Чтение онлайн

– Вот это да-а-а! – заикаясь, произнес планетолог. – Святой Ахар! Он действительно живой! А может, это и не камень вообще-то, а животное? А где у него ноги, как он передвигается, почему убегает от нас?

– Скажи кому, никто и не поверит, – произнес Лато. – Самое интересное, на сканерах скафов этого ничего нет. Ни движения искорок на камне, ни его убегания от нас. Аппаратура в рабочем состоянии, а ничего не зафиксировала. Это видели только наши глаза. Какой-то нонсенс. Не могут же у нас троих быть глюки. Вот и небольшая выемка от камня осталась, где он первоначально находился. И как он на три метра откатился, телепортировался, что ли? – «Что же ты такое?» – мысленно обратился он к камню.

Туранцы снова подошли к валуну, и снова он непостижимым образом перекатился от них подальше.

– Ладно, разбираться с ним будем позже, идем к асфинию, – произнес геолог, направляясь к месторождению.

Группа Кларка, миновав несколько кустарниковых зарослей, вплотную приблизилась к блестевшему нагромождению серебра. А где-то метров за двадцать до груды металла вынуждена была остановиться: исследователи с ходу налетели на невидимое препятствие, которое мягко притормозило их движение. Упругая среда не давала им ступить и шагу. Автоматика скафов ничего не определяла впереди, как будто препятствия и не было. Тем не менее разведчики топтались у невидимого поля, которое не пускало их вперед. Навигатор Орнетт протянул руку со сканером, уперся в поле, поводил прибором вправо-влево, вверх-вниз и хмыкнул: аппарат показывал одни нули, никаких характеристик по упругости, проницаемости, протяженности поля он не выдавал. Кларк направил прибор на скаф, и сразу в окошечке побежали цифры, указывающие на параметры защитного костюма. Направил руку со сканером в сторону поля – и ничего, словно его нет. Туранцы переглянулись.

– Интересное кино получается. Что это за поле, насколько тянется по протяженности, какая его глубина и высота? – спросил Орнетт.

– Какая-то планета-загадка, – сказал Кларк. – Ничего не поддается исследованию. Кустарники ускользают, к месторождению не можем подойти, сканеры ничего не видят и не фиксируют. Вот так задачки нам ставит планета.

– Зато интересно будет раскрывать эти тайны! – воскликнул восторженно Мидо. – Я был в пяти экспедициях, но ничего более удивительного и загадочного, чем на этой планете, не видел.

– А если попробовать импульсатором или излучателем просверлить защитное поле? – задумчиво отозвался Орнетт.

Кларк искоса посмотрел на него:

– Параграф двадцать пятый Устава даль-разведки не позволяет. Ты забыл об этом? С планетой действительно неясно. То защитная система не пускала нас к планете, то теперь неизвестное поле не дает пройти к обнаруженному металлу.

Он связался с «черепахой» и попросил Махара объяснить маркизу ту ситуацию, в которую попала его группа.

А на планете в это время тихонько сгущались сумерки. Солнце где-то спряталось в густых, темнеющих прямо на глазах облаках. Как-то незаметно крепчал ветер, стремясь сбить с ног людей. «Черепаха» включила бортовые огни, и лучи мощного прожектора осветили тьму, указывая дорогу разведчикам. Все три фигуры заспешили к аппарату.

Группа Лато приблизилась к асфинию, но, как и группа Кларка, вынуждена была остановиться метров за десять до скопления металла. Такое же поле, что притормозило первую группу, теперь не пускало вперед и группу геолога. Никакие попытки не помогли им продвинуться к цели. На планету опустилась тьма, и исследователи вынуждены были вернуться к «черепахе».

Через двадцать минут оба аппарата-разведчика стартовали к материнскому кораблю. Туранцы, глубоко задумавшись, осмысливали увиденное и даже не заметили, как двухсоттонные машины скользнули в недра гита. Исследователи покинули «черепахи», освободились от скафов и направились в сторону крем-каюты. После недавних переживаний есть хотелось особенно остро.

– Нам бы что-нибудь вкусненькое, – облизал пересохшие губы Мидо, – а то наши животы уже играют марш запеченного поросенка и кричат ура-ура-ура бифштексам и бутылке джин-гралла.

– Я бы сейчас съел омара или устрицы по-шаронски, – мечтательно произнес Бар. – И выпил, наверное, литр мальварии.

– Какие у вас аристократические манеры, – бархатным голосом отозвалась кулинар Лири, молодая двадцатисемилетняя туранка крепкого телосложения. – Может, еще подать фаршированного крула в геретанском соусе? Или копченого угря в вишневом соку?

– Слушай, Лири, подавай, что есть, а то мы и тебя съедим в придачу, а на сладкое закусим твоим бархатистым голосочком! – воскликнул Вед.

Лири засмеялась и начала подавать разведчикам различные блюда, которые источали такой аромат, что туранцы только облизывались и с вожделением поглядывали на кухонный агрегат, откуда появлялись все новые и новые порции яств. Все притихли и накинулись на еду, как стая оголодавших медведей после зимней спячки на бочки с медом. К ним присоединились и остальные звездолетчики. Через некоторое время, насытившись и запив все съеденное джин-гралла, разведчики перешли в кают-компанию, где собрались свободные от вахт космоплаватели. Все расселись в уютные кресла, и маркиз Сорено, осмотрев собравшихся, взял слово:

– Итак, коллеги! В то время, когда группы Кларка и Лато стартовали к разведанным месторождениям, пришло сообщение с «Кометы Недара». Корабль произвел картографирование поверхности планеты. Согласно данным, планета имеет три больших материка, два океана, семь морей и много озер и рек, а также около тысячи больших и малых островов. Следов какой-либо цивилизации не найдено, как не обнаружено никаких следов животных. В этом плане планета мертва. Есть следы небольшой вулканической деятельности на южном материке, в океанах периодически происходит сейсмическая активность. Правда, заглянуть на морское дно мы еще не успели. Может, там есть какая-то жизнь – будет известно позже. На поверхности рек видны неизвестные растительные скопления вроде кувшинок и цветов. На планете есть леса, и что удивительно – правильных геометрических форм в виде ромбов, квадратов, треугольников. Есть также отдельные заросли кустарников различных форм и высоты, трава – где редкая, а где густая, достигающая высоты двух метров. Сады или фруктовые деревья в нашем понимании – отсутствуют. Встречается множество непонятных образований, полузасыпанных землей или покрытых растительностью. Выпущенные нами «муравьи» просканировали в радиусе тысячи километров эти, будем называть, объекты. Так вот, все они имеют различные формы, конфигурацию и объемы. Но самое интересное то, что они состоят из разных материалов: дерева, мрамора, железа, меди, серебра, ртути. Да-да, не удивляйтесь, именно из ртути – огромных цельных капель этого металла, камня и полимеров. Исследование этих объектов ничего не дало. Все приборы показывают сплошные нули, как будто ничего и нет. Кстати, группы разведчиков столкнулись с теми же последствиями, что и наши аппараты. Они сейчас расскажут о своих изысканиях.

Все взгляды присутствующих обратились к первопроходцам планеты. Смущенный таким вниманием Кларк начал свой рассказ немного сбивчиво, но потом его голос окреп, и он под ободряющими взглядами слушателей красочно описывал свое знакомство с кустарником и силовым полем месторождения. После него выступил Лато, рассказавший о приключениях своей группы, может, не так ярко, как Кларк, но не менее убедительно. На некоторое время в каюте воцарилась тишина. Все осмысливали услышанное.

– Сплошная планета-загадка, – тихо сказал аналитик Вормин, – ничто не поддается исследованию. Наша аппаратура пока бессильна. Может, так и назовем планету – Загадка?

– Ничего, – ответил Сорено, – мы еще не использовали большие исследовательские комплексы и главный мозг корабля. Завтра приступаем к полномасштабным экспериментам. Все свободны.

В это время где-то за стенами гита послышался какой-то печальный звук, похожий на еле слышный колокольный звон с затихающей амплитудой. Все недоуменно переглянулись, но звук пропал так же внезапно, как и появился. «Вероятней всего, почудилось», – подумали многие, не решаясь сказать вслух.

Заканчивались вторые сутки экспедиции туранцев на пока еще безымянной планете.

На расстоянии почти в триста светолет от Туранской империи, в системе Альгамы-3 гит «Снежный вихрь», облетев гигантский Купол по вытянутой дуге, направлялся к точке встречи с «Тенью грядущего». Имперскими разведчиками была проделана огромная работа по изучению протяженности, ширины и объема колоссального артефакта. Данное сооружение занимало пространство трех звездных систем, соединенное воедино незримыми узами. И по всем направлениям объекта фиксировались только невиданных размеров решетки и ячейки, другой структуры он не имел. По ходу движения корабля запускались автоматические разведчики, которые пытались подойти поближе к Куполу, но неукротимая сила возвращала их снова к гиту. Через трое суток «Снежный вихрь» достиг визуального контакта с «Тенью грядущего». Корабли обменялись взаимной информацией, которая была, увы, очень скудной. На флагманском корабле барон Тайрес в исследовательской секции собрал малый совет: