Волчий клан 2
Шрифт:
Одно щупальце изогнулось через верх, минуя волков, и потянулось в мою сторону.
Мне пригодились бы сейчас когти, но с браслетом из лунного серебра я не мог видоизменять тело. Повинуясь старому рефлексу, рука шлепнула по поясу. Как же не хватало старого доброго палаша!
Волки упорно прорывались. Еще один канул в бездну, другого скомкало и потушило, когда он попал под расширяющийся край бреши.
Челищев вырезал перед собой настоящую ограду из пространственных ран, словно сумасшедший хирург, рисующий скальпелем на живой плоти. Он добавил продольных разрезов, вызывая новые и новые щупальца.
Очередной волк сорвался вниз, не в силах отбиться от атак с трех сторон. Я перестал его чувствовать, когда цепь из моей груди стала слишком длинной.
— Тебе еще повезло, что я уставший после призыва халазии! — смеясь прокричал Челищев. — От такой магии тебя не спасет иммунитет!
Назначенное лично для меня щупальце приблизилось, заколыхалось в воздухе, пытаясь сориентироваться.
Из моей груди вырвался новый волк, прыгнул на него и повис, вцепившись зубами. Щупальце задергалось из стороны в сторону, словно хвост взбешенной кошки. Волк держался крепко, не позволяя себя скинуть.
Создание нового волка далось мне уже тяжелее. Я не мог производить их бесконечно — в отличие от Челищева, который обращался не к собственной силе, а только призывал. Он тоже понимал это и проговорил надтреснутым голосом:
— Не на того ты напал, волколак. Меня больше!
Одним из волков я совершил прыжок, минуя пространственные баррикады. Челищев словно ждал этого — одно из щупалец метнулось наперерез и сшибло волка в сторону.
Числом ублюдка не возьмешь.
Оставалось рискнуть и пойти ва-банк.
«Ко мне!» — резко скомандовал я и мысленно натянул все цепи-поводки.
Все волки, что не были связаны боем, рванули назад и прыгнули в Ядро, на лету превращаясь во вспышки Ярости. Меня тряхнуло так, что я едва устоял на ногах.
Я снял браслет из лунного серебра.
Ощущение было такое, словно кровь вернулась в затекшую конечность, и этой конечностью был я целиком! Все тело охватил зуд, пробирающий до костей — я передернул плечами. Ярость заструилась свободными потоками.
Не теряя драгоценные секунды, я побежал вперед, прямо к Челищеву, не обращая внимания на черные провалы впереди и тянущиеся ко мне щупальца.
Челищев прищурился и приоткрыл рот, стараясь понять, что я задумал.
Алая вспышка — и в следующую секунду я превратился в астрального волка, одного, но огромного, пылающего концентрированной Яростью.
Прыгнул вперед и вверх. Щупальца бессильно хлестнули меня по бокам в тщетной попытке сбить траекторию прыжка. Те, что метнулись навстречу, смялись о мою грудь и морду, как вареные спагетти.
До Челищева оставались считанные метры — еще немного, и я обрушусь на него и сомкну пасть.
Он поднял голову вверх и вытаращил глаза. Отпрянул к перилам балкона, но места больше не было.
Я напрыгнул сверху, намереваясь одним укусом превратить всего чернокнижника в фарш.
В последний момент он метнулся в сторону, взмахнул кинжалом в мою сторону.
Это ему помогло, но не шибко.
Мои челюсти сомкнулись не на голове, а на руке с кинжалом. Локтевой сустав размозжило в зубах, я рванул мордой в сторону.
Раздался вопль, в котором не было боли — только злость и ненависть, возмущение, какое может быть только у человека, который считает себя сильнее, но терпит поражение.
Челищев не выпустил кинжал из руки, пальцы продолжали крепко сжимать рукоять — вот только рука Челищеву уже не принадлежала. От от нее остался только плечевой сустав и короткий обломок кости.
Я поперхнулся то ли от кинжала на языке, то ли от мерзопакостной крови, чей вкус напоминал прогорклое масло. Выплюнул.
Челищев воспользовался этим моментом. Шипя от боли, он шагнул к краю балкона, глянул вниз, где до сих пор колебалась мембрана открытого для халазии портала. Неуклюже помогая себе одной рукой, Челищев вскочил на перила и — прыгнул.
Мои челюсти клацнули вслед, но поймали лишь край мантии. В пасти остался шелковый лоскут.
Поставив передние лапы на перила, я свесил морду вниз.
Челищев падал в зияющую черноту портала. В его глазах не было страха — только ненависть.
— Я вернусь за тобой! — прокричал он. — И за всем вашим племенем!
Голос стремительно удалялся, Челищев исчез в клубящемся портале.
Без него бреши в реальности начали стягиваться, безжалостно перекусывая вытянувшиеся щупальца. Дрогнул и главный портал, скомкался до одной точки и мигнул нестерпимо яркой звездой, после чего пространство вновь стало нормальным.
Слова Челищева ясно дали понять, что помирать он не планировал.
«Бляха!» — вырвалось у меня.
Но как скоро он сможет вернуться? Это надо будет обсудить с начальником Канцелярии Вельяминовым или хотя бы с привратником. Задание еще не выполнено, однако я сделал нечто большее, чем устранил Челищева — растоптал его репутацию, прилюдно доказал несостоятельность его идей.
Я окинул взглядом опустевшие трибуны. Лишь иногда мелькала чья-нибудь спина, чтобы тут же скрыться в проеме выхода.
Одна фигура осталась сидеть в секторе для аристократов. Ранее я не видел этого мужчину. Он спокойно сидел на кресле под навесом и взирал на происходящее, словно представление ни на секунду не прерывалось и все шло как надо.
Когда портал Челищева окончательно погас, мужчина степенно зааплодировал. Кто бы это ни был, он видел все произошедшее от начала до конца. Оставалось только надеяться, что он принадлежит к дружественной мне стороне.
Впрочем, сейчас это значения не имело.
Я превратился в первую форму, то есть в человека, которого выдают лишь глаза и клыки. После астрального превращения одежда сохранилась на мне — уже неплохо.
Подобрав браслет из лунного серебра, я побежал вниз.
Не забыл прихватить и лоскут мантии Челищева. Даже обычный волк сможет по запаху восстановить путь владельца, а уж астральный волк в полнолуние — тем более. В гости к чернокнижнику я собирался, чтобы найти Инессу.
Я выбежал из стен Арены — впервые с момента как попал сюда.