила их на берег и отступила.
Артем не мог двигаться, тяжело дышал и пытался вспомнить, что должен сделать в этот момент. Что-то очень важное. Но поймать хоть какую-то мысль в голове оказалось невозможно, их просто не было!
Ах да!
Надо перевернуться! Интересно, зачем?
Тина пошевелилась, и он вспомнил! Ну да! Ей же тяжело: он лежит на ней, придавливая ее к полу всем своим весом!
Удивляясь тому, что все-таки нашел в себе силы, Беркутов перевернулся, не выпуская девушку из объятий. Тина уткнулась носом ему в ключицу, и ее прерывистое дыхание щекотало Артему кожу, посылая по телу мурашки.
Беркутов чувствовал себя так, будто превратился в растекшуюся массу, лужицу от растаявшего мороженого.
Солнце, светившее в окно, нагревало его макушку. Странно. Откуда солнце? Вроде бы только что была ночь, или ему показалось?
– Я и представить не могла, что так бывает, – слабым голосом призналась Тина.
– Как? – уточнил он.
Ему хотелось похвал, чтобы она сказала, что он единственный, самый-самый и вообще все так прекрасно только с ним!
– Так! – ушла девушка от ответа.
– Как, Тина? – настаивал Артем.
– Я не могу объяснить, это было как маленькая смерть вдвоем, – пояснила она, щекоча дыханием его ключицу.
От ее слов по его телу прокатились отголоски цунами, последней отступающей волной, приводя в восторг, как юношу, впервые познавшего радости великого секса.
Нет! Еще лучше! В сто раз лучше!
Пожалуй, что такого накала мужского самодовольства и телесного восторга он не испытывал никогда!
Суперкубок!
Прямо ему в руки!
– И что это было? – все тем же слабым голосом спросила Тина.
– Это были мы! Просто Мы!
– Ничего себе просто! Я чуть не умерла!
– А я умер, точно! И до сих пор не воскрес! – ответил Артем хриплым, счастливым голосом.
– Мне нужно на работу. Придется встать, – сказала Тина, не делая никаких попыток пошевелиться.
– И мне на работу! – вздохнул Беркутов и успокоил: – Сейчас все повторим и пойдем на работу.
– Если мы это повторим, то точно скончаемся! – усмехнулась она и тут же заметила: – С другой стороны, не придется идти на работу!
Тина собралась с силами и села.
– А где Денис? – вдруг вспомнила она.
– Денис у Лидусиной мамы, – ответил Артем, поглаживая ее голую спину.
– И как он там оказался?
– У меня пока нет сил на полноценный рассказ!
– Надо их восстановить. Давай позавтракаем?