Чтение онлайн

— Ты знаешь, кто я? Я — Каринэль, начальник всех местных следопытов, и сейчас у меня для тебя важное задание, с которым никто, кроме тебя не справится. Потому что ты маленький, и тебя никто не заметит. А это самое главная черта следопыта.

Наклонившись так, что ртом он почти соприкасался с его ушком, он прошептал пару фраз. У мальчишки загорелись глаза. Он кивнул и мигом помчался в сторону входа первого этажа, по которому идут в Хранилище.

Его кхаари сидел на каменной скамейке возле еле-еле журчащего фонтанчика с темной водой и неодобрительно смотрел на следопыта. Каринэль вручил ему серый конверт с серой печатью.

— Для Эррнгрид.

Дело сделано. Теперь можно пойти собираться. В том, что она придет, он не сомневался. Завтра она покинет Обитель, а он останется здесь. А перед этим надо решить одно дело.

***

Каринэль ждал ее на Западной части Крепостной стены, прогуливаясь взад и вперед. Северный ветер и дождь со снегом могли бы давно охладить его пыл, если бы его желание увидеть роунгарри было поверхностным и неглубоким.

Но в его намерении были серьезные планы, поэтому он отнесся с присущим своему клану спокойствием, помноженным на опыт и терпение следопыта.

До встречи, а он упорно не хотел называть ее свиданием, оставалось еще много времени. Наступила ночь, которая теперь будет длится долго. О ее завершении скажут механические гномьи часы, подаренные принцем каа-либу в знак своего уважения к их заслугам. Теперь большие башенные часы будут отмерять ритм жизни их Обители. Громким, но приятным звоном они пробили полночь. Потом час, потом полвторого.

А он все гулял и гулял. Он не понял, зачем он вдруг решил задержаться на открытом пространстве в том месте, где с крепостной стены видны и внутренние постройки, и казармы. Задержался и все.

И увидел, как небольшая фигурка в сопровождении двух высоких мужчин остановилась на освещенном месте. Погладив по щеке сперва одного, потом другого и протянув руку для поцелуя, Эррнгрид свернула к лестнице, ведущей с нижних этажей на стену.

Уже поздно. Очень. Что может делать дама в пустых казармах?

Ведь он знал, что в Замке почти никто не оставался на ночь — все воины, получив снаряжение и драконьи костюмы, отправлялись в ночные рейды.

Сердце билось все быстрее и быстрее, а мысли завертелись в голове так быстро, что не удалось вычленить ни одной раздельной и внятной идеи. Кроме одной, показавшейся ему вполне логичной и естественной.

Он так и стоял, видя приближающуюся как ни в чем не бывало Эррнгрид. Она подходила ближе и обволакивала его запахом духов, которые были несравнимо лучше, чем те, которыми она пользовалась при ночных визитах. Собравшись с духом, он почтительно поклонился ей. Она непонимающе на него уставилась. Тон записки противоречил его теперешнему облику, еще бы — он разом поменял первоначальное решение на противоположное и был скован.

— Сожалею, что назначил встречу так поздно, оторвав Вас от более важных дел, — холодно начал он. — Но, для того, чтобы уладить личные дела, подойдет любое время. Я не могу принять Ваше предложение и не могу стать Вашим аэйкаррон-тэм, что бы это ни означало. Всего доброго.

Прощаясь, он ограничился сухим кивком, а проходя мимо, даже слегка задел фигурку женщины своим каменным плечом. Получилось невежливо. Что ж, пусть так.

***

Надвигающаяся снежная буря, за которой наблюдал Наимил всего неделю назад, заняла собой весь горизонт.

Да, Зима будет снежной. С Десницы Божьей опали последние листочки, но пока на яблонях распускается хотя бы один цветок, Аккелон надежно защищен: жизнью и теплом. Похоже, только теперь Аккелон понял, для чего Карту столько зелени и совсем не возражал. Только он сам не намерен был прятаться за нежными и хрупкими созданиями, поэтому быстро сращивал последние трещины, накапливал тепло и звездный свет, обеспечивая безопасность тех, кто его пробудил.

Из бури отделилось несколько туч поменьше, они разлетелись по миру Обители, пытая его на прочность, ища скрытые ссадины и раны. Одна из них опустилась чересчур низко к земле, выискивая и вынюхивая следы. След вел к заброшенному гарнизону, туда, где совсем недавно разжигали костры, готовили еду и травили байки люди и эльфы.

Достигнув развалин заброшенного гарнизона и повисев над ним пару дней, из тучи высунулись огромные когтистые лапы, покрытые чешуей, бородавками и уродливыми наростами. Вместо снега или града, из нее медленно вытекала бурая вонючая слизь с ошметками кожи, волос, ногтей, которая достигала земли, застывала черными лужицами. Туча внезапно уплотнилась, превратившись в ком. Ком распался на жутких монстров и долговязых существ, которые бесшумно, ощерив пасти, скрылись в лесу за домом.

Дозорные, теперь уже по несколько раз в день проверяющие окрестности, обнаружили лишь признаки первых заморозков, побитую траву и полегший под некрупным градом сухостой.

Твари прорвались на Большую Землю через тайную тропу в шойкуне, пройдя следами Рилинна, дядя которого сообщил, как можно попасть в Обитель, а вот как заметать следы не научил, и разрушили Новый Роунгаррион почти до основания. Немногим удалось спастись.

Раайэнне, получив сигнал тревоги в виде чередующихся столпов голубого и красного огня с четырех сторожевых башен, сложенных из ледяных кирпичей, быстро начали собираться в боевые отряды, но все равно не успели прийти на помощь.

Тварей было много. Раайэнне бросились к прорванному шраму на границе Алакантэ и Нового Роунгарриона, но были отброшены повалившей из зловонной раны нечисти, которая дорвавшись до свежего мяса, яростно защищала свои позиции.

Вонь, гарь, лед, чудовища, пожирающие трупы женщин и детей — все это предстало перед их глазами. Рамидар попросился на передовую и пал одним из первых, Наимил, руководящий освобождением города, и мастер над оружием Лирмин — сразу за ним. Подходящего по силе рекан для них не нашлось.

Чертоги Безмолвия так и застыли ледяным монументом — единственным во всем Прибрежном районе. Эррнгрид погибла, защищая свой и соседние дома, по крайней мере, ни раайэнне, ни роунгаррам не удалось увидеть ее по родовым связям — ведь она же была ракейнэйру.

Страшная трагедия потрясла Ран-Тарр, точное количество жертв посчитать не получилось: твари сожрали слишком многих.

На восстановление города ушло около семи лет и двадцати миллионов золотыми: новый город назвали Эррэн-гарр, в переводе с роунгаррского диалекта — Парящий в небе.

Его архитектура: высокие кружевные шпили, уходящие вверх, перекинутые между башнями белые висячие мостки и струи голубых фонтанов, бьющих на центральной площади у Чертогов Безмолвия, как нельзя лучше отражала его название.

У Доралисс и Сандира, усыновивших быстро подрастающего Рилинна и живущих на Южных Драконьих островах, родилось двое детей, ждали третьего. Дальний родственник Эррнгрид по материнской линии сделал для них бессрочное приглашение. На материк они возвращаться не собирались.