Чтение онлайн

– Но я ничего не слышал об этом.

– Они об этом не извещали. Но он был очень плох, и тогда в Суврейле появился новый врач откуда-то из Зимрола якобы обладающий большими знаниями. И действительно, Король Снов чудесным образом выздоровел, можно сказать, восстал из мертвых. И вот тогда, Милорд, Король Снов вбил в голову сына мысль устроить тебе ловушку в Тил-омоне и сместить тебя.

Валентин вздохнул.

– Врач-метаморф?

– Да, но принявший вид человека вашей расы. А затем, я думаю, он взял облик Симонана Барджазеда и держал его, пока неистовство сражения в судейском зале не заставило измененную форму заколебаться и упасть.

– А Доминик? Он тоже…

– Нет, Милорд. Он настоящий Доминик и вид того, кого он считал отцом, покалечил его мозг. Но, понимаешь, именно метаморф толкнул его на узурпацию, и легко догадаться, что другой метаморф заменил бы Доминика как Короналя.

– А метаморфские стражники повиновались приказам лже-Короля Снов, а вовсе не Доминика! Тайная революция, так, Делиамбер? Захват всей власти не семьей Барджазеда, а Изменяющими Форму?

– Боюсь, что так, Милорд.

– Это многое объясняет, – сказал Валентин, глядя в пространство. – И вносит еще больше беспорядка.

– Милорд, – сказал Слит, – нужно разыскать тех из них, кто скрывается среди нас, и истребить, а остальных запереть в Пьюрифайне, где они не смогут вредить нам!

– Полегче, дружище, – сказал Валентин. – Ты ненавидишь живых метаморфов, верно?

– Не без причин!

– Да возможно. Ну, что же, мы их разыщем, чтобы не было тайных метаморфов прикидывающих Леди, Понтификсом или даже работником в стойлах. Но я думаю, что мы должны установить контакт с этим народом и вылечить их против злобы, если это удастся, иначе Маджипур втянется в бесконечную войну. – Он встал и поднял руки. – Друзья, у нас впереди много работы, но первым делом – праздник! Слит, назначаю тебя распорядителем празднования моего восстановления, устройства банкетов и развлечений, приглашения гостей. Пошли известие на Маджипур, что все хорошо или почти хорошо и Валентин снова на троне!

Тронный зал Конфалума был самым большим из всех помещений Замка, роскошным величественным залом с яркой позолотой прекрасными гобеленами, полом из шелковистого дерева с гор Кинтора. Там происходили самые важные имперские церемонии. Но такое зрелище Тронный Зал видел редко.

Высоко на громадном многоступенчатом троне Конфалума сидел Лорд Валентин Корональ. Слева, на троне чуть пониже, сидела его мать, Леди, вся в белом, а направо, на троне такой же высоты, что и у Леди, сидел Горнкейст, главный спикер Понтификса: Тиверас прислал свои извинения и Горнкейста вместо себя. А перед ними выстроились герцоги принцы и рыцари королевства в таком ансамбле, какого не бывало со времен самого Лорда Конфалума – верховные лорды из далекого Зимрола: из Пидруда, Тил-омона, Нарабала, герцог-гейрог из Долорна, великие герцоги Пилиплока и Ни-мойи и пятидесяти других городов Зимрола, из сотни городов Алханрола, кроме пятидесяти Замковой Горы. Но не все, заполнявшие зал, были герцогами и принцами, был и более скромный народ – Гарцвел – скандар, Корделин – парусный мастер, Панделон – плотник, Виноркис – хьорт, торговец шкурами, мальчик Гиссан из Лабиринта, Тизана – толковательница снов из Фалкинкипа, и многие другие, рангом не выше этих, стояли среди вельмож, и лица их сияли.

Лорд Валентин встал, отсалютовал матери, ответил на салют Горнкейста и поклонился, когда раздались крики: «Да здравствует Корональ!» Когда наступила тишина, он сказал:

– Сегодня мы даем большой фестиваль в честь восстановления благосостояния и полного порядка. У нас есть для вас представление.

Он хлопнул в ладоши, и вошли двенадцать музыкантов под предводительством Шанамира. Рога, барабаны и трубы заиграли приятную веселую мелодию. За ними вошли жонглеры в костюмах редкой красоты, впору хоть принцам: впереди Карабелла, за ней Слит, а потом грубые, косматые Залзан Кавол и два его брата. Они несли жонглерский инвентарь всякого рода: мечи, других вещей. Дойдя до середины зала, они встали на свои позиции лицом друг к другу по лучам воображаемой звезды.

– Подождите, – сказал Лорд Валентин, – тут есть место еще одному!

Он спустился по ступеням Трона Конфалума и остановился на третьей снизу. Он улыбнулся Леди, подмигнул Гиссану и махнул Карабелле, которая кинула ему меч. Он ловко поймал, она бросила и второй и третий, и он начал жонглировать ими на ступенях трона, как обещал Леди на Острове Сна. Это было сигналом к началу жонглирования. Воздух засиял от множества предметов, которые, казалось, летали сами по себе. Мир еще не видел жонглирования такого качества. Лорд Валентин был в этом уверен. Через несколько минут он сошел со ступеней трона, вошел в группу и радостно смеялся, обмениваясь серпами и факелами со Слитом, Карабеллой и скандарами.

– Как в старые времена, – сказал Залзан Кавол. – Но ты, Милорд, теперь работаешь даже лучше.

– Публика вдохновляет меня, – ответил Лорд Валентин.

– А можешь жонглировать, как скандар? – спросил Залзан Кавол. – А ну-ка, Милорд. Хватай! Хватай! Хватай! – Он прямо как из воздуха выдергивал яйца, тарелки и дубинки, его четыре руки беспрерывно двигались, и каждую захваченную вещь он бросал Лорду Валентину, а тот без устали принимал их, жонглировал ими и перебрасывал Слиту или Карабелле, а в ушах его звучали похвалы зрителей – не просто льстивые, это было ясно. Да! Вот это была жизнь! Как в старые времена, даже лучше! Он засмеялся, поймал сверкающий меч и высоко подбросил его.

Илидат считал, что Короналю неприлично делать такие вещи перед принцами королевства, и Тонигорн был того же мнения, но Лорд Валентин не согласился с ними, добродушно заметив, что ему плевать на этикет. И теперь он видел, как они смотрят, раскрыв рты, со своих почетных мест на это поразительное зрелище.

Однако он понимал, что пора оставить поле действия. Он поочередно перекидал все предметы, которые поймал, и отступил. Дойдя до первой ступени трона, он остановился и поманил Карабеллу.

– Пойдем со мной и будем зрителями, – сказал он.

Щеки ее залились краской, но она, не колеблясь избавилась от дубинок, ножей и яиц и подошла к трону. Лорд Валентин взял ее за руку и поднялся вместе с ней.

– Милорд… – прошептала она.

– Ш-ш-ш. Это очень серьезное дело. Осторожно, не споткнись на ступенях.

– Я споткнусь? Я, жонглер?

– Прости, Карабелла.

– Я прощаю тебе, Валентин.

– Л о р д Валентин.

– Значит, теперь будет так, Милорд?

– Не всегда. Когда мы будем вдвоем – нет.

Они поднялись на верхнюю ступеньку. Их ожидало двойное сидение, сияющее зеленым и золотым бархатом. Лорд Валентин постоял, вглядываясь в толпу.

– Где Делиамбер? – шепотом спросил он. – Я его не вижу.

– Его не привлекают эти дела, – сказала Карабелла, – и он, наверное, уехал на время праздника. Колдуны скучают на фестивалях. А жонглирование его никогда не интересовало, ты сам знаешь.

– Ему полагалось бы находиться здесь.

– Когда он тебе понадобится, он вернется.

– Надеюсь. Ну, давай сядем.

Они заняли свои места на троне. Внизу жонглеры показывали свои лучшие штуки, казавшиеся чудом даже Лорду Валентину, хотя он и знал их тайную подоплеку. Глядя на них, он чувствовал странную печаль, потому что теперь сам отстранился от труппы жонглеров, отошел, чтобы подняться на трон. И это было серьезным изменением в его жизни. Он понимал, что жизнь бродячего актера, свободная и радостная, кончена для него, что на него снова навалилась всей тяжестью ответственность власти, которой он не желал, но от которой не мог отказаться. И это его огорчало. Он сказал Карабелле: