Чтение онлайн

– Вылезай. Мать твою...

Он пытался выволочь меня из машины. Он еще чего-то орал, но я его уже не слышал. Я сидел как парализованный, вцепившись в рычаги машины. Зажглись, непонятно откуда взявшиеся, прожектора и вся картина выползла как на ладони.

Белые от прожекторов фигуры привязанных к крестам людей и белые мечущиеся фигуры их мучителей, проводящих над ними исследования. Вместе с пришедшими на помощь особисту, другими молодыми людьми, меня вырвали от рычагов и поволокли к казарме. Я пытался вырваться и получил два удара по лицу. Они вволокли меня в коридор, бросили на пол и ушли, закрыв на ключ дверь.

Все были здесь. Маршак сидел на кровати, обхватив лицо руками. Ковалев курил, задумчиво глядя на грязные разводы стены. Матвеев заполнял, сидя за столом, журналы и документацию. Все молчали.

Утром, около, 8 часов, пришел зам.

– Я поздравляю вас с настоящим боевым выстрелом.

Так как аплодисментов не последовало, лишь только оператор кивнул головой, он продолжал.

– Сегодня будет второй этап. Нам привезут 10 танков Т-34. Сделаем второй заход.

– Они тоже будут с людьми.
– остановил его я.

– Да. Будут.

Вызывающе ответил он, уставившись на меня стальными глазами.

– Будут. Это не люди. Это подонки, убийцы и насильники. Это те, кто приговорен нашими судами к смерти. Конечно это неприятная картина, но истину коровами здесь не установишь.

– А как результаты?
– спросил оператор.

Лицо зама сразу расправилось и он восторженно заговорил.

– Потрясающе. 400 метров - ни кого, все сожжено. До километра - живых мало, процентов 30, но и эти в критическом состоянии. От километра до 2 все слепые, несмотря на то, что некоторые закрывали глаза, ну а дальше временная слепота от 2 до 15 минут, в зависимости от расстояния.

Я не выдержал и сказал.

– Я уезжаю домой.

– Ну и убирайся, - быстро отреагировал зам.

Мне ничего не оставалось делать, как повернуться и пойти в свою комнату. Минут через десять ко мне пришел Маршак.

– Тебе не отметят командировки и не заплатят. Будет прогул, - тихо выдохнул он.
– Ты подумал, что скажет главный?

Я посмотрел на него, но ни чего не сказал. Он посидел немного и ушел. Уехал я дневным поездом.

Главный меня не принимал целый день. Только под вечер, он соизволил мне зайти в кабинет.

– Что ты от меня хочешь?
– спросил он угрюмо.

Я положил ему на стол докладную и встал за спинку стула, так как он не пригласил меня сесть. Главный читал, потом опять перечитывал, одним словом затягивал время, и, наконец, оторвал бумагу от лица.

– Ты давал подписку о неразглашении государственной тайны, перед отъездом.

– Давал.

– Так вот и молчи.

– Но ведь там живые люди.

– Ты что, идиот. Тебе сказали, молчи.

Мы молчали. Главный встал, подошел к графину, налил стакан воды и, вытащив из кармана таблетку, запил ее.

– Из группы зама я тебя убираю. Пойдешь в пятую лабораторию, там инженеров не хватает.

– Но я же конструктор.

– Ты думаешь, что после твоего дезертирства, я оставлю тебя на старом месте. Нет. Дудки. Поработаешь там, а как все уляжется, пойдешь на старое место. И еще, не выкинь опять какой-нибудь фокус, тут уж точно вылетишь с института. Иди.

Маша и Ира встретили меня радостно, но увидев мою мрачную физиономию, притихли на своих местах. Я собирал вещи.

– Что ты еще выкинул?
– не выдержала Ира.

– Куда ты уходишь?
– подхватила Маша.

– В пятую, на исправление.

– Тебя только могила исправит.

– Девчонки, так тошно, я вам потом все расскажу.

– Андрей перед тем как уйти, посмотри на это.

Ира скинула бумагу со стола и я увидел лазерное ружье. Я забыл обо всех неудачах и двинулся к столу. Вот мое детище. Рукоятки удобно улеглись в руках. Вот и курок.

– Андрей, осторожно, - заволновалась Ира - Я вложила в барабан патроны.

– Где ты их взяла?

– У тебя в столе. Ты там их бросил и я прибрала к себе.

– Ирка, ты золото. Ты не представляешь, что ты такое.

Я подошел и поцеловал ее в губы.

– А я. Я что не помогала или, может, мне пора уйти, - запищала Маша.

– Ты тоже молодец.

И я поцеловал ее в губы тоже.

– Таня, как дела?
– спросил я трубку телефона.

– Андрюша у нас горе. Володя умер.

– Когда?

– Неделю назад, как его похоронили.

– Я выезжаю к тебе.

– Приезжай Андрюша.

– Он все маялся без работы. Хотел семье деньгами помочь. Прихватывал немного то грузчиком, то продавцом на выезде. А там ребята, бандит на бандите, чего-то сцепились и кто-то пырнул его ножом. До больницы даже не довезли.

– Эх Володька, Володька.

– Он тебя любил. Мне всегда говорил. Андрей - умнейший мужик, опередил всю эту сволочь на целый век. Ему бы в следующем веке творить.

Мы помолчали. Я выпил стопку водки за Володю. Таня продолжала.

– Все напоминал мне, что б передала тетрадку. Вот тетрадка.

Таня протянула мне тетрадку. Я развернул первый лист. На нем красиво было выведено: "Лабораторный технологический регламент на разработку газовых компонентов С и Д."

Эх Володька, Володька.

На стенах КБ забелел плакат. "Завтра, комсомольское собрание. Тема: 1. Персональное дело комсомольца Соколова А.А. 2. Разное". Меня поймала Ира.

– Что происходит Андрей? Что ты от меня скрываешь?

– Ира, дела никакого нет. Я не могу рассказать тебе всего. Я дал подписку. Но хочу тебе сказать, там, на полигоне, творятся нехорошие дела. Обещаю, через два часа этих плакатов не будет.

Начальник первого отдела скучал за столом, когда я вошел. Он даже обрадовался моему приходу.

– Входи, входи. Я давно тебя жду.

– Я по делу.

– Я тоже по делу.

– Давайте сначала рассмотрим мое.

– Ну хорошо, если ты так настаиваешь.

– Сейчас везде в КБ висят плакаты о комсомольском собрании, где собираются пробирать меня, за то, что я, как они говорят, сбежал с полигона.

– Да я уже видел. Давно тебя пора как следует выдрать.

– Так что мне рассказать, что там , на полигоне жгли, убивали нашей техникой людей. А так как я не хотел быть убийцей, то и уехал.