Чтение онлайн

Михал Михалыч удовлетворенно развел руками:

— Я не разочарован, Швед. Коротко, внятно. Школа чувствуется. — Он сел в кресло и, разумеется, оказался выше посетителя. Все кабинеты в мире устроены одинаково.

— Я никогда и не скрывал, что проходил службу в СБУ.

— Тоже правильно. — Михал Михалыч некоторое время что-то рассматривал на столе, потом быстро поднял глаза на Сергея, внимательные и пытливые: — Только зачем ты прикидывался действующим агентом?

— Иначе Роберто не стал бы со мной разговаривать. Я имею в виду — разговаривать всерьез.

— А зачем тебе нужно было с ним разговаривать?

— А как бы я к вам попал? Ратные подвиги вас не интересуют. Хотя я, между прочим, организовал отлов химеры, а это тоже не два пальца в розетку сунуть.

— Ну почему же не интересуют… Воинская смекалка — это всегда хорошо. Зачем ты так стремился в «Монолит»? — неожиданно спросил он.

— Хочу участвовать в каком-нибудь крупном деле. В настоящем, масштабном. Мне нравится быть полезным. Когда я кому-то нужен, у меня не возникает вопросов «зачем я живу».

— Отличная заготовка для соискателя должности менеджера, — скептически отозвался Михал Михалыч. — Ты только забыл упомянуть личностный рост, раскрытие потенциала и… что еще?

— Деньги, — признался Швед. — В Зону я пришел за деньгами. Если рисковать жизнью, то по максимальной ставке. А если уж на кого-то работать, то на хозяина, а не на пятнадцатого помощника.

— Надо же, как ты нелестно о Кабане. Он не пятнадцатый помощник, он… — командир закатил глаза, словно что-то подсчитывая, — где-то в первой тройке. Ответ про деньги звучит убедительней. Учти это, если будешь снова куда-то устраиваться.

— Надеюсь заработать в твоем отряде столько, чтобы устраиваться никуда больше не пришлось.

— Не стыдная мечта, — одобрил собеседник. — Я тоже когда-то мечтал, со всеми это бывает. Вот, взгляни. — Он выдвинул ящик стола и положил перед Шведом наградной пистолет. — Не многие способны понять его ценность. Ты вообще видел когда-нибудь такую машинку?

— Пистолет самозарядный малогабаритный. — Сергей протянул руку к оружию и замер. — Можно?

— Да, конечно.

Швед аккуратно взял пистолет и прочитал на золотой табличке: «Полковнику СБУ Котятко М. М. за безупречную службу».

— Я ведь тоже служил, — сказал Михал Михалыч. — И тоже этого не скрываю. Зачем?

Сергей трепетно погладил рукоятку, взвесил пистолет в ладони. Командиру нравилось, как Швед обращается с оружием, и он впервые позволил себе улыбнуться:

— Несмотря на то что моя безупречная служба закончилась, а точнее, наши взгляды на безупречность разошлись, я продолжаю гордиться этой наградой.

— Компания «Frenzy» тоже принадлежит тебе, — меланхолично произнес Сергей.

— Почему тоже?

— Вместе с «Монолитом». Ахмет успел поделиться со мной этой информацией. То есть Роберто. — Он положил пистолет обратно на стол.

— Эту страшную тайну объединенная европейская разведка добывала много лет. А я тебе взял, и сам все рассказал. — Михал Михалыч снова улыбнулся. — Как ты думаешь, это Маха плеснула тебе что-то в шампанское или кто-то другой?

Швед словно нырнул в прорубь и оказался подо льдом: он не мог ни шевельнуться, ни вздохнуть, лишь наблюдал, как время течет мимо. Сергей давно уже забыл о том фуршете после экзаменов, когда он устроил в столовой пьяный дебош. И о порванной блузке Махи, то есть Марии Николаевны… и о разбитом лице майора Забелина. И о своем отчислении из Академии СБУ. Все это было так далеко… Совершенно в другой жизни.

— Что молчишь? — осведомился командир. — К таким вопросам нужно готовиться заранее.

— Вспоминаю, — буркнул Сергей. — А ты ловишь на выдохе, Михал Михалыч. Это правильно. Но неприятно, должен сказать.

— По сути! — потребовал он.

— Если по сути, то я не знаю. Я слишком долго искал ответ, и я его не нашел. Дело не в том, кто и что мне плеснул или подсыпал. А в том, зачем это нужно было делать. Кто я был такой? Студент-отличник… Кому я мешал? Я ни во что не лез. Они не должны были со мной так поступать, просто потому, что в этом не было смысла. И тогда я понял… — Швед утвердительно покачал головой. — Мне ничего не подливали в шампанское. Мне не подсыпали никакого порошка. Я сам виноват: измотал себе нервы на сессии. Хотел быть лучшим, хотел быть первым… Меня просто переклинило от алкоголя. Никакой подставы в Академии не было, — закончил он.

— То есть ты всех простил и не держишь на них зла, — прокомментировал командир.

— На кого мне злиться, кроме самого себя? Я начал жизнь с чистого листа — здесь, в Зоне. И эта жизнь мне пока нравится.

— И все-таки ты меня разочаровал, Швед… — Михал Михалыч побарабанил пальцами по столу. — Если бы ты знал, как долго я ждал в Зоне человека из СБУ. Не обсоса из Евротрибунала, а нормального оперативника. Какую шикарную дезинформацию я подготовил для твоих коллег. Не деза, а конфетка!

— Они мне не коллеги, — возразил Сергей.

— Ну, для бывших. Для наших с тобой бывших коллег, — легко согласился он. — И что теперь? По силкам, расставленным на химеру, прошелся тушкан… Я ждал шпиона, а вместо него получил обычного солдата.

Сергей с трудом проглотил комок.

— Я не обычный солдат, — медленно выговорил он. — И я сумел поймать химеру. Сумел один раз, сумею и второй. Ты получишь своего шпиона, Михал Михалыч.

Командир посмотрел на него так, что Сергей снова не понял, о чем он думает.

— Поймай мне его, Швед. Поймай.

Ночная тревога в «Монолите» была первой за все время и, кажется, не учебной. Ветераны, и так не слишком приветливые, стояли в проходе один мрачнее другого. Они подгоняли выбегающих из кубрика бойцов, сопровождая каждый тычок единственной фразой: «По боевому расписанию».

Бойцы строились перед навесом, некоторые убегали занимать подготовленные огневые точки. Со стороны кинотеатра и госпиталя мчались еще люди — те, кому не хватало спальных мест в помещениях речного порта.

Михал Михалыч сидел на лавочке, задумчиво глядя в землю, и периодически откликался на вызовы коммуникатора. Доклады не радовали, его лицо на глазах каменело.

— Какие, какие десятки?! — вдруг сорвался он. — Что такое «десятки»? Сколько конкретно, счетовод хренов! Двадцать? Восемьдесят? Не морочь мне голову своими десятками, уточняй!

Командир отключил КПК, но уже через секунду раздался новый звонок. Михал Михалыч отдал какие-то распоряжения, на этот раз более сдержанно, и, на ходу убирая коммуникатор в карман, вышел к строю.