Чтение онлайн

— Подумаем, — воевода провел ладонью по бороде, слегка прикрыл глаза и сказал: — Я за поход, а добыча будет общей. Хабар и ценных пленников делим на троих в равных долях. И дабы все было понятно, скажу, как есть. Если твоя затея с пленниками не выгорит, то я своих дружинников на стены не брошу.

— Договорились, — я посмотрел на Вартислава. — Княжич, ты с нами?

— Конечно.

— Значит, походу быть.

Мы ударили по рукам. Сговор состоялся. Клятвы быть заодно прозвучали. А после этого мы еще три часа обсуждали предстоящую операцию, прикидывали численность бондов в окрестностях Леддечепинга и силы горожан. По часам разметили подход к берегу и предстоящий штурм, а затем выпили немного медовухи, чтобы дело сладилось, и только после этого разошлись.

Я проводил соседей до ворот замка, стену которого под руководством строителей из Киева по бревнышку раскатывали даны из близлежащих деревень, и осмотрелся. Работа кипит. Люди трудятся в поте лица, кто по принуждению, а кто-то за серебро. В поле за Рарогом тренируются арбалетчики и мечники. Под стеной идет чистка оружия и смазка доспехов. Кругом суета и видно, что дело идет. Всего седьмицу назад наш караван, две новгородские расшивы и "Яровит" с "Кресом", пришел на остров, а уже виден результат, минимальный, но это только начало.

Солнце клонится к закату. Близится вечер. С кухни доносятся аппетитные запахи жареного мяса, и в животе урчит голодный зверек. Однако пока не до того. Сначала совет с ближними людьми. Это уже ритуал, к которому я приучаю соратников и приучаюсь сам, ибо не до партизанщины. Коль взялся за дело, так тяни его Вадим Андреевич до упора, насколько сил и желания хватит.

Снова я оказался в донжоне, где в покоях бывшего хозяина проходил совет с соседями. Прибрал карты и присел. До сбора соратников немного времени в запасе было, и я задумался…

Итак, поднаем воинов и мастеров прошел удачно. Посольские дела тоже решились в нашу пользу и отныне Новгородская республика союзник венедов. Руянские товары были распроданы, и Бранко Ростич взял на свои корабли около двухсот переселенцев, в основном язычников и наемных мастеров. После чего моя небольшая эскадра вновь присоединилась к его флотилии, и мы отправились на родину. Да, именно так. Отныне моя родина это Руян и Зеландия.

Переход через море обошелся без серьезных штормов и происшествий. Посольство пришло в Аркону, и там меня ожидали приятные сюрпризы. Жена порадовала тем, что беременна, и я был счастлив. Векомир принял сотню мастеров, которых я пока не мог пристроить к делу, и за каждого выплатил три гривны. Одновременно с этим за пленного датского купца Маргада в Волегощ поступили деньги и, в сопровождении Ставра Блажко и двух варягов, я отправил пленника в земли лютичей. Это основное. Но были и просто приятные мелочи, вроде увеличения выработки бумаги на производстве, а так же появление в Чаруше молодого волхва бога Яровита из Кореницы, которого прислал в мое полное распоряжение Войдан Лебедян.

В общем, жизнь налаживалась и, отдохнув на Руяне, где глава мастеров Провид Радей закупил много товаров, в основном для кузнецов и лесорубов, шнеккеры и расшивы опять вышли в море. Путешествие до Зеландии было коротким, и когда корабли оказались в Рароге, здесь снова одни добрые вести. Замок и дружинники на месте, бонды больше не бунтуют, а еще в моих владениях были обнаружены залежи мела. Местные крестьяне его понемногу для себя добывали, а я про это ни сном, ни духом, поскольку голова была забита совершенно другими делами. Не велик прибыток, но и не мелочь, ибо мел в хозяйстве, безусловно, пригодится, хоть ту же самую бумагу отбеливать или заборы красить.

По прибытии, народ немного освоился, и понеслось. Строители, которые еще в пути полностью перешли на привычные для меня метры и тонны, разметили местоположение оборонительной стены будущего города. Воины пробежались по деревням и собрали данов. Углежоги под охраной варягов направились в лес, а кузнецы без всякого промедления начали возведение кузниц. Работа начиналась с раннего утра и шла до позднего вечера. Люди отрабатывали гривны на все сто процентов, а я контролировал, руководил и налаживал процесс военных тренировок. Все, как и положено. Не без трудностей, само собой, но проблемы решались…

Прерывая мои размышления, наконец, появились близкие мне люди, которым я в разумных пределах мог доверять. Они расселись, и мой взгляд на мгновение задержался на каждом.

Рядом со мной Ранко Самород и Корней Жарко, два лихих варяжских капитана. Они люди вольные. Однако находятся в моей системе, если банду ведуна Вадима можно так обозначить. Оба могли бы по дешевке купить свои кораблики, собрать ватагу и уйти в самостоятельный поход. Благо, минувшая весна была удачной. Но им нравится моя дерзость и потому варяги, которые на вольных хлебах успели поиметь немало неприятностей, остались. Ведь самому вести людей в бой, это тяжкий груз на душе, а вот по приказу вождя, за плечами которого синяя птица реет, это да, всегда пожалуйста, и никаких сомнений. Почему так? Да потому что когда ответственность берет на себя кто-то другой, а ты исполняешь его волю и получаешь за работу нечто материальное, это очень хорошо. Я это понимаю, поскольку сам когда-то таким был, офицером, который выполнял чужие приказы, и это его устраивало.

Далее Гаврила Довмонтов, отличный интендант, который не только припасами занимается, но и вооружением, а в этом деле самое главное учет и контроль. Я обещал воинам броню и оружие? Да. Тогда подходи и получай. Однако все под роспись и если что-то потерял, то будешь обязан выплатить неустойку. Другой момент боевые действия, но там уже не твоя вина. Довмонтов в этом отношении строг, а иначе никак, ибо я ему сразу объяснил, в чем будут заключаться его обязанности, за исполнение которых он получит серебро.

За интендантом сидят Илья Горобец и Гнат Твердятов. Они, как и руянские капитаны, потомственные воины, кстати сказать, тоже в какой-то мере варяги, ибо по моим прикидкам, не менее половины всех княжеских дружинников на Руси, либо выходцы из венедов, либо близкие им по крови люди. Это как с донскими казаками в моей реальности. Царь Иван Третий, а затем и Иван Четвертый, который Грозный, давили на Новгород и северные повольники с ушкуйниками рванули подальше от его рук. Кто куда, а немалая часть на Дон. И потом некоторые профессиональные историки ломали голову, откуда же у казаков нескольких округов новгородский говор и обычаи, да почему церковные обряды с севера со всеми своими ересями, да как так выходит, что воинский уклад во многом повторяет варяжский? Так и в этом случае. Дед Горобца из Волина, а отец Твердятова наемник из Ругарда. С молодыми дружинниками все примерно так же. У многих предки из венедов, а у кого-то бабка или мать из варяжской семьи. Поэтому киевляне не чужаки, и получается, что с одной стороны они просто славяне, а с другой соплеменники. Ха-ха! Это как посмотреть. Правда, они христиане. Однако хоть кого попроси молитву прочесть, запнется, а про Перуна и его подвиги всякий расскажет, да и уважение к старым богам всегда проявит, ибо век двенадцатый, не пятнадцатый.

Все воины сидят по правую сторону, а еще три человека по левую.

Волхв Яровита, молодой, но шибко грамотный и весьма боевитый Орей Рядко. Черные длинные волосы до плеч и слегка смугловатый оттенок кожи. Глаза смотрят на мир настороженно и волхв, который, как и положено служителю нашего бога, прирожденный воин, постоянно готов к бою. Рубака он отличный, у меня половину учебных схваток выигрывает, когда у нас есть время померяться силами, да и в рукопашке не новичок. Номинально он подчиняется мне, потому что я витязь вне храмовой иерархии, который лично с богом общался. Но на деле пока ему приказывать нечего и он занимается тем, что рисует планы будущего святилища, которое будет расположено в пределах стен. В этом храме станут учиться наши дети, а воины и мирные землепашцы с рыбаками всегда смогут принести Яровиту благодарственную жертву. Именно здесь будут готовиться первые наши технари и ученые, и хотя до момента, когда с храма пойдет отдача, как до Луны пешком, я не тороплюсь. Всему свой черед и с чего-то надо начинать. Пока есть один волхв и планы, а дальше как пойдет.

За волхвом расположился широкоплечий приземистый парень с крепкими мозолистыми руками, которые покрыты въевшейся в тело сажей. Зовут его Алексей Вязель, и он очень хороший медник. В Киеве молодой подмастерье в кровь разбил лицо заезжему греку, а это уголовное преступление с неотвратимым наказанием в виде выплаты виры или обращением в рабство. Серебра у него, конечно же, не было, и горячий парень подался в бега. Он рванул на север, а по дороге его зацепили вербовщики ладожских Соколов. Вроде бы, он обычный мастеровитый человек и простой работяга. Однако есть в нем тяга к познанию. Алексей постоянно желает узнавать нечто новое, и все схватывает на лету, а помимо того он неплохой организатор с крепкими кулаками и отличной реакцией. Поэтому, совершенно естественно, я поставил такого редкого человека старшим над всеми металлистами, не теми, которые кричат "Металл!!!" и балдеют от тяжелой музыки, а теми, кто работает с металлами. И если все пойдет хорошо, то вскоре у меня появится первый самогонный аппарат, а затем собственные арбалеты, крепостные стрелометы и прочие нужные в молодом и развивающемся хозяйстве вещи и предметы.