Чтение онлайн

– Мать твою…

Он резко задышал… В коленях появилась неприятная трусливая дрожь – свидетельство нешуточного постыдного страха. Страха перед куклой, которая невесть как оказалась на скамейке. Может она там и сидела? Он просто не заметил? Да не было там никакой куклы! И вообще, может это какая-то другая?

Да нет. Кукла та же. Он хорошо запомнил ее и теперь узнает из тысячи, как в популярной песне нулевых – по словам, по глазам, по голосу. Слава небесам, проклятая кукла не говорила. Пока не говорила. Но теперь-то можно ожидать все что угодно…

Бред, бред! Я не один в садике. Здесь кто-то есть и был все это время. Он и убрал куклу с окна. Он и положил ее сейчас сюда, пока я дремал.

– Кто здесь? – крикнул он в пустой холл. Крик эхом унесло по пустым коридорам и игровым. – Вы слышите меня? Я спрашиваю, кто здесь? Хватит играть в эти дурацкие игры!

Ему никто не ответил.

Дыхание постепенно пришло в норму. Нужно успокоиться. Просто успокоиться и разобраться во всей хрени, которая здесь происходит.

– Здесь есть кто-то или нет? – снова проорал в пустые комнаты.

Садик был пуст. Во всяком случае, садик КАЗАЛСЯ пустым, но, вполне возможно, в реальности не являлся таковым. Вопрос с какой целью создавалась иллюзия пустоты?

Он подошел ближе к до смети напугавшей его кукле и заглянул в пластмассовые голубые глаза. Кукла действительно, едва заметно, но улыбалась. Зеленое бархатное платье было таким красивым, что многие девочки, играющие с ней, наверняка хотели бы себе точно такое же. И диадема на вьющихся волосах блестела даже при слабом освещении холла, словно там были вставлены самые настоящие драгоценные камни.

– Как ты здесь очутилась все-таки? – сказал ей Макс и взял на руки.

Она была легкой, практически невесомой и какой-то…. НЕ ТАКОЙ. Именно такое слово нужно было подобрать к описанию. Игрушка была не то что необычной, странной, пугающей (конечно, пугающей и странной тоже) – кукла была НЕ ТАКОЙ как все игрушки. В ней было нечто… завораживающее. Непонятное.

Отталкивающее.

Макс не хотел бы, чтобы такой игрушкой играла его будущая дочь.

Он положил куклу обратно.

Я не нравлюсь тебе, мальчик?

Макс обернулся.

Ему показалось или кто-то сказал это? Словно не рядом с ним, а у него в голове. Он опять опустил голову и посмотрел на куклу. Та неподвижно сидела с прислоненной к стене головой.

– Я тебя спрячу и только попробуй мне еще раз попасться на глаза – вылетишь на помойку, поняла меня? – он взял куклу за ногу, перевернул и потащил в ближайшую игровую комнату. Там открыл коробку, в которой лежали кубики с буквами и бросил туда.

Все же как она оказалась на скамейке?

Нужно обойти садик и понять, есть ли тут кто-то еще.

Он забрал со стола радиотелефон и отправился бродить по садику.

На кухне радио затянуло очередную старинную песню: «выхожу один я дорогу, сквозь туман кремнистый путь блестит». Неизвестная исполнительница красиво и аккуратно выводила каждую ноту, что Макс даже на мгновение заслушался, но потом продолжил путь. Романс был как нельзя в тему, только в данном случае один он выходил в коридоры таинственного садика, в котором, как он уже не сомневался, творилось нечто странное.

Или же все это просто померещилось? Но с чего?

Он обошел весь первый этаж, попеременно заглядывая в каждую комнату, обследовал кладовые и туалеты, но не встретил ничего странного. И тем более не нашел присутствия посторонних людей. Второй этаж практически ничем не отличался от первого – разве что здесь в основном были спальни для детей.

Что ж, как там пелось в песне на «Радио Союз»? Нам не страшен вал девятый, ведь мы ребята 70-й широты.

Максим тоже перестал бояться и решил спокойно доработать первый рабочий день до конца, больше не обращая внимания на все эти странности. Он вернулся за свой стол в холле, достал мобильный телефон и отправился бороздить просторы интернет-приложений, убивая оставшееся время.

Это помогло. День и вечер пролетели незаметно. На рабочий телефон так никто и не позвонил, поэтому сварганив на кухне простой ужин из сосисок и сделав все те же бутерброды, Макс начал собираться домой. Выключив везде свет, он вышел на крыльцо и закрыл дверь. На улице накрапывал дождь и было холодно.

Неужели я просто так возьму и оставлю детский сад открытым? Не разнесут ли его за ночь?

Он немного постоял, морщась от ледяного ветра, потом пожал плечами и пошел к остановке. Плевать. Заведующий сказал закрыть дверь и все. Он так и сделал.

Дома Данилин не успел коснуться головой мягкой подушки, как крепкий сон сморил его. Он даже не успел понять, что не снял одежду, не почистил зубы и не укрылся одеялом, как уже улетел в страну сновидений.

4

Утром его будили попеременно будильник и чей-то настойчивый звонок на мобильный. Макс протер глаза, мгновенно ощутил, что от неудобной позы у него разболелась шея, и схватил телефон.

Звонила Лиза. За последние минуты она сделала пять звонков, видимо пытаясь разбудить Макса.

– Да, – он не выспался, хотя проспал шесть часов, что для него было нормой. – Говори.

В трубке послышался смех Лизы. Слегка насмешливый.

– Кого-то разбудили, так?

– Мне и так надо просыпаться, не страшно. А ты чего звонишь в такую рань?

– Соскучилась по тебе.

– Приятно слышать. Правда.

Господи, как же болит шея и спина!

– А ты куда собираешься так рано?

– Я на работу устроился.

– Да ладно!

Лиза была удивлена. И, судя по интонации в ее голосе, приятно удивлена. Что говорить, сам Максим до сих пор был удивлен всем произошедшим за последние полтора дня… Интересно, чтобы сказали его мама и отчим? Ах да, им же пофиг. Жив и ладно. Умер? Надо же, какая печаль!

– И куда же? Или секрет?

– Не секрет, но ты очень удивишься.

Ты не просто удивишься, дорогая, ты сначала даже не поверишь в сказанное.

– Я устроился на работу в детский сад. Буквально вчера.

Она ничего не ответила, видимо раздумывая над новостью, а потом осторожно произнесла:

– А в качестве кого ты туда устроился?

То ли она по-прежнему пребывала в некотором изумлении – и есть чему изумляться! – то ли была недовольна. Конечно, работа в детском саду не то, что ты желаешь своему молодому человеку (тире – любовнику), разве если только он не стал директором крупной сети детских садов для мажорных детишек городской элиты.