Чтение онлайн

Какое-то время мы с девочками переговаривались, придумывая приключения, которыми нас может встретить степь, но как-то вместе провалились в дрёму. Провидиц среди нас не было, а потому сны снились обычные, девчачьи. Мне по крайней мере точно. И жениху в них там было больше места, чем таким, вроде бы, желанным приключениям. Проснулась я с рассветом, подняла девчонок. Ложились мы спать в гимнастической форме. Мы решили, что в походе она будет прекрасной ночной одеждой. В ней и выйти, если ночью приспичит можно. И утром мы не собирались отказываться ни от разминки, ни от медитации. Тодд тоже оказался строгим офицером. Солдатикам расслабляться не давал. И тоже проводил между ними учебные спаринги. Мы устроили пробежку и провели комплекс привычных упражнений подальше от бивака. Будь мы там, парни пялились бы на нас, вместо того, что бы делом заниматься.

Мандолину я с собой, конечно не брала, а вот свирель всегда висела у меня на поясе, рядом с ножом. И то, и другое в замшевых чехлах. Она для меня была оружием, ничуть не менее эффективным, чем кинжал. Чужие об этом не знали. И пояснять я не собиралась. А вот добавить музыки в медитацию полезно. Нам это всегда помогало развивать возможности. Здесь, в холмах, музыку понесло эхо. И она напомнила пастушью мелодию, которая была здесь так уместна, что пробуждала сам дух холмов. Чем дольше звучала мелодия, тем глубже становилась медитация девчонок. Я почему-то чувствовала, что прерывать игру нельзя. Но и взгляд со стороны я тоже ощущала. Не злобный, иначе рыкнул бы механик или завыл пёс. Их с нами послали парни. Сами они остались потренироваться с солдатиками. Тодд попросил показать приёмы для спаринга с оборотнями и кое-какие простенькие магические заклинания для новичков.

Наконец мелодия получила своё логичное завершение и я опустила флейту и открыла глаза. Девочки всё ещё находились в состоянии полного погружения. Я, с удивлением, уставилась на призрачную фигурку сильфы.

— Спасибо, родная кровь, — склонила головку в приветствии беловолосая красотка, — твоя музыка — чистая магия, она поможет мне воплотиться. Ненадолго, всего на часок. Помоги мне, воздушная. Приведи мне мужчину на этот час. Если получится зачать ребёнка, я получу тело. Я так давно здесь одна. Кажется я заснула, когда кентавры упокоили моих подруг. Эти животные считают нас демонами. А мы элементали. Но твоя музыка разбудила меня. Надеюсь, здесь нет кентавров?

— Не знаю порадует ли это тебя, но их давно считают вымершими. Мы идём в Проклятую степь, что бы это проверить.

— Не в поселение? — обрадовалась маленькая сильфа, — тогда может быть я смогла бы незаметно следовать за вами. А мужчина, который согласится сделать мне дитя, сможет переспать со мной столько раз, пока я не почувствую в себе жизнь. Только тебе придётся играть для меня. Сама я могу обращаться только раз в году. Но ты сильная магичка, да ещё и воздушница. А твоя музыка имеет силу, которая позволяет мне воплощаться. Передаёт мне энергию. Я точно чувствую, у тебя были сильфы в роду. Помоги… пожалуйста…

Я подумала, что такую просьбу адекватно сможет воспринять, пожалуй, только Тодд. И сильфу он не обидит. Видна в нём такая настоящая мужская обстоятельность. Каким-то образом сильфочка передала мне, что я никому, кроме самого любовника, ничего говорить не должна. Потому я пообещала малышке попробовать. Но, если никого не смогу уговорить, пусть она не обижается. А пока приказала ей спрятаться и вывела из медитации девчонок. Видимо сильфа чем-то их приложила. Далось мне это нелегко. Но мои подруги после медитации чувствовали себя прекрасно и я не стала обижаться на одинокую элементаль.

Когда мы прибежали в лагерь. я навесила рассеивание внимания и отвела в сторонку Тодда. Коротко пояснила ему просьбу сильфиды. Тодд почесал затылок и я поняла, что он колеблется.

— Не бойся её. Сильфы хорошо награждают тех, кто помогает им получить тело. Ты солдат. Тебе лишняя магия может жизнь спасти. Так что бери магией, не драгоценностями. Советую от души. Я о сильфах много читала. И главное, никому не рассказывай о чём вы там договоритесь. Даже мне.

Сообщать офицеру, что искала подтверждение своей принадлежности к этому роду, не стала. Но уже и сомнения пропали, раз вторая сильфа называет меня родственницей. Тодд, как я и подозревала, манерничать не стал. Обернулся на своих, попросил присмотреть, и пошёл в холмы. Мы пока занялись завтраком и отсутствие мужчины как-то никто не заметил. Вернулся он минут через сорок. Встрёпанный, как посметюшка. И какой-то размякший. Присел к накрытому завтраку и молча ел, с каким-то отрешённым выражением лица.

Ехали мы дольше, чем вчера. Обедать тоже остановились позже. И кашу всё же забросили в котёл. Перловка оказалась отменной. Упарившись в котле, с тем же сушёным сбором овощей, что мы использовали для суповой заправки, поскольку коренья давали прекрасный вкус и отдушку каше, я просто любовалась разваристыми зёрнами. Не даром у нас на юге называли эту кашу жемчужной. В конце я добавила чабера. Он рос целыми подушками на холме, где мы стали лагерем. Уйка побегавшая вокруг волчицей, обнаружила целую полянку земляничной травы. Обернулась и набрала целый букет её симпатичных веточек с жёлтыми шариками цветоносов. Она притащила её на чай и всю дорогу нюхала, как одержимая. Ещё бы, волчица. Она знала толк в запахах. Цефалофору, где называют земляничной, где ананасной травой. Люди немного по разному воспринимают запахи, так же, как каждый по своему видит оттенки цветов. Это растение для меня лично имело аромат ближе к ананасному, но с примесью земляники и даже карамели.

Я попросила Эш высушить её. Она прекрасно даёт отдушку чаю. Но много её класть нельзя, хоть и хочется, а то напиток станет горчить. Сегодня наш невозмутимый командир Тодд выглядел рассеянным. Он всё время поглядывал по сторонам. Корвин даже забеспокоился. Он привык доверять чутью ветеранов. А парень стал не похож сам на себя. Я убедила его не беспокоиться. Сильфа скрыла мои мысли от жениха, но он чувствовал, что эмоционально я спокойна. Для того, что бы помочь элементали проявить физическое тело, мне не нужно было уходить в горы. После чая, пока новые дежурные мыли посуду у заводи, я расчехлила свирель и заиграла. Широко, с переливами. Тодд, чуть ускоренным шагом, двинулся за завесу кустов. Наверное, правду я вычитала, что сильфы нежные любовницы. Интересно, это у них в натуре? Ведь учиться им плотской любви негде. Духи не занимаются любовью. Но зато воздух, стихия, которая позволяет ощущать малейшие нюансы запахов. А чувства, говорят тоже пахнут. Наверное, мне как воздушнице, да ещё и имеющей сильфскую кровь, нужно прислушаться к своим ощущениям. И я тоже научусь этому. Хотя пока я за собой такого не замечала. Может крови маловато.

Я видела, что Тодд очарован. Но я не боялась, что парень не сможет забыть нежную беловолосую красавицу. Если она не захочет с ним остаться, то заберёт у него из памяти эти дни. А, если она захочет быть с ним рядом, то не станет обрывать привязки, которую я хорошо видела между ними, как воздушную нить, чуть более плотную, чем воздух вокруг. Мужчина шёл по ней, как будто сматывал моток с путеводной нитью. Вот шевельнулись ветки кустов и даже я на время как будто забыла о нём. Сегодня он задержался чуть дольше. Видно связь между ними окрепла и он сумел продержать её физическое тело дольше. Так скоро и мой зов не понадобится. Я чувствовала, что выбрала для элементали правильного партнёра. Когда он уходил, я не могла не думать о том, что будет происходить между этими двумя и краснела от жарких мыслей возникавших в голове. Мы с Корвином довольно близко подходили к откровенным ласкам. Самого тесного общения он себе не позволял, говорил, что вряд ли сможет остановиться. Но даже его прикосновения через одежду вызывали бурю ощущений. И моё тело реагировало на мысли соответственно. Мелодия становилась более чувственной и Корвин подошёл ко мне, присел, прислонившись плечом и предложил прогуляться вокруг лагеря.

Скромнее всего вели себя Диля с Марсеном. Хотя артефактор поедал нашу скромницу глазами, но я никогда не видела, что бы он позволял себе прикосновения. Впрочем осталось только пройти практику и мы поженимся. Как давно решили, все вместе. Устроим одну большую общую свадьбу. И никакой король нам не помешает. Мы решили сделать это у нас, в доме моих родителей. У нас на юге в Храме только помолвки оглашают. А церемонию заключения брака чаще всего заканчивают на морском берегу. Алтарь в Храме только свидетельствует невинность невесты, а у моря, под алтарным покровом, который над женихом и невестой поднимают свидетели, храмовый служитель заканчивает таинство, опуская кропило прямо в морскую воду. Все знают, что семена жизни боги посеяли в море. А что проросло из них и как изменилось, это уже не в компетенции богов. Жизнь сама нашла пути. Но магическая стихия воды была первой. Она осталась в живых кровью. Не даром кровь солона.

Уйка после обеда больше не оборачивалась. Они с Ильханом тоже ушли в холмы и некоторые солдаты с завистью смотрели им вслед. Мне не очень хотелось чувствовать такие же липкие взгляды в спину и я задействовала отвод глаз. О нас тут же забыли. Корвин улыбнулся. Ещё бы, он чувствовал не только мои эмоции, иногда даже мысли. Только для этого я сама должна была направить их на него. Лезть в голову без разрешения считалось не только неприличным, но и противозаконным. Мне было жалко, что я не могла поделиться произошедшим с сильфой ни с кем. Но малышка была вправе осторожничать. Применить своё очарование на одном, было в силах маленькой элементали. Я полагаю большему количеству людей она бы просто не показалась. Думаю, мы с девочками сами невольно помогли ей. Она просто чуть углубила медитацию моих подруг. А меня выбрала из-за музыки и родственной крови. Сильфы плохо проявляют эмоции в образе духа. Я её и не почувствовала, пока она сама не захотела. Что её винить. Кентавры, убивая её родню, заставили духов воздуха быть осторожными.