Чтение онлайн

Неожиданно Соня проснулась. Лиза, заметившая, сто сестра задремала, тотчас съехидничала:

– Что с одноглазым кадриль выплясывала?

Соня вздрогнула, почувствовав в словах сестрицы недоброе.

Дом графини Преображенской поразил Бироевых своим размахом и роскошью, так что у Николая Дмитриевича сразу же улетучились последние сомнения по поводу принятого приглашения.

Имение Преображенское, разбитое на берегу живописного старинного пруда, занимало обширные земли. За кованой оградой виднелись постройки: барский трёхэтажный дом, выполненный в строгом классическом стиле; домовая церковь, рядом с ней – дом настоятеля, далее же – центральное строение усадьбы, двухэтажный дом для приёма гостей с видом на пруд и парк, где по обыкновению графиня устраивала различные празднества, в том числе и балы.

На въезде в усадьбу, через распахнутые кованые ворота, что ведут во внутренний двор имения, уже толпилась вереница всевозможных саней и карет. Сонечка выглянула из-под откидного верха, стараясь разглядеть в этом скоплении Сергея, но, увы, безуспешно.

Наконец сани Бироевых достигли парадной: Николай Дмитриевич огляделся и сделал знак лакеям. Один из них тот час, проявляя проворность и отменную вышколенность, которой бы позавидовали бы лучшие дома английских лордов и французских аристократов, помогли семейству выйти из саней.

Лакей распахнул перед Бироевыми тяжёлую массивную дверь, к ним поспешила горничная и приняла шубы и шляпки.

В доме для гостей было тепло, даже жарко: камины, располагавшиеся на каждом этаже, топились вовсю. Девушки придирчиво посмотрели на себя в зеркало и направились вслед за родителями и другими гостями на второй этаж, где находился танцевальный зал.

Зал был огромным, отполированный, начищенный мастикой паркетный пол блестел так, что на него гости ступали с опаской, боясь поскользнуться, но как выяснилось, – напрасно.

Оркестровый балкон, достаточно большой, что вмещал свободно, по-крайней мере, полтора десятка музыкантов утопал в цветах, расточающих дивный аромат. Около стен стояли столики со множеством напитков и закусок в новомодном стиле шведского стола – подходишь и берёшь, что тебе по душе.

Гостей собралось предостаточно. Николай Дмитриевич не без удовольствия поздоровался со знакомым семейством, представив свою супругу и дочерей. Соня и Лиза мило улыбнулись – и только, ведь их заботило совершенно другое, нежели пустая болтовня с такими же барышнями навыдане, как и они сами.

Молодые люди, от восемнадцати до двадцати пяти лет, а также некоторые зрелые мужи, которым было явно под тридцать, не без удовольствия разглядывали пребывающих гостей, в особенности юных барышень.

Соня постоянно высматривала поручика, но, безуспешно. Она даже не заметила, что находится под пристальными взглядами кавалеров, явно обсуждающих её и одобрительно кивая.

Соня же, как благовоспитанная барышня, сделала вид, что не замечает этого, но всё же придала лицу благожелательное выражение.

Елизавета же и вовсе исчезла. Впрочем, чету Бироевых, это не обеспокоило.

Неожиданно к Николаю Дмитриевичу подошёл некий молодой человек, весьма приятной наружности, представился как Романовский Владимир Викторович и испросил отеческого разрешения поухаживать за Сонечкой.

Николай Дмитриевич был наслышан о семействе Романовских, он прекрасно знал, что оно поднялось в своё время на военных поставках минувшей войны 1812 года, и считалось одним из самых состоятельных в Москве. Разумеется, господин Бироев, не преминул представить своего нового знакомого Владимира Викторовича, любимице – Софье Николаевне.

Соня и Владимир обменялись светскими любезностями, и вскоре появилась хозяйка дома. Графиня Преображенская, несмотря на свой зрелый возраст, выглядела великолепно. Это отметили не только мужчины своим непредвзятым взглядом, но женщины и даже юные барышни.

Графиня поблагодарила гостей, что те не побоялись январского мороза и приняли приглашение, прибыв на бал. Грянула музыка, по традиции бал открывался венским вальсом. Графиня и её кавалер, некто красавец-майор Драгунского полка, закружились, скользя по блестящему паркетному полу, словно воспаряя над ним.

Владимир Романовский не растерялся и тот час, обхватив за талию свою очаровательную собеседницу, последовал примеру графини и её кавалера. Вскоре гости разбились на пары и с удовольствием наслаждались танцами и приятной музыкой.

Соня видела, что ей кавалер весьма приятен, воспитан и обходителен, она даже на некоторое время забыла о Сергее Воронове, блистательном гусаре-поручике, предмете своих грёз.

Соня протанцевала с Владимиром вальс, затем мазурку, отметив про себя, что сей молодой человек начинает ей нравится. Она немного устала, сказалось волнение и ожидание встречи с Сергеем, но… тот по-прежнему не появлялся.

Владимир, как галантный кавалер, проводил девушку к столикам с прохладительными напитками, они выпили минеральной воды. Неожиданно появилась Лиза и прямиком направилась к сестре. Она слегка поклонилась кавалеру младшей сестрицы, тот не без удовольствия приложился к её ручке и, видя, что барышни желают нечто обсудить, откланялся, предварительно заручившись обещанием Сони станцевать с ним предстоящую мазурку.

– Как впечатления, дорога сестра? – поинтересовалась Лиза. – Неправда ли общество собралось весьма изысканное?

Соне было тяжело судить о достоинствах здешнего общества в силу своей молодости, да и честно говоря, оно её мало интересовало. Она опять вспомнила Сергея…

– Да, здесь прекрасно… – кивнула она сестре.

– А что одноглазые кавалеры не появлялись? – ехидно заметила Лиза. – Я что-то не замечала, или может быть, пропустила кого?

Соня покраснела.

– Лиза, перестань, – прошептала она. – Как тебе не совестно?

Старшая сестра рассмеялась и, отпив шампанского из высокого бокала, обернулась в сторону молодых людей, которые оживлённо беседовали. То, что она увидела, вернее: тот, кого она увидела, привёл её в полное замешательство, мало того, девушка почувствовала слабость в ногах и невольно схватила сестру под руку.

– Лиза, что с тобой? Тебе дурно? Может быть, проводить тебя к маменьке? Я видела, как она беседовала с баронессой фон Визен…

– Нет, нет, Соня не беспокойся. Просто осторожно повернусь назад, там…

Соня обернулась и … настал её черёд растеряться – некто, весьма статный мужчина примерно лет тридцати, в мундире морского офицера, что и говорить, выглядел он уверенно и весьма привлекательно, всё выдавало в нём человека сильного, повидавшего жизнь, вёл оживлённую беседу в компании молодых людей. Но самое главное – на его лице красовалась чёрная шёлковая лента, скрывавшая то ли повреждённый глаз, то ли его полное отсутствие.