Чтение онлайн

— Краше в гроб кладут. — Я с трудом подавил желание заехать кулаком по стене. — Кудеяр постарался?

— Да если бы. — Фурсов прикрыл за собой дверь и оперся спиной на грязную стену — стоять ему было тяжело. — Меня вчера с работы выперли, без копейки денег. А как домой пришел, так вижу — стоят… эти. Сказали, что на складе кража случилась, а грузчики все на меня показали. И теперь я, получается, денег должен.

— А дальше? — поморщился я.

— Дальше… Будто сам не знаешь. — Фурсов свесил голову на грудь. — Тут и к городовым идти без толку — эти бандюки с торгашами одна шайка-лейка. Свидетелей найдут, кого надо купят, а остальных запугают.

— И что делать думаешь?

— Да чего тут сделаешь? — мрачно усмехнулся Фурсов. — Был бы один — собрал чемодан — да на вокзал. В деревне, может, и не нашли бы… А с матерью куда я убегу? Небось, еще и приглядывают, скоты этакие.

И будто в ответ на опасения где-то внизу хлопнула дверь. Конечно, это вполне мог возвращаться домой после праведных трудов кто-нибудь из местных жильцов. Или спешить по своим делам припозднившийся почтальон. Или… впрочем, порядочные граждане и почтальоны редко ходят толпой — да и ведут себя, пожалуй, поприличнее.

А эти шагали нарочито-громко, переговариваясь, стуча ботинками и то и дело колотя в двери — видимо, для острастки, чтобы никому не пришло в голову выйти на шум. А уж запах табака и дешевого алкоголя от них шел такой, что опережал шайку на пару этажей.

Четыре человека… или даже пятеро — судя по топоту. Согнувшись в просвет между лестничными пролетами я насчитал шестерых: последний чуть отстал от своих товарищей, да и вообще старался держаться потише. То ли осторожничал, то ли просто прикрывал тылы — на всякий случай.

— Приплыли, блин… — Фурсов сжал зубы. — Вот чего, Вовка — ступай в квартиру, спрячься. Может, отбрехаюсь как-нибудь.

— Да я и сам отбрехаюсь. — Я расстегнул пуговицы и принялся неторопливо засучивать рукава. — Пойду, поздороваюсь с гостями дорогими.

— Стой… Стой, дурья твоя башка! — Фурсов попытался поймать меня за плечо. — Вовка, это не Кудеяр — это Прошки Рябого люди… Взрослые мужики, из бывших каторжан. Вздумаешь с ними драться — сунут финку в бок, и дело с концом!

— Так я разве драться? — Я пожал плечами. — Так, поговорить… наверное.

Ответа я не услышал — точнее, не разобрал. Фурсов пробормотал что-то неразборчивое — и явно не восторгался ни моими умственными способностями, ни умением решать проблемы. Чего уж там — я и сам уже начал сомневаться, что мои выкрутасы хоть как-то помогали делу.

Но уж точно не собирался оставлять товарища наедине с этими…

Рожами — другого слова я не смог бы придумать даже при всем желании. Небритые, без половины зубов, с не раз ломаными носами и замызганными кепками, надвинутыми чуть ли не до самых глаз. По сравнению с нашими гостями даже восьмиклассники и сам Кудеяров показались бы высшим светом столицы. Не знаю, что там насчет каторги, но как минимум трое из шести явно не один год провели на рудниках. Я даже без всяких колдовских способностей мог различить на их лицах следы болезней, которые неизбежно мучают тех, кто много дней проводит без нормальной еды и солнечного света.

Впрочем, изможденными бандиты уж точно не выглядели, и в цепких руках наверняка осталось немало силы. И, что куда опаснее — умения орудовать не только лопатой или киркой, но и прочими инструментами. Которые наверняка годились не только для мирного и честного труда.

— Оп-па! — Поднимавшийся первым тощий урка замедлил шаг и картинным жестом сдвинул кепку на затылок. — А ты откуда такой взялся, красавец?

— Мимо проходил, — буркнул я, сложив руки на груди. — А вы, любезные — какими судьбами?

— Да дело у нас есть к одному сударю. — Урка расплылся в фальшивой щербатой улыбке. — Всего-то на минутку — зайти да выйти. А сударь, небось, твой знакомый, из гимназии.

— Нездоровится ему. — Я неторопливо спустился еще на пару ступенек ниже. — Отдыхать сударь изволит. А вы, милейшие — шли бы лучше домой. А дела подождут, да и…

— А я этого студиозуса знаю, — вдруг раздался еще один голос. — От он нас с пацанами давеча…

А вот и мой старый знакомый — из тех, что пытались подкараулить меня по пути в гимназию. В той компании он явно был главарем, но среди взрослых уголовников занимал роль поскромнее. Поэтому и шел последним — и только сейчас вылез из-за чужих спин.

И вылез не без опаски — видимо, помнил, чем закончилась наша прошлая встреча.

— Вон оно чего… — Старший урка понимающе закивал. — Выходит, ты, студиозус, парень крепкий — да еще и кулаками махать обучен.

— Самую малость. — Я пожал плечами. — И исключительно в случае особой нужды, любезный.

— Ну, так нужды и вовсе никакой нету. У меня к тебе дел не имеется, у тебя ко мне, стало быть, тоже. — Урка развел руками в стороны. — Ступай себе домой, а мы с твоим другом пока потолкуем… Не бойся, лишнего не спросим.

— Иди, Вовка. — Фурсов обреченно вздохнул за моей спиной. — Нечего тебе тут делать.

Я не ответил. Время разговоров определенно заканчивалось, и молчание в любом случае выглядело куда убедительнее слов. Я молча помотал головой и расставил ноги чуть пошире, давая понять, что подняться по лестнице вверх получится только убрав меня с дороги силой.

Впрочем, вряд ли это кого-то смущало.

— Отв-а-а-ажный студиозус… — насмешливо протянул урка. — Отважный — но бестолковый. И чего тебе дома не сиделось? Может, ты на кулаках драться и мастак — так и мы, поди, не пальцем деланные. Шесть человек, а ты, дурак, один. — Урка едва заметно шевельнул ладонью, вытряхивая из рукава короткую, но увесистую металлическую трубку. — И деваться тебе некуда.

— А вот тут ты ошибаешься, любезный. Это не мне. — Я широко улыбнулся, обнажая уже начавшие отрастать зубы. — Это вам деваться некуда.

Все-таки у звериной формы — даже в весьма и весьма урезанной ее версии — имеется одно неоспоримое преимущество: выглядит она весьма эффектно. Конечно, есть еще сила и сверхчеловеческая скорость реакции, но чем-то подобным в этом мире наверняка могут похвастать если не все Владеющие, то уж точно немалая их часть. И даже если урки, которых подослал неведомый Прошка Рябой, еще не встречались с наделенным Талантом противником, вряд ли это так уж сильно бы их удивило или напугало.

А вот перекошенная желтоглазая морда с клыками в полтора раза длиннее человеческих — вполне могла. Бывалые ветераны ножа и топора, конечно же, не разбежались, даже не попятились вниз по ступенькам… и все же застыли — лишь на одно короткое мгновение.

Но и его мне вполне хватило.

Реакция у урки оказалась что надо: самодельная железная дубинка в его руках взметнулась, чтобы то ли отразить удар, то ли нанести собственный — и все-таки чуть медленнее, чем следовало. Я успел первым и впечатал ботинок прямо в щербатое лицо. Обычно такие выкрутасы годятся только для фильмов про суетливый и показушный азиатский мордобой, но я стоял на несколько ступенек выше — и пинок вышел на славу.