Во все тяжкие
Шрифт:
– Всегда о такой мечтал! Спасибо, пацаны!
– растроганно заявил я присутствующим.
– Шампанским будем обливать?
– братва одобрительно загудела.
– Гриша, надо кого-нибудь послать...
Он не растерялся и поманил к себе одного из охранников на входе. Через десять минут, когда мы уже успели основательно продрогнуть, нам принесли десяток бутылок полусладкого, и братва начала с азартом поливать "мерседес" шампанским.
"Полили от души, все стекла отскребать придётся..." - думал я, тем не менее участвуя в забаве.
Когда банкет продолжился, я тихонько поинтересовался у Валеры:
– Я хоть нормально искреннюю радость сыграл?
– Нормально.
– ухмыльнулся он.
– Если бы я не знал, что ты себе уже сейчас можешь позволить С-класс и не обеднеешь, точно бы поверил.
– Как забирать тачку будем?
– спросил я.
– Могу завтра за ней заехать, главное скребок не забыть - стёкла очистить.
– Ладно, потом разберёмся.
Братва, тем не менее, "накидывалась" всё больше и больше, забывая о "виновнике" торжества, что меня и Валеру полностью устраивало. К трём часам ночи мы по-тихому удалились. Когда ехали домой на "зубиле" Валеры, я спросил его:
– На "мерс" не хочешь пересесть?
– На твой что ли?
– Ага.
– Хочу, но не буду. Слишком заметная тачка...
– Валера ухмыльнулся.
– Оформить на отца поможешь?
– Конечно, и номера красивые сделаем, чтоб ещё заметнее была!
– улыбался он.
– Отлично. Вот отец обалдеет, когда "мерс" увидит...
– Это да...
На следующий день, около четырёх часов дня, к нам в дом позвонили. Когда я вышел во двор, Рейнис стоял у калитки и радостно поскуливал, махая обрубком хвоста. Открыв калитку, я увидел Валеру, к которому тут же кинулась ластиться собака, и чисто вымытый "мерседес", без следов замёрзшего шампанского.
– Ну ты, блин, даёшь!
– выразил я своё отношение к такой заботе.
– Отца зови, пусть тачку принимает!
– ухмыльнулся Валера, гладя кобеля.
Позвал я не только отца, но и маму.
– Пап, принимай машину!
– и сделал широкий жест в направлении "мерса".
– Ты купил, что ли?
– спросил отец.
– Гриша с братвой подарили.
– усмехнулся я.
– Отказать я не мог, сам понимаешь...
Отец только покивал головой, он был в курсе, кто такой Гриша и чем он занимается, мама держала его в курсе моих дел.
Отец залез на водительское сидение, закрыл дверь и начал осваиваться в машине. Реакция мамы для меня, в принципе, была предсказуема:
– Красивая. И дорогая, наверно...
Для неё всегда был важен факт, что её везут до нужного места, на чём - это её мало интересовало. А то, что у отца появилась новая забота, я не сомневался - будет теперь "мерс" мыть, чистить, обихаживать...
Мы с Валерой с улыбкой наблюдали за происходящим, пока отец не открыл дверь и не спросил Валеру:
– Ничего не понимаю, а как тут передачи включать и где педаль сцепления?
Я толкнул локтем Валеру, и он направился к пассажирской двери новой отцовской игрушки. Они даже проехали вдоль улицы туда-сюда, после чего отец остановился возле нас, опустил стекло и важно заявил:
– Садись, мать, покатаю, сын, залазь тоже!
Пока мама устраивалась на заднем сидении, я загнал пса во двор, закрыл калитку и сел в машину. "Покатушки" продолжались больше получаса, после чего отцом был вынесен вердикт:
– Хорошую машину немцы сделали, одно плохо - на этом автомате скоростью тормозить нельзя, это ж никаких колодок тормозных не хватит...
Надеется, что машина будет новой, было глупо, но пробег в двенадцать тысяч внушал оптимизм.
– Вы лучше багажник откройте.
– с улыбкой сказал Валера.
Когда отец открыл багажник, мы увидели, что там лежат госномера.
– Красивые!
– прокомментировал отец.
"Не только красивые, но и крайне "блатные" - отметил я про себя - "А 800 АА 66 RUS". Ладно, 800, но три "А" само по себе очень круто! В эти времена ещё обращали внимание на сочетания букв и цифр, это потом именно такие номера станут причиной остановки...
Со слов Валеры, он прямо утром напряг знакомых в областном ГАИ, приехал туда, и, без присутствия отца, оформил машину на него, заодно и тачку "пробил". Она оказалась "чистой".
– Номера должен устанавливать хозяин!
– заявил он отцу.
– Это да... И, Валера, сегодня обмывать будем, баню я уже затопил, тем более у тебя комната своя есть!
– непререкаемым тоном заявил отец.
– Кто бы отказался, а я нет!
– улыбнулся он.
Волевым решением отец выгнал из гаража нашу старенькую "шестёрку", а на её место поставил "мерс".
– Ну, сынок, угодил!
– лучился довольством отец, - Даже магнитола есть!
Надо ли объяснять, что после бани отец с Валерой "понужали" водочку под неодобрительные взгляды мамы, а я довольствовался пивом...
Вместо Эпилога
В понедельник, седьмого марта, я был в Академии ко второй паре. Наши молодые люди уже поздравили девушек с наступающим праздником и пришлось мне это делать индивидуально. Женя Светлова строила из себя королеву и только фыркнула после того, как я её поздравил. Лёня с Вадимом напомнили мне, что вечером отмечаем.
– Ребята, я только до одиннадцати, потом за мной заедут.
А дело всё в том, что хитрые девушки Света и Нина, пользуясь нашим "беспомощным" и расслабленным состоянием во время отдыха в профилактории, "развели" нас с Валерой на обещание, что восьмое марта мы проведём с ними.
Сам праздник удался. Просидев у меня на съёмной квартире до четырёх часов ночи и вручив девушкам "жутко дорогой и великолепный крем из Германии", Валера увёз Нину к себе, а я подарил Светлане дополнительно двести долларов "на шпильки".
Днём я позвонил маме и поздравил её с праздником, пообещав до семи вечера быть дома, чтобы не пропустить торжественный ужин. Доставив девушек домой, мы с Валерой заехали к какому-то его знакомому, купили красивый букет из роз, и набрали растений в горшках, которые завернули в бумагу от холода - в доме не было комнатных растений, и мама планировала исправить этот недостаток только летом, когда будет тепло.
И действительно, быстро поставив в вазу розы и поблагодарив нас с Валерой, мама начала тут же в прихожей разворачивать из бумаги цветы и прикидывать, куда какой лучше поставить. По этой причине ужин слегка задержался, но настроение у всех, особенно у мамы, было приподнятое.