Чтение онлайн

Но главное потрясение, всё же, ждало меня впереди, а именно когда я увидел, как Йохан изменил саму историю. Нет, формально, все главные моменты сюжета были на месте, другое дело как именно это было подано. Видимо, мастер Йохан посчитал, что в повествовании не хватает юмора, и добавил его с лихвой, притом довольно своеобразного юмора, достаточно было сказать, что огромную осадную машину злого колдуна отважный Люк, или в этой интерпретации Лук, сжигал не как-нибудь, а с помощью своих кишечных газов. И такими шутками история просто изобиловала, впрочем, местная публика была в восторге, а некоторые заходились в приступах гомерического хохота.

Однако, и это было ещё не всё, для своих представлений мы использовали использовали подвижные «кадры», сделанные по принципу двигающихся деревянных игрушек. Йохан не забыл и про эту технологию, только вместо сражений на мечах или погонь верхом на конях, он применял её для сцен другого содержания, для которых, стоит признать, однообразные, повторяющиеся движения подходили куда лучше. Когда Луминия увидела подобное на «экране», то даже здесь, почти в полной темноте, я смог разглядеть, как она густо покраснела.

– Да так же нельзя, она ведь его дочь! – Воскликнул я, увидев одну из сцен, возмутивших меня больше всего. Чем вызвал всеобщее возмущение.

– Уважаемый, если Вы уже видели, то не стоить портить просмотр другим. – Заметил один из зрителей.

– Да гнать его отсюда взашей! – Выкрикнул другой, куда менее сдержанный ценитель творчества мастера Йохана.

***

Мы снова, сидели за всё тем же тёмным угловым столиком, перед нами стояли три кружки пива, но никто и не думал к ним прикасаться, сейчас мы были погружены в мрачные мысли. Не знаю как остальные, но я чувствовал себя, будто меня только что искупали в той субстанции, шуток о которой было предостаточно в творении мастера Йохана.

– Ну что ж, Виктор, ты сам хотел историю попроще. – Наконец потянувшись за кружкой, с мрачной иронией заметил максим Виленович.

– Попроще, но не это же! – Возмутился я.

– Однако, зрители в восторге, если ты не заметил.

– Максим, – обратилась к нему Луминия, так и не привыкшая называть его по отчеству – но разве имел этот бюргер право так и издеваться над творением Виктора! – Никогда прежде не видел, чтобы она так искренне возмущалась.

– Нуу… видишь ли… – Настал момент, мне почувствовать себя неловко, ведь я не объяснял девушке, сколь мало, на самом деле, было придумано именно мной. – Тут такое дело… – Я пустился пространные объяснения, не разъясняя многие детали.

Сложно по лицу рыжей магички сильно ли она разочаровалась во мне, однако, это даже моё откровение не сильно изменило её настрой.

– И всё равно, он не имел права превращать всё это в какой-то балаган! – Высказала она вердикт, с которым и я был полностью согласен.

– Будем смотреть правде в глаза, – произнёс Максим Виленович – рано или поздно, это должно было случиться. Ты, Виктор Анатолиевич, никаких прав на безраздельное пользование собственным изобретением или адаптированным произведением, предъявить не можешь.

Он был прав, этому миру было ещё очень далеко до такого понятия, как «авторское право». Любой умелый ремесленник, если хотел передать кому-то секреты своего мастерства, то, непременно, шифровал все записи, и это в том случае, если он вообще решался доверить их бумаге. Ну а если кому-то, всё же удавалось выведать то, что в моём мире называлось «коммерческой тайной», то это была проблема исключительно того, кто не смог её сохранить.

– Да и потом, если так посудить, то ничего страшного и не произошло. – Продолжал рассуждать Максим Виленович. – Плюнь та этот Бадденкомпф, поедем куда захотим. Говорят на юге, в торговых республиках, горожане едят и пьют из золота, и спят на золоте, двинем туда.

Всё, что говорил мой старший товарищ, звучало вполне логично, и, по-хорошему, мне следовало бы его послушать. Однако, во мне сейчас кипела жгучая обида, не давая действовать разумно. К тому же, как раз распахнулась дверь, ведущая в погреб, и оттуда, шумно обсуждая увиденное, хлынула толпа довольных зрителей, по моим расчётам, это был последний сеанс на сегодня. И действительно, вскоре показался и сам мастер Йохан.

– Витя, прошу тебя, давай без глупостей. – Попытался образумить меня Максим Виленович, увидев, как я поднимаюсь со стула.

– Ничего, я с ним просто поговорю. – Буркнул я в ответ.

Я твёрдым шагом направился прямо к стойке трактирщика, где сейчас тот, кто нагло своровал мою идею, отсчитывал полгавшуюся за помещение долю хозяину.

– И ещё, Микель, подогрей мне пива с мёдом. – Закончив отставать медяки, попросил Йохан у трактирщика.

– Конечно, мастер Йохан, для Вас, всё что угодно. – Ответил тот почти подобострастно.

– Простите, мастер Йохан? – По мере того, как я приближался к нему, моя воинственность всё спадал, всё же, в своей прошлой жизни я старался всячески избегать конфликтов, так что и сейчас не до конца понимал, как именно должен себя вести.

– Да. – Рассеянно оглянулся мужчина средних лет, видимо ожидая увидеть очередного поклонника, но при виде меня, его лицо резко переменилось. – Это Вы! – Воскликнул он, на его круглом лице сейчас можно было прочесть неописуемый восторг. – Какая честь, какая честь! Прошу-прошу, присаживайтесь. Я, было, не ожидал, но это такая честь для меня. Простите, так и не было возможности узнать как Вас зовут. – Начал рассыпаться он в восторгах.

– Виктор. – Смущённо ответил я, не такой реакции я ожидал.

– Ах, мастер Виктор, такая честь для меня! – Йохан обхватил мою ладонь своими крепкими ручищами и принялся трясти. – Михель, тащи сюда пива, самого лучшего для мастера Виктора! – Крикнул он трактирщику. – Ну что же Вы стоите, прошу, давайте присядем. – Указал он мне на ближайший свободный столик.

Я смущённо присел и принял предложенную мне кружку, всё же не так я представлял себе развитие событий.

– Мастер Виктор, признаться, не думал, когда отправлялся в Шварцберг, по своим обычным делам, что та поездка навсегда изменит мою жизнь. – Проникновенно произнёс Йохан, присев рядом.

– Всю жизнь? – Недоумённо переспросил я.

– Конечно, прежде я не видывал ничего подобного. – Мечтательно произнёс мой поклонник. – Но тогда, в том тёмном подвале, когда луч света отбросил тени на стену, я понял, что вот оно то, чему я обязан посвятить свою жизнь.

Говорил мастер Йохан пламенно и убеждённо, как человек, действительно проникнувшийся искусством, пусть и в довольно странной его форме. Однако, это не меняло сути предстоящего разговора.

– Спасибо. – Тем не менее, смущённо поблагодарил я его за похвалу. – Но, скажите, зачем Вы превратили историю в… – не мог я подобрать нужного слова – вот в это вот?