Чтение онлайн

Нэлли на всякий случай плотнее запахнулась в одеяло, надеясь, что ему не удалось заглянуть ей между ног – юбка-то была короткая, а мужчина лежал низко!

Каким-то образом он не утянул её за собой, когда падал, хотя активно пытался.

– Оказаться у ног такой красавицы – это высокая честь для меня! – продолжал пьяно улыбаться гном. – Всё же вечер завершился удачно, несмотря на то, что монеты закончились слишком рано. Причём, все, – грустно добавил он. – И медные, и серебряные, и даже один золотой куда-то подевался.

Вместе с подскочившим Тодом они попытались помочь горемыке встать. Причём, затрудняли попытку тяжёлые доспехи гнома из странного синеватого металла.

– Ох, да отойдите же, криворукие неумехи! – внезапно взвыла тонким голоском эльфийская девушка, и неожиданно гном взмыл ввысь, словно только что научился летать, вообразив себя, как минимум, Суперменом.

Да и доспехи, притороченный к поясу боевой топор, плащ тёмно-серого цвета – всё это вызывало ассоциации с очередным защитником справедливости. По крайней мере, в больной голове Нэлли появились именно такие мысли.

– О, госпожа эльфийка, можете поставить меня аккуратно, а не швырять, как вы это обычно делаете? – просительно, но и слегка насмешливо попросил гном, пошевелив длинными усами и прищурив и так маленькие глазки.

– Ох, да, пожалуйста! Лети, птичка, я не живодёр, – с этими подбадривающими словами девица сначала заставила его взмыть ввысь, словно праздничный салют, а затем мягко опустила на твёрдую землю.

– Так и протрезветь можно, женщина, – с укоризной, но едва слышно заметил гном. – Кстати, как твоё имя, моя прекрасная спасительница?

Сначала Нэлли подумала, что обращаются к ней, но гном влюблённым взглядом уставился на эльфийку.

– Наши посольства рядом находятся, – хмыкнула та. – Могли бы и раньше познакомиться, – она обвинительно ткнула пальцем прямо ему в лоб. – Но нет, мужчине же нужно обязательно напиться для храбрости, чтобы заговорить с соседкой. Итак, хорошо, позвольте представиться: Элладора де Руум из Светлых эльфов дубовой рощи западного края!

– Очень приятно, леди, Сфивт Паттис из медных гор северного края, – поклонился он в ответ, едва не свалившись снова, так как тяжёлый шлем на большой голове тянул к земле, словно якорь – здоровенный корабль.

Они пошли рядом, причём гном вслух заметил, что вполне протрезвел после недавнего полёта, совершенно забыв про Тодда и Нэлли.

Те только посмотрели им вслед, а затем мужчина тронул Нэлли за плечо и сообщил, что им нужно пройти ещё немного.

"Фух, конечно, гном мог бы и спасибо сказать, да и эльфийка хотя бы поздороваться, но, по крайней мере, это было забавно. Да и спасибо, что не дали мне никаких заданий, как любой приличный НПС в компьютерных играх!" – со слабыми проблесками юмора подумала Нэлли, с тоской глядя на снежные крупинки. Снег снова начал падать, а небеса потемнели под гнётом тяжёлых туч.

Нэлли закашлялась так, что едва сама не навернулась на оледенелых неровных плитках из светлого камня. Ей подумалось, что она всё-таки не стала – хвала богам! – персонажем, который в бар зайти спокойно не может или в кустики – отлить, не нарвавшись на легендарно-эпическое задание. Или на сговор тёмных магов, которые специально собрались на уютной полянке возле кустов, где она задумала просто спокойно отлить, но случайно услышала жуткие и таинственные секреты, которые просто не могла проигнорировать, являясь героиней 90 лвла.

Покачав головой и ощутив, что жар снова наполнил её тело, перемешав мысли, словно неправильно собранный пазл, она попыталась придти в себя. Девушка отметила, что они за то время, пока она пребывала в собственных мыслях, зашли в какой-то довольно мрачный и тёмный квартал, где сновали очень подозрительные личности, скрывающие лица при помощи масок, повязок или же низко надвинутых капюшонов.

Ей даже на миг подумалось, что её сейчас кому-то продадут. Может, Тодд решил с помощью красивой и совершенно незнакомой ему девушки поправить свои дела и расплатиться с долгами? Ведь избавиться от чужой девушки – это не тоже самое, что продать в бордель собственную дочь.

Мрачные мысли заставили её сжаться, но деваться всё равно было некуда, и она машинально шагала рядом со стариком, указывающим дорогу.

Дома, которые она увидела, напомнили ей старинные здания в Риге, в которой она как-то побывала. Только там эти домики были из дерева, потемневшего от времени. Но использовавшиеся по прямому назначению, в качестве жилья, а не в качестве музеев. Однако эти домики были не из дерева, а из тёмного камня. И только светящиеся неярким светом окошки придавали немного тепла мрачной, нагнетающей обстановке.

Дома стояли близко друг к другу, а острые крыши с тёмным шифером угрожающе утыкались в небеса, словно острия мечей в чью-то плоть.

Тут же на неё накатила такая слабость, что Нэлли едва удержалась на ногах. И закашлялась так сильно, будто собиралась самым болезненным способом избавиться от лёгких, выкашляв их.

Жар застучал в висках, а перед глазами заплясали оранжево-багровые пятна, застилая реальность.

– Держись, – старый, но сильный мужчина поддержал её за хрупкие плечи одной рукой, а другой взял металлическое кольцо, точащее из пасти медного волка, и громко постучал в деревянную дверь с металлическими пластинами.

– Входите, – раздался хрипловатый, глубокий мужской голос из пасти волка, и старик открыл дверь.

Тодд помог Нэлли, буквально затащив её внутрь, словно мешок с картошкой.

Ей подумалось, что картошка хотя бы приносит пользу.

– Опять кого-то притащил, неугомонный папочка, – хмыкнул молодой мужчина, которого она из-за пятен, мелькающих перед глазами и багровой пелены под веками, едва могла разглядеть.

Она видела лишь силуэт: высокий, но не чрезмерно, стройный, но при этом мускулистый. И при этом почти невыносимое изящество каждого движения, что выдавало в нём опытного бойца. Ну, или танцора. Но немного узнав этот мир, она всё-таки сомневалась, что местные мужчины тратят на это время. Разве что вальсируют на балах, да и то, сжимая рукояти кинжалов свободными руками.

Незнакомый мужчина с лёгкостью взял её на руки и почти без всяких усилий потащил дальше. Очнулась она уже на диване, продавленном и не слишком уютном, но тёплом.