Война на личном фронте
Шрифт:
Я тихо застонала сквозь стиснутые зубы, и сжала руками пульсирующие виски. В моей голове словно открылся филиал кузни.
Иветта обняла меня за плечи и сказала:
– А ты что хотела? Выпить бутылку водки в одно горло за полчаса - это без последствий не обходится, - в ее словах слышалась легкая ирония.
– Утешила!
– процедила я, стараясь руками унять кружение головы. Не помогало.
– А куда мы едим? Я сейчас не в лучшем состоянии для автомобильных прогулок.
– Я вижу. А мы уже приехали. Можешь выходить, подышать свежим воздухом.
Перед глазами у меня и так все двигалось, так что нашу остановку я не заметила. Пришлось поверить волчице на слово.
Не сразу попав по ручке, а потом чуть не оторвав ее на фиг, я открыла дверцу и практически вывалилась наружу. Свежий, ё-моё, воздух! Я стояла покачиваясь и ежась. Утро было весьма прохладственным и хмурым, да еще и ветер поднялся.
Насупившись, я огляделась. Выяснилось, что Иветта привезла меня к себе домой. Что ж, этого стоило ожидать. Блин, как же голова болит!
– Ну что? Проходи в дом. Или, может, тебя отнести?
– предложила волчица, казалось, без всякой иронии.
– Сама справлюсь, - буркнула я, хотя в дверь попала лишь тщательно сконцентрировавшись, и все равно чуть не поцеловалась с косяком. Черт! Чтоб я еще хоть раз пила!
На пороге нас встретила Глория. Я даже с ней поздоровалась. Потом Иветта мягко, но настойчиво повела меня в сторону спальни. Я вяло сопротивлялась:
– Я не могу сейчас спать! У меня масса дел.
– Все равно ты их не решишь в таком состоянии, - гнула свое главная волчица.
– Тебе нужно вздремнуть, хотя бы пару часов. Эта ночь тебя вымотала.
– Ну хорошо, только пару часов, - сдалась я.
– Потом ты меня разбудишь!
– Хорошо-хорошо. Ложись давай!
Она помогла мне раздеться и уложила в кровать, совсем как ребенка. А у меня к радостям головокружения добавилась еще и тошнота. Но я с ней справилась и все-таки уснула. Как в болото провалилась.
Пробуждение было тяжелым. Нет, стало значительно легче. Предметы перестали прыгать перед глазами, сшибая друг друга, и обрели четкость форм. Но все-таки некоторые признаки почетного попойщика остались. Из разряда: головка бо-бо, денежки тю-тю, во рту бяка.
Особенно верным было последнее. Поэтому я встала и, даже не потрудившись одеться, пошлепала в ванную. Благо, знала где та находится. Там я присосалась к крану подобием шланга. Никогда еще водопроводная вода не казалась мне такой вкусной!
Потом я посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Да, у оборотней даже похмелье быстро проходит, но не бесследно. Я выглядела бледнее обычного с какими-то сумасшедшими глазами и полным шухером на голове. Как там в "Алисе..."? Смесь сурка, барсука и штопора.
Хм... мысли путались, наскакивая друг на друга. Чтобы поставить их на место, я открыла кран ванной, пустив почти ледяную воду, и, недолго думая, сунула под струю голову. Отрезвило мгновенно! И тут я услышала за своей спиной:
– Вижу, ты приводишь себя в порядок.
Иветта стояла в дверях ванной комнаты в одном коротком синем халате на восточный манер, от которого ее ноги казались бесконечными.
– Скорее мысли полоскаю, - проговорила я, выключив воду и отфыркиваясь.
– И как?
– улыбнулась главная волчица.
– Не очень. Сколько сейчас времени-то?
– Почти одиннадцать.
– Понятно, - значит, я спала чуть больше четырех часов.
– Завтракать будешь?
– Ой, нет!
– я не была уверена, что мой организм уже готов к приему пищи.
Иветта рассмеялась, а потом уже серьезно сказала:
– Тогда, может, расскажешь, что с тобой произошло?
– Пользуешься тем, что я слабая и болезненная?
– нахмурилась я.
– Может, и болезненная, но не слабая, - усмехнулась Иветта.
– Так что случилось?
Я села на унитаз (больше-то было некуда, табуреток обычно в ванной не ставят), и начала рассказ. На самом деле ее совет мог оказаться не лишним. Особенно если учесть то, что я задумала. Закончила я словами:
– Только не надо говорить: я же тебя предупреждала!
– И в мыслях не было!
– ответила Иветта, присаживаясь на край ванны. С таким же успехом и я могла оказаться на твоем месте. Но что ты собираешься делать дальше?
– Надо как-то забрать Амарис. Эта девочка надеется на меня, к тому же страшно подумать, что еще он может с ней сделать, - глухо проговорила я.
– Но как?
– Что-нибудь придумаю.
Внезапно Иветта оказалась передо мной, взяла мои руки в свои и серьезно, как никогда, сказала:
– Лео, я, по-моему, говорила, но скажу еще раз. Ты моя кайо и можешь всегда рассчитывать на мою помощь и помощь стаи. Только позови - и мы придем, в любое время дня и ночи. Ты слышишь?
– Слышу, - тихо отозвалась я.
– Что, предлагаешь ворваться к Кшати всей стаей и разорвать его в клочки?
– Ну, что-то вроде этого.
– По-моему, перебор, - усмехнулась я.
– Слушай, могу я задать тебе личный вопрос?
– Валяй.
– Ты... любишь его? Любишь Кшати?
Я не ответила, вернее мои губы уже практически прошептали "да", но звука не было. Не могла я произнести это слово вслух. Больше не могла, но легче от этого не стало. Скорее наоборот.
Почти невесомым жестом Иветта убрала волосы с моего лба и проговорила:
– Вижу, дело серьезнее, чем могло бы быть. И это не облегчит твою задачу.
– Да уж, - буркнула я.
– Ты извини, но мне пора собираться. Мне нужно еще кое-куда успеть до того, как сядет солнце.
– Ты к нему?
– насторожилась волчица.
– Нет, к нему я просто так не пойду.
– Слышу разумные слова! Да, а ведь ночью Кшати снова может воспользоваться силой.
– Тогда я вернусь к тебе, и ты будешь меня спасать, - попыталась я улыбнуться.
– Договорились, - Иветта улыбнулась в ответ.
Ее водитель отвез меня домой, но там я не задержалась. Лишь поздоровалась с сестрой, убедив ее в том, что все в порядке, сменила плащ на байкерскую куртку и взяла ключи от мотоцикла. Машина осталась стоять возле клуба, и ехать за ней не было времени. Солнце уже перевалило за полуденную отметку.