Чтение онлайн

Мне хотелось сказать, что я не курю, но вместо этого я взяла одну сигарету. Курить до этого мне не приводилось. Он поднес ко мне зажигалку, и я сделала глубокий вдох. Конечно же, я тут же закашлялась.

– Осторожнее. Не стоит так сильно вдыхать. Это у тебя в первый раз?

«Так-так, надеюсь, этот вопрос не всплывет в дальнейшей беседе в другом контексте», подумала я, качая головой.

– Нет. Просто у тебя слишком крепкие сигареты.

– Извини. У тебя есть парень?

Вопрос застал меня врасплох, отчего я снова закашлялась. «Вот так, я потеряла бдительность и позволила ему взять инициативу в разговоре», заволновалась я. «Да еще упустила столь провокационный вопрос. Сама виновата! Теперь придется отвечать».

Мне хотелось солгать ему и сказать, что парень у меня есть и зовут его «Шоном», но быстро отмела эту идею. Мне не хотелось быть подружкой Шона, пусть даже и мнимой.

– Нет. И мне не хочется заводить сейчас отношений.

– Отчего же?

– Просто не хочу! – попыталась я быть жесткой, дабы завершить данную тему. Он понял мой посыл и больше ничего не произнес.

Наблюдая за тем, как он молча курит, выдыхая белый дым, и пристально глядит на водную гладь под нашими ногами, я не выдержала и заговорила:

– Ну а ты? Скольким девушкам ты успел разбить сердце за прошедшее лето?

– Ни одной, – спокойно ответил он мне. – Скорее наоборот: я был тем, кому сделали больно.

После этих слов любая девчонка захотела бы пожалеть парня: прижать его к своей груди и погладить по головке. Я не была исключением, мне тоже захотелось обнять его и попробовать на ощупь его волосы. Какими они были: мягкими или жесткими?

– Может, расскажешь? – спросила я.

Он молчал около полминуты, докуривая сигарету. Выкинув окурок в пропасть, Патрик уже хотел было разоткровенничаться со мной, когда его не начатый рассказ, перебил чей-то крик.

– Эй! Что вы там делаете?!

– Это охрана карьера, – объяснил он мне, быстра вставая на ноги и помогая мне сделать то же самое. – Нам надо убираться отсюда. Да поскорее.

Из-за легкой вспышки страха, по моей спине побежали мурашки. Взявшись за руки, мы побежали обратно к лазу. Крик охраны подгонял нас, и мы бежали настолько быстро, как только могли. Мне было страшно, но еще мне было весело, как никогда и ни с кем.

Патрик подождал, пока я пролезу первой, затем пролез сам и закрыл дыру фанерой, побросав сверху сухих веток. Закончил он маскировать лаз до того, как из-за холма появился луч косого света и силуэт высокого мужчины.

– Стойте на месте! – закричал охранник нам вслед.

– Извини, приятель, но нам некогда! Мы и так засиделись у вас в гостях! – крикнул ему в ответ Патрик, после чего мы побежали сломя головы как можно дальше от карьера и забора. Бежали мы взявшись за руки, словно двое влюбленных, и такие ассоциации не вызывали у меня неприятных чувств. Скорее наоборот: придавали мне сил, и я уже не бежала, а летела на крыльях. И пусть эти крылья были хрупкими, но со времени они окрепли вместе с моей любовью к Патрику Грину.

Он проводил меня до дома и прежде чем мы распрощались, он взял с меня слова, что мы еще встретимся. Я пообещала ему это, уже сама не зная главной причины: чтобы довести до логического конца план своей мести или же, чтобы лучше узнать своего рыжеволосого соседа, живущего ниже по моей улице.

3.

Проснулась я в хорошем настроении, и как бы я не пыталась напомнить себе о том, что Патрик был лишь объектом моей мести, у меня никак не получалось ухватиться за эту мысль. Но в чем не преуспела я, преуспел Роб Нельсон. Роб – тот парень, который делал неприличные жесты в мой адрес, после чего всем стало известно обо мне и Шоне.

Этот день в школе не стал исключением. Большая часть парней и девушек уже забыли об этом и теперь не хихикали за моей спиной. Только не Нельсон. Он продолжал донимать меня своими скабрезными шуточками, когда я шла по коридору в класс, когда стояла у своего шкафчика или же в столовой. На обеде его колкости превысили все нормы дозволенности.

Я заказала себе салат и рыбное филе. Повар хотел мне добавить к салату и майонеза, но я отказалась, после чего тут же услышала за спиной его мерзкий голос.

– Отказываешься от майонеза, Стоун? А я-то думал, что ты не можешь прожить и дня без белой густой жидкости!

После этих слов он заржал и снова повторил свой мерзкий жест: поводил кулаком в области своего паха.

Вот тогда я уже не выдержала: поставив поднос на один из столиков, выбежала из столовой. Я влетела в женский туалет, закрылась в кабинке и дала волю чувствам. Я рыдала на протяжении всей перемены. Даже не пошла на урок – мне не хотелось, чтобы мое опухшее лицо и покрасневшие от слез глаза видели все одноклассники и учитель. А еще мне не хотелось видеть Роба Нельсона.

Приведя себя в маломальский вид, я покинула уборную, а затем и школу.

Я не стала возвращаться домой, так как не хотела объяснять матери, по какой причине прогуливаю уроки. Поэтому я решила пройтись.

Гуляла я по парку, затем заглянула в кафе, где съела фисташкового мороженного и выпила «Спрайта». Затем заглянула в парочку магазинов, разглядывая приглянувшуюся мне одежду и туфли, и даже не заметила как настало время, когда я могла вернуться домой, не вызывая ненужных расспросов.

В доме, как всегда, сохранялась холодная и молчаливая атмосфера. Мать произнесла дежурную фразу: «Если хочешь есть, поищи что-нибудь в холодильнике, а я иду – полежу в шезлонге у бассейна». Младшая сестренка сидела в своей комнате и общалась по «фэйсбуку» со своими школьными подружками, с которыми только что рассталась. В отличие от меня, она была очень популярной в своем классе и дружила практически со всеми девочками. С кем дружить, а с кем нет – она всегда решала сама.

Так как я успела съесть мороженого, мой голод притупился. Поэтому я решила подняться в свою комнату и послушать музыку. Я только успела переодеться, как меня напугал стук в окно. Подойдя к нему, я увидела Патрика Грина. Выбросив в сторону пару небольших камешков, он помахал мне приветственно рукой.

Мне никого не хотелось видеть. А еще, благодаря Нельсону, мне вновь захотелось воплотить в жизнь коварный план мести. Но, так как я пока еще не придумала его, мне хотелось побыть в одиночестве и заняться его разработкой.

– Слушай, я не в настроении, – открыв окно, сообщила я ему, стараясь не повышать голоса, чтобы мать нас не услышала, пусть даже бассейн находился на другой стороне дома.

– Что-то случилось? – обеспокоенно, поинтересовался «ирландец».

– Нет. Все отлично. Просто не хочу сегодня никого видеть.