Чтение онлайн

Карета неспешно ехала по улице. Возле таверны, где для нас покупал обеды служащий отеля, в котором мы жили, было светлее, чем на всей улице. Окна таверны ярко светились. Видно было — свеч хозяин не жалел. Я рассматривала этот старинный город фиалок, слегка отодвинув занавеску в карете и думала, что завтра нужно купить на торговой улице фиалковые ароматические масла. В Париже они будут дороже. И самим добавлять эти масла в мыло и воду для умывания было бы просто здорово. Внезапно мой взгляд остановился на высоком мужчине, выходившем из таверны, и я перестала дышать. Это был тот незнакомец, что в бреду стонал, когда я снимала с него перстень с изумрудом.

Резко откинувшись на спинку сиденья в карете, прикрыла на мгновение глаза, словно хотела спрятаться от всего мира. Взяла Жанну за руку и тихонько сжала ее. Сеньора Адория вопросительно нахмурилась. Жанна прижалась ко мне, а затем обняла. От её тревожного дыхания кружево моей мантильи тихонько шевелились.

— Позже все объясню — тихо произнесла я — А сейчас едем в дом сеньоры.

Глава 10

Дом сеньоры Адории был словно маленькая крепость. Одноэтажное строение, с небольшими окнами, из терракотового крупного кирпича. Он вплотную граничил с соседскими двумя домами, торцевые стены которых являлись своеобразным естественным ограждением прилежащего дворика с противоположных боков.

Такая же каменная стена ограждала дворик с третьей стороны, делая его совершенно закрытым. Посередине небольшого, разбитого опытной рукой сада был устроен колодец, к которому вела каменистая дорожка. Торцевые стены чужих домов оплёл дикий виноград. Вход во внутренний двор закрывался кованой решёткой. Толстая деревянная входная дверь в само строение запиралась изнутри на металлический засов, высокая скатная крыша была покрыта тёмной коричневой черепицей.

Вероятно, для дворянского старинного рода из Испании это было очень скромное жилище. И я видела, что сеньора Адория была смущена данным моментом. А по мне так, всё было безупречно. И самое главное вопрос безопасности пребывания в Тулузе и подготовки к путешествию практически через всю страну, был закрыт полностью.

Не сговариваясь, мы с Жанной попросили для нас одну комнату на двоих, настолько пребывание вместе для нашего сознания ассоциировалось с безопасностью. Девушка вообще не отпускала меня от себя, держа весь вечер за руку, словно переживая, что я испарюсь.

— Зачем же сеньора работала мастером в пошивочной,- подумалось мне, — сдавала бы часть дома и жила бы себе спокойно, но затем, решила, что она совершенно правильно поступала. Зачем ей неизвестные люди в доме, ведь намного дороже стоит то, что в этом месте можно просто спрятаться от всего мира. Вероятно, её родители преследовали именно эту цель, покидая родину и покупая такую недвижимость во Франции.

Комната, где мы расположились с Жанной, была большой и вместе с тем очень уютной. Большая кровать, мы прекрасно разместимся на ней. Ещё и места много останется. Окно выходило во внутренний двор. Из этой комнаты можно было пройти в небольшой кабинет. Так же рядом была комната похожая на гардеробную, из неё можно было попасть в ванную комнату.

Я рассматривала быт и обстановку дома. Всё было интересно. Живя столько лет в средневековье, совершенно не владела знаниями о бытовых условиях, в которых проживали простые люди.

Так например в ванной комнате стояло нечто, что напоминало зеркало. Это было как металлическое блюдо, отполированное до блеска — большая роскошь как я поняла, в остальном же все было очень скромно, но опрятно. Решили зажечь больше свечей.

Мы собрались в кабинете, и я рассказала, что видела возле таверны мужчину, тело которого оставила на пыльной дороге в Испании. Получается, что он выжил и ищет меня. Утаила, конечно, наличие перстня, но смысл произошедшего от этой маленькой тайны совершенно не менялся. От этого рассказа тревожно стало и моим спутницам. Я же испытывала безумное чувство вины, за то, что втягиваю их в эту тёмную историю, я осознавала, как они рискуют. Находясь рядом со мной, но с другой стороны сеньора Адория давно уже в курсе всего произошедшего и это её осознанный выбор, а мадам Жанна……. Мы просто нашли с ней друг друга, оказавшись в нужное время в том самом нужном месте, которое вселенная обозначила для нас.

Сеньора Адория сказала, что через день сосед — купец уезжает в Париж и везет четыре повозки вайды* в столицу. В провинции к нему ещё присоединятся несколько торговцев. Путь не близок, весь караван будет под охраной, нам нужно будет оплатить определенную сумму за охрану и передвигаться на своей телеге, в середине каравана.

Сеньор Рикардо, управляющий сеньоры Адории, завтра займётся поиском крытой телеги и лошадей. Я понимала, что меня ожидают большие расходы, но рассчитывала продать и телегу и лошадей в Париже или его пригороде. А ещё хотелось закупить что-то в Тулузе, не очень объёмное, но ценное, с тем, чтобы затем в столице продать и хоть немного оправдать дорогу.

Попросила сеньора присмотреть все качественное и добротное, но торговаться до последнего, как будто тратил свои личные сбережения. Продукты в дорогу, которые не будут долго портиться, будем закупать в провинции. Сыры, копчености, фрукты все в провинции, так как там дешевле.

Поздно вечером я уединилась в кабинете, оставалось еще одно незаконченное дело. Достав чистый бланк с личной подписью и именной печатью графа Антонио де ла Гутьеррес, я задумалась на продолжительное время. Почему я решила дать девушке ещё один шанс? В этом мире мне всего четырнадцать лет, но в том, о жизни в котором у меня осталась память, мне было почти семьдесят. Я верила, что не ошибаюсь в Жанне. Нет в ней подлости и хитрости, я верила ей всей душой. Решено: скоро к этой мадмуазель на законных основаниях можно будет обращаться мадам графиня, но давайте по порядку.

В руке у меня было перо. Чернила мне принесла Адория, сеньора села напротив меня и ловила взглядом все мои действия. Подумав я стала писать красивым каллиграфическим почерком, выработанным долгими днями и вечерами в монастыре, что граф Антонио Гарсия Маркес де ла Гутьеррес доверяет своей дочери Каталине Марии Изабелл де ла Гутьеррес заключить брак по доверенности с девицей Жанной — Луизой де Фоссе в присутствии свидетелей сеньора Рикардо де ла Кано и сеньоры Адории де ла Сантос, дату, месяц и год моё послушное перо поставило ту, которой мы выехали с аббатом из монастыря.

Итак, решено в провинции Франции в небольшом католическом храме граф Антонио Гарсия Маркес де ла Гутьеррес зарегистрирует свой брак по доверенности в присутствии двух свидетелей. А на пальчике мадмуазель Жанны — Луизы де Фоссе появится пока тоненькое серебряное колечко замужней благородной дамы в трауре. Молодая графиня отправится в Париж со своей падчерицей Каталиной и сопровождающими их близкими людьми.

Я попросила сеньору Адорию позвать в кабинет Жанну. Зачитала составленный мною документ, вначале на испанском языке, потом перевела на французский язык. Все происходило очень торжественно, думаю, душа аббата не будет против этого брака, видя слёзы нашей бедной девочки. Ребёнок Жанны должен родиться в браке. Бедный аббат. Погиб, защищая меня, а сейчас не по своей воле ещё и женился. Простите меня падре.

Адория же по этому случаю, утирая слёзы, и сходив в свои комнаты, принесла небольшую шкатулку, в ней лежало тоненькое золотое колечко, с рисунком из виноградной лозы с нежными листиками, которое ей когда-то подарила юная инфанта. Вот ведь как всё сложилось. Дрожащими пальчиками, я взяла колечко своей матери. Когда-то вот также и она его касалась. Золото, оно как губка впитывает энергию своего хозяина. Хоть таким образом, я на чуток стану ближе к той, что подарила мне жизнь.

Оно пришлось мне в пору, я же сняла со своего пальца серебряное тонкое и очень гладкое колечко, мне подарила его мать настоятельница монастыря, в котором я жила. Так она меня благодарила за прекрасную вышитую мадонну, и оно пока будет обручальным кольцом Жанны, а потом мы что-то придумаем.