Чтение онлайн

Когда в ФРГ был введен новый закон о защите растений, требующий полного отсутствия остатков дилдрина в пищевых продуктах, Голландия, как говорят, протестовала против этого. Хотя в настоящее время в этой стране дилдрин как будто бы уже не применяют, в результате его использования в прежние годы почва там уже настолько загрязнена этим веществом, что в ближайшие 9 лет Голландия не сможет экспортировать кочанный салат, не содержащий остаточных количеств дилдрина.

Однако дилдрин, по-видимому, способен проникать в пищевые цепи и путем одной только диффузии. Работники Лондонского зоопарка вначале терялись в догадках, когда там за несколько лет погибли почти все совы; в конце концов выяснилось, что причина этого — накопление огромных количеств дилдрина в тканях печени и мозга. Догадаться, в чем дело, удалось лишь тогда, когда было установлено, что белые мыши, которыми кормили сов, содержались на опилках, сильно загрязненных дилдрином; это привело к аккумуляции инсектицида в их шкурках и внутренних органах.

Для борьбы с домовыми муравьями (Monomorium pharaonis) на кораблях успешно применялись смолы с добавкой дилдрина, которые наносили вдоль плинтусов. В течение многих лет дилдрин постепенно выступал на поверхность и надежно обеспечивал отсутствие домовых муравьев. Если бы сам дилдрин не был так токсичен для теплокровных, то подобный метод можно было бы считать идеальным способом борьбы с насекомыми (в том числе и с тараканами).

В Англии несколько лет тому назад в различных местностях добровольно отказались от применения хлорорганических соединений. Там, где перестали применять алдрин и дилдрин, вновь увеличились популяции сокола-сапсана, пустельги и ястреба-тетеревятника. Это считают доказательством того, что причиной сокращения численности различных видов хищных птиц в Великобритании являются прежде всего алдрин и дилдрин. [Между тем в ГДР соколы-сапсаны вымерли — возможно, в результате воздействия ДДТ, но, безусловно, не алдрина или дилдрина, которые тогда еще широко не использовались (их применяли только в опытном порядке).]

Средства, содержащие пентахлорфенол (ПХФ), раздражают слизистые оболочки, и это следует учитывать при их использовании. Относительно того, не приводит ли применение Na-ПХФ для борьбы с малым прудовиком в условиях открытого грунта к другим вредным воздействиям на окружающую среду, мне ничего не известно. После применения ПХФ-содер-жащего препарата в жилых домах в качестве консерванта древесины поступили жалобы на причинение вреда здоровью людей, но федеральное ведомство по вопросам здравоохранения оспаривало выявляемые причинные связи; однако в моче лиц, живших в зоне обработки, определялось больше ПХФ, чем у остального населения.

Новейшие данные все же позволяют считать препараты; ПХФ довольно токсичными (из-за примесей или продуктов превращения), так что применение их уже запрещено (в том числе и по причине опасности значительного загрязнения окружающей среды).

Испарение дихлорфоса — это, пожалуй, самый удобный метод, применяемый для полного освобождения жилых помещений от насекомых (исчезает даже домовый муравей). Проще всего проводить дезинсекцию самолетов (и предотвращать тем самым трансконтинентальный перенос насекомых), пропуская дихлорфос вместе со струей воздуха через салон. Правда, от такой обработки теперь отказались — не потому, что она вызывает у пассажиров сильный кашель, и не потому, что дихлорфос может стать причиной генетических повреждений (он алкилирует ДНК), а из-за того, что он отрицательно влияет на прочность алюминиевых конструкций самолета.

Когда изучение пищевых цепей находилось в начальной? стадии, утверждали, что многие инсектициды очень скоро перестают обнаруживаться в организме. Теперь известно, что во многих случаях это имело место только потому, что они превращались в другие соединения; и оказалось, что нередко эти продукты превращения (метаболиты) еще более токсичны, чем исходные инсектициды. В ряде случаев инсектицидное действие вещества зависело как раз от того, что оно подвергалось превращению в организме насекомого.

В настоящее время при проведении исследований по токсикологии пестицидов всегда стараются выяснить также и метаболизм каждого применяемого вещества в пищевой цепи. Часто это совсем непросто — химик никоим образом не может сделать соответствующие выводы исходя из знания одной лишь структурной формулы, тем более что приходится учитывать и самые различные комбинационные эффекты.

Особенно примечателен пример, приводимый Рюдтом (R"udt) относительно диэтилового эфира пироугольной кислоты (диэтилпирокарбоната). Этот препарат для обработки вина (коммерческое название — байковин) «применялся с целью предотвратить брожение вина после розлива. Казалось, его можно было считать совершенно безвредным, так как в вине он распадается с образованием этилового спирта и угольной кислоты — компонентов, всегда естественно присутствующих в вине. Однако с помощью усовершенствованных методов анализа удалось установить, что это вещество в малых количествах может реагировать с другими компонентами вина, образуя соединение, сходное по своей структуре с определенными снотворными средствами, которое в пищевом продукте следует считать по меньшей мере нежелательным, если не опасным для здоровья. В связи с этим разрешение на использование этого препарата было отменено».

И пусть не говорят, что мне не следовало приводить этот пример, потому что дело уже улажено — применение данного средства ныне уже не допускается. Но разве этот пример не демонстрирует, что может еще произойти? И если Рюдт приводит его для того, чтобы успокоить своих читателей, потому что ошибка исправлена, то я хочу на этом примере показать, какими неожиданными и сложными могут быть обстоятельства.

Среди изделий Мичиганской химической компании имелось огнезащитное средство для текстильных товаров «Файрмастер», содержавшее ПБД, и кормовая добавка для скота. И вот в 1973 году случилось то, что, как известно, время от времени происходит в промышленности, — была перепутана тара и таким образом огнезащитное средство попало в контейнеры, в которых обычно перевозили кормовую добавку. В результате на комбикормовом заводе к корму для скота было примешано около 1000 кг высокотоксичного огнезащитного средства [5] .

Спустя несколько месяцев среди скота появились тяжелые заболевания (деформация копыт, припухлость суставов) и случаи падежа. В целом, судя по имеющимся сведениям, погибли десятки тысяч коров, свиней и кур. У остальных животных, пострадавших от ядовитого корма, повысилась восприимчивость к инфекционным заболеваниям.

По незнанию действительных обстоятельств трупы павших животных были отправлены на специальные предприятия для переработки на корм для скота, так что в итоге яд через пищевую цепь дошел до всех потребителей продуктов животного происхождения в Мичигане. Таким образом более 9 миллионов человек ввели в свой организм ПБД. Часть мяса отравленных животных была переработана даже в продукт для детского питания.

Острое отравление у людей проявлялось в бессоннице, потере аппетита, болях в животе и поносе, беспричинно возникающих депрессиях, а также в отечности пальцев рук и ног и лучезапястных суставов. Кроме того, сообщалось о потере памяти, мышечной слабости и головных болях. У детей обращала на себя внимание чрезвычайная подверженность простудным заболеваниям.

Между тем нам известно, что полибромированные дифенилы, которые сейчас наряду с применением в качестве противопожарных средств приобрели также значение для промышленных химических синтезов (практически важны по меньшей мере четыре из этих соединений), во многих отношениях ведут себя подобно полихлорированным дифенилам. Однако мы пока очень мало что знаем об экологических аспектах ПБД: ведь в конце концов эти вещества приобрели коммерческое значение лишь в конце шестидесятых — начале семидесятых годов. Так что мы должны еще быть готовы к дальнейшим сюрпризам!