Чтение онлайн

– Зачем ты меня позвал? – не то чтобы позвал… Скорее заставил прийти. Но я не хочу этого признавать. А он, гад, всё-таки красивый. И наглый. Бессовестный.

– Тебя так редко зовут в рестораны? Или просто кочевряжешься?

Хамло.

– Зачем ты меня позвал? Что тебе нужно? – повторяю упрямо.

Ярослав оценивает мой внешний вид, приподнимает брови и особенно долго задерживается на вырезе моей кофточки. И снова напоминает мне Павла. Странное какое-то ощущение. Пашу в молодости я представляла именно таким. Безбашенным дурилой. Этот хоть и одет в костюм, а не в косуху, всё же хулиганистый.

– Тебе не жарко? – видимо, намекает на моё пальто. Я отказалась отдать его портье, на что последний недовольно скосил глаза в мою сторону, но к столику всё же проводил.

– Я начинаю терять терпение.

– Что-то ты нервная сегодня, можем выпьем чего покрепче? Время уже вроде как позволяет, – смотрит на наручные часы и я невольно обращаю внимание, что аксессуар довольно дорогой. Золотой мальчик. В принципе, это было понятно по одежде и по квартире, в которой мы…

– Я ухожу, – бросаю коротко и пытаюсь подняться, но Ярослав накрывает мою руку своей ладонью, меня обжигает этим более чем интимным прикосновением. Одёргиваю руку, словно от открытого пламени убегаю.

– Тихо, ты чего так испугалась? Всё хорошо, – он тоже теряется на короткое время, словно не ожидал подобной реакции, улыбка исчезает. – Слушай, я тебя обижать не собирался. Просто понравилась мне. Хотел ещё раз увидеться. Пообедаем, потом отвезу тебя домой. Ты как?

Сейчас он даже похож на серьёзного, абсолютно нормального человека и я корю себя за то, что показала ему свой страх. Глупо вышло. Павел уже второй день не выходит у меня из головы и я, честно говоря, опасаюсь, чтобы он не догадался о моём «косяке». Постоянное напряжение сказывается.

– Просто пообедаем и ты оставишь меня в покое, да? И номер мой удалишь?

Он поднимает раскрытые ладони вверх, мол, сдаюсь.

– Просто пообедаем и всё.

*****

Она пригубила белого вина, улыбнулась.

– Действительно вкусно.

– А то. Говорю же тебе, я разбираюсь в винах.

Она почему-то удивилась.

– Я думала, парни твоего возраста больше разбираются в текиле и современной музыке.

– Ну, в этом я тоже профи, – улыбнулся я, тщательно скрывая раздражение. Не люблю, когда кто-то делает обо мне выводы, исходя из возраста или положения в обществе. И то, и другое – переменчиво. Сегодня ты юнец, завтра старик. Сегодня сидишь в удобном кресле своего офиса, а завтра – милостыню клянчишь.

– Тебе не понравился мой вопрос? – наблюдательная, значит? В её тоне не звучит извинений. Кира просто болтает, ожидая, пока закончится обед и она сможет свалить от меня с чистой совестью, перед этим проконтролировав, чтобы я удалил её номер. Я, конечно, удалю, мне вообще не сложно. Не трагедия, у меня хорошая зрительная память. Достаточно раз взглянуть на цифры, чтобы они отпечатались на подкорке головного мозга. Я помню наизусть номера своих карт, пин-коды, телефоны своих друзей и матери. Одним больше, одним меньше…

– Просто так прозвучало, словно ты древняя старуха, а я несмышлёный юнец.

– Нууу, – с полуулыбкой протянула она. – Я бы не назвала себя старухой, но лет мне побольше чем тебе совершенно точно.

– Это для тебя проблема? – склонился над столом, улыбаясь самой обольстительной улыбкой со своего арсенала. Ей, этой улыбке, ещё ни одна девушка не отказала.

– У меня вообще нет проблем. И я не хочу, чтобы они появились, понимаешь? Если мой мужчина узнает, что я встречаюсь с другим, у меня будут проблемы. Причём серьёзные. Ты можешь помочь мне избежать этого, если удалишь мой телефон и больше не станешь беспокоить.

Да, не проконала улыбка. Как и ресторан, и его часы. Машина… На что там ещё бабы клюют? Впрочем, у девки есть богатый трахарь, она ни в чём не нуждается. Но что-то царапнуло изнутри, зацепило. Будто это он на крючок попался. Стена мужского самолюбия дала трещину и со звоном осыпалась.

Ну нет, красавица. Не получится меня отшить. Не так быстро.

– А парни тебя совсем не интересуют? Ну, хотя бы в качестве исключения? Не надоедает со стариком всё время? – шах и мат. Не хрен было мне о возрасте говорить.

Сначала она теряется, хмурится. Видимо, пытается вспомнить, что рассказывала мне о себе. А рассказывала она много. Пьяная баба не только своей дырке не хозяйка, но и языку.

– Мой мужчина – не старик. Он не сопливый, золотой мальчик, который сам не знает, чего хочет. Он взрослый, образованный, умный. Он всегда уверен в себе и чтобы пригласить девушку на обед, ему не приходится её шантажировать.

Ах ты, сука… А Кира-то змея. Да ещё и ядовитая. Но хороша, этого не скрыть за напускной холодностью. Я это понял ещё в прошлую нашу встречу, большую часть которой мы провели в горизонтальном положении. Там огня столько…

Завела. Я обалдело посмотрел вниз, на свою ширинку, и снова на неё. Вот это реакция. Ну, шлюшка, ты теперь моей будешь. Или я не Вавилов.

*****

Его задели мои слова. По живому, видать, полоснули. Ярослав подозвал официанта, швырнул ему на поднос несколько крупных купюр и поднялся со стула. Несколько раз ткнул пальцем в телефон, а потом повернул его дисплеем ко мне.

– Смотри, удалил.

– Отлично. Спасибо за мороженое и всё такое. Я рада, что мы правильно поняли друг друга.

Ну вот и всё. Отчалил. Теперь я могу смотаться в супермаркет, прикупить на вечер вина и приготовить что-нибудь вкусненькое на ужин. Приедет Паша, мы замечательно проведём вечер вдвоём и я, наконец, перестану так дрожать. Просто забуду об этом парнишке, как о прихлопнутой назойливой мухе.

Об этом я думала, когда выходила из ресторана. Но мой настырный знакомый, похоже, решил предпринять ещё одну попытку.

Нагнав меня уже на приличном расстоянии от ресторана, притормозил и открыл дверь своего синего, глянцевого седана с пассажирской стороны. Выглянул наружу, улыбнулся.

– Садись, подвезу. Приставать не буду, обещаю.

Я, разумеется, не села. Более того, перешла на другую сторону дороги, так, чтобы он не смог снова меня догнать.

В машине такси, припаркованной у самого бордюра, увидела спящего водителя, постучала ему в окно и запрыгнула на заднее сидение. Тот смешно хрюкнул, встрепенулся.

– Борисовская, двадцать семь, пожалуйста.

Настроение заметно улучшилось. Почему-то я была уверена, Ярослав надолго потерял желание ухлёстывать за старушками, вроде меня.