Чтение онлайн

Так, про Мультивселенную сказал, эпохи комиксные широкими мазками описал, про основных супергероев сказал… Стоп, а как же злодеи? Какой смысл в супергерое без суперзлодея?

Вы же не думали, что я обойду их стороной, верно?

Первые супергерои сражались с бандитами, шпионами, коррумпированными промышленниками и прочими нехорошими личностями. Общим элементом всех этих историй был протагонист, сюжетно они были связаны весьма условно – это сегодня супергерой обрастает ворохом заклятых врагов, которые еще и ловко раскрывают те или иные стороны его характера или оказывают достойное сопротивление его способностям. Тогда же речь шла об обычных злодеях, образами которых кишела масскультура тех лет.

Но все изменилось с появлением нескольких ключевых негодяев, которые буквально захватили комиксы и добавили, наконец, последнюю переменную к формуле любого супергероя – его заклятого врага. И в первую очередь эти лавры принадлежат двум злодеям, непохожим друг на друга так же сильно, как и герои, что с ними борются, – Лексу Лютору и Джокеру.

Раз уж первым мы начали с Супермена, то и здесь сначала поговорим о его заклятом враге, Лексе Люторе. Лекс Лютор появился отнюдь не в 40-х годах, а в 80-х – я имею в виду не персонажа как такового, а его привычный образ холодного промышленника, алчущего власти ксенофоба, готового принести в жертву своим амбициям кого угодно. В начале своего злодейского пути Лекс идеально вписывался в архетип «безумного ученого», который вовсю эксплуатировался кинематографом и в формирование которого сам Лекс внес немалую лепту.

Он дебютировал в Action Comics #23, и в последующие лет 20 любой сюжет с его участием можно описать так: Лекс в очередной раз сбегает из тюрьмы, собирает случайных последователей и презентует им некое устройство (очень популярны были разнообразные лучи), с помощью которого он уж точно прикончит надоедливого Супермена. Тем временем в Метрополисе происходят загадочные события, которые бросается расследовать Кларк Кент, в процессе сталкивается с Лютором и путем невероятных усилий или смекалки одерживает над ним верх – и так по кругу.

Определенную глубину Лекс начал получать в 70-х годах, когда, к удивлению многих читателей, они узнали, что Лекс и Кларк в детстве пересекались, и не просто пересекались, а даже были приятелями! Там были сделаны первые попытки выстроить между ними конфликт нового типа – не «злой злодей против доброго добряка», а конфликт идеологический.

Тогда же начала вырисовываться личная травма самого Лекса – жестокий отец и погибшая сестра, – а некоторые сюжеты начали уводить его образ в сторону если не героя, то уж человека с набором принципов и даже состраданием. Лютор очень быстро рос над самим собой, и если фильм 78-го года (о котором поговорим ближе к концу книги) выписывал его скорее как непутевого афериста – критик Питер Сандерсон метко описал его как «торговца подержанными автомобилями, ворочающего ядерными ракетами» [7] , – то комиксы вели его во все более серьезную и драматичную сторону.

Окончательно Лекс стал Лексом уже в 80-е годы, за что стоит отдельно сказать спасибо американским бизнесменам тех лет, ведь Лютор был списан именно с них – властные, жестокие фигуры с сигарой в зубах, ворочавшие миллиардами, вершившими судьбы людей, к которым было приковано внимание прессы и медиа. В мире, переживавшем второй виток Холодной войны, нарковойны, рождение киберпанка и технологический бум, ученый не мог быть суперзлодеем – им стали парни вроде Дональда Трампа. Впоследствии, правда, они и сами начали быть похожими на карикатурные версии самих себя, став теми самыми «комиксными» злодеями в худшем смысле этого слова, – но мы отвлеклись.

Лютор был то опереточным злодеем, то антигероем, то практически героем – жизнь его основательно помотала за последние десятилетия. Показательно, что у сильнейшего человека на планете главный враг – простой человек. Хотя у кого-то это вообще клоун.

Джокер, конечно, персонаж удивительный, по ряду самых разных причин – начать хотя бы с того, что главным антагонистом Бэтмена стал не криминальный босс, не полубессмертный глава Лиги Убийц или любитель шарад и загадок, а человек в клоунском гриме, без прошлого и каких-либо внятных целей, кроме как раз за разом бросать вызов Бэтмену. Как так вообще получилось и чем Джокер выделяется на фоне других злодеев?

Интересно в его истории то, что он должен был стать типичным «злодеем месяца», коих тогда в комиксах было пруд пруди – это сейчас у каждого супергероя есть целый батальон личных врагов, с которыми они носятся по городам и весям без видимого прогресса, в далекие 40-е же почти каждый месяц появлялся новый негодяй или условная банда негодяев, которые строили свои козни. Джокер вообще должен был умереть в конце своего дебютного выпуска, но тут внезапно вмешался редактор Уитни Эллсворт и своим волевым решением решил сохранить персонажу жизнь. Что-то такое ему приглянулось в Джокере, что он посчитал его перспективным и интересным персонажем и, будучи хорошим редактором, который мыслил на перспективу, подумал, что его можно будет с успехом использовать в будущем. Как вы понимаете, чутье у него было исключительное.

И это совсем не преувеличение: у Бэтмена за всю его долгую историю были сотни злодеев больших и малых, причем настолько разнообразных, что и не счесть: гангстеры, ученые, воры всех мастей, фанаты гороскопов, мастера побега от погони, мушкетеры, пираты (!) – в общем, кого только не было. И из них всех выделиться и возвыситься ухитрился именно Джокер. Давайте попробуем предположить, почему так получилось.

Первое и, пожалуй, самое главное в его образе – то, что это абсолютно загадочный персонаж. Хорошим тоном для суперзлодеев тех лет было проговаривать вслух обстоятельства того, как они дошли до жизни такой, у многих злодеев мы знаем предысторию, некоторым даже уделяли довольно большое время, чтобы показать их падение (самый яркий пример – это Харви Дент в комиксе «Бэтмен. Долгий Хэллоуин», который частично был экранизирован в «Темном Рыцаре). О Джокере же мы не знаем буквально ничего – а прошло ведь, на секундочку, восемьдесят лет с момента его появления! Кто он, откуда он, как стал тем, кем стал, – за эти годы есть лишь ряд размышлений разных авторов и их версии и сотни фанатский теорий; но ни одна из них не признается боссами DC как официальная и каноничная. Загадка – страшная сила, и к подобным персонажам так или иначе внимание всегда будет повышенное.

Второе обстоятельство его популярности заключается в том, что он принадлежит к редкой породе злодеев – он трикстер, то есть хитрый интриган и лжец. В человеческой культуре такие персонажи представлены в огромном количестве, самый яркий пример – это Локи. Трикстеры непредсказуемы, коварны, абсолютно себе на уме и при этом крайне опасны, а такие персонажи всегда были и будут привлекательными.

Третье, весьма важное обстоятельство, заключается в том, что в ранних комиксах у Джокера были просто потрясающие ловушки и атрибуты. Не забывайте, основной аудиторией тогда были дети и подростки, которые явно фанатели от огромных наковален, гигантских покерных столов, игральных карт, бомб, ручных электрошокеров, машин с безумным дизайном и так далее и так далее. Каждая схватка с Джокером была поистине захватывающей, потому что в ход шли самые безумные средства. Это свойство персонажа сохранилось и позже, когда Джокер перестал быть смешливым клоуном и начал трансформироваться в расчетливого преступника со склонностью к позерству – а сохранилось оно благодаря главной причине его популярности: Джокер всегда остается Джокером.

Удивительно, как можно было создать персонажа, настолько подходящего для самых разных экспериментов над ним. Подавляющее большинство суперзлодеев находятся в некоей константе, и самый распространенный путь их развития состоит в переходе от раннего придурковатого и аляповатого образа к чему-то более драматическому: добавляем детской травмы, смерть родственника, неприязнь общества, взбалтываем и получаем уже привычного суперзлодея, но уже «серьезного». У Джокера же все не как у людей – его постоянно швыряет от шутника до маньяка, от гангстера до хитроумного интригана.

Джокер обладает чуть ли не уникальной особенностью – про него можно создать практически любую историю, в которой его представят с самой неожиданной стороны, и это все равно будет Джокер. Просто потому, что сама суть персонажа такова, что он свободно меняется, бросаясь из крайности в крайность. Ведь, как уже было упомянуто выше, у него нет четкой личности. Для читателей интерес – каким же Джокер будет в этот раз, для авторов, редакторов, режиссеров и продюсеров – огромное поле для экспериментов, шанс того, что очередную версию встретят в штыки, довольно низок. Джокером может быть и неудавшийся комик, и скромный инженер, и жестокий гангстер. Он может быть веселым, ироничным, маниакальным, жестоким, пугающим или сумасбродным.