Чтение онлайн

— Значит, мое ты точно запомнишь, — сказала Софья и вздернула подбородок. — Ты ведь со мной?

— Конечно! Я всегда с тобой, Софа. Просто будь осторожной.

Они коротко обнялись. Софья как всегда прижимала крепко, а Егор как всегда едва касался ее плеч. Кажется, прожив четверть века, он все еще девственник.

Десятки каблуков стучали по кафельному полу со сложным узором. Изящные люстры заполняли помещение желтым светом. У входа в зал презентаций стоял амбал-охранник с лицом, похожим на лопату. Рядом суетилась сексапильная тетя в облегающей юбке и на совсем уж вечерних шпильках. Она раздавала буклеты и приглашала угощаться напитками.

Среди гостей мелькнуло несколько знакомых. Некоторые тут же менялись в лицах, бледнели и отводили глаза, что, конечно же, вызывало сладкое злорадство в груди Софьи.

Тетя на шпильках сообщила, что господин Князев будет через минуту. Гости встали полукругом. Софья выбралась место в первом ряду. Так уж устроена человеческая психика. Нас со школы приучают, что на передних партах и в центре сидят отличники, с которых весь спрос. За их спинами прячутся хорошисты, еще дальше — троечники, которые следуют принципу «инициатива наказуема».

Молодой журналистке это только на руку — быть ближе к спикеру, значит видеть то, что не видят другие. Замечать изменения голоса, мимики, жестов, пока остальные гости щурятся с дальних рядов или тупо листают аляповатые буклеты.

А что собственно тут происходит? Открытие выставки работ благодетеля, альтруиста, бизнесмена, мецената и безусловно знатного паршивца, прикрывающегося благими делами, Фила Князева.

Он, видите ли, еще и художествами промышляет. Намалевал десяток работ с помощью нейросетей, распечатал на холстинах два на три с половиной метра и обозвал громким словом «Арт-нуво». Сама аутентичность!

— Дамы и господа, встречайте — Фил Князев! — сообщила секси-тетя.

Мужчины вытянулись, женщины заулыбались. А с появлением виновника торжества аплодисменты разбавились неприкрытыми вздохами.

Фил Князев вышел — правильнее сказать выплыл — на середину зала. Изящные движения, тянет носочек туфель, что твоя балерина. Он распростер руки как Тони Старк, обвел глазами присутствующих и улыбнулся ровнехонькими и беленькими зубами. Боже, храни виниры.

И без того длинные стройные ноги обтягивали брюки современного покроя из черной ткани с вычурной вышивкой. Полупрозрачная рубашка-оверсайз невинно оголяла треугольник бледной кожи груди и ключиц. Тонкую шею выделяет острый кадык. Все играло на его сексапильность в фантике невинности. Нет-нет, он не подчеркивает свою красоту. Он просто таким родился.

А лицо… ох, что это было за лицо.

Типичный мальчик-переросток. Природа обделила щетиной и вообще хоть какими-то мускулинными чертами. Князев имел андрогинную внешность. Серо-зеленые глаза при тусклом свете приобретают шоколадные оттенок. Точеные брови, четко очерченные скулы, прямой нос, тонкие губы. Темно-русые волосы уложены слегка небрежной волной, будто и не собирался прихорашиваться. Эдакий мальчик с обложки какой-нибудь манги или романа для подростков.

Князев приложил руки к груди, а затем поднял указательный палец, прося тишины.

— Благодарю вас, что пришли сегодня поддержать мое маленькое увлечение, — сказал он, точно выдерживая интонацию, от громких «вас» до тихого «увлечения». Надо же, какая скромность.

— Понимаю, что вечер четверга вы хотели бы провести в ожидании предстоящей пятницы и скорых выходных. Поэтому надолго я вас не задержу. То, что вы сегодня увидите — не вся коллекция. Часть работ еще в типографии, но уже в субботу в этом зале будет не протолкнуться. Так что вы вошли в число избранных, кто увидит «Арт-нуво» первыми — до журналистов, до блогеров и до иных медийных личностей. Сегодня вы — самые важные господа. Приглашаю вас в мой мир фантазий на стыке классицизма и технологий будущего!

За его спиной распахнулись двери, заиграла живая музыка. Софья, подхваченная толпой, нырнула в выставочный зал. В центре диджей за пультом задавал бит, вокруг него расположился квинтет виолончелистов и скрипачей. Совмещать классическую музыку с танцевальной — не ново, но звучало отлично. Гости в такт покачивали головами, некоторые — пританцовывали.

Помещение утопало в неоновых переливах от ламп всех расцветок. Фиолетовые, оранжевые, голубые, кислотные, розовые туманные круги скользили по стенам, полу и потолку. Вторя музыке, бесформенные фигуры превращались в ящериц, бабочек и гроздья винограда.

Широченные полотна авторства филантропа, бизнесмена и так далее будто оживали и гармонично вливались в поток игры света. В силу профессии Софья насмотрелась на всякое. Да и Петербург славится оригинальными перфомансами — не заскучаешь. Но нынешнее действо — и правда нечто. На несколько минут она вообще забыла, зачем пришла.

Опомнилась, когда наворачивала четвертый круг по залу и столкнулась плечом с какой-то дамой. От нее исходил ну такой шлейф парфюма — впору освежить целый проспект.

— Извините, — пробормотала Софья и поискала глазами главное действующее лицо.

Князев уже позировал для селфи с гостями, пожимал руки и даже раздавал автографы.

— А со мной сфотографируетесь?

— Конечно, — машинально ответил Фил и улыбнулся на камеру.

— Обязательно отмечу вас в сторис. В каком порядке перечислить ваши достижения — в алфавитном или по количеству нулей?

Князев сузил глаза и ответил:

— Софико, я полагаю? Та самая заноза медиасреды Петербурга.

— Репутация меня опережает.

— Метите, в кого бы впиться своими зубами?

— Уже приметила.

Князев скользнул по ней взглядом и сдвинул брови.

— Слушайте, кто вас сюда пустил в этих туфлях? Они же подчеркивают вашу безвкусицу. Недополучаете проценты с откупов от звезд? Или упала монетизация с просмотров ваших псевдоразоблачений?

Софья пропустила мимо ушей эту колкость — и не такое слышала, ох, не такое.

— Мне льстит, что мои туфли оскорбили вас и ваши оригинальные работы, — ответила она. — Я думала, вы более современных взглядов и понятие о дресс-коде оставили вместе с нулевыми. Сдается мне, нынешнее светопреставление вы устроили как дань моде на…

— Сегодняшняя встреча не для журналистов, а для самых близких, — перебил ее Князев. — Вы не входите в их число. Покиньте помещение, пока вам с этим не помогла моя охрана.

Несколько секунд они неотрывно смотрели друг другу в глаза. Софья улыбнулась самой вежливой из своих улыбок и ответила:

— Не стоит утруждаться. Я увидела все, что мне нужно. Спасибо, что уделили время. И спасибо за селфи.

Она медленно развернулась на каблуках и направилась к выходу, спиной чувствуя взгляд Фила Князева.