За руку его держи
Шрифт:
Мы зависли на высоте нескольких десятков метров над землей. Оказались запертыми на несколько часов в небольшом пространстве. Мы должны были потихоньку сходить с ума, но все больше находили поводов улыбнуться.
Я улучила момент и внимательно оценивала Тома. Он оставался безмятежным в затяжной изоляции, приоткрываясь чуть больше с каждым диалогом. А ведь паника – такое чувство, что со временем лишь растет, набирает обороты. И хотя мне явно повезло с сокамерником, вся эта ситуация начала немного действовать на нервы. А он сидел так, будто нам только что сообщили, что двери вот-вот откроются. Я не выдержала и подползла к динамику. Нажав на кнопку, я буркнула:
– Здрасьте вам. А долго еще? Ребят, у меня самолет завтра – не хотелось бы пропустить.
Ответ прозвучал на удивление быстро, но не принес хороших новостей. Они разбираются, не знают, сколько это займет времени, приносят извинения за предоставленные неудобства. Громко выдохнув, я вернулась на место.
Конец ознакомительного фрагмента.